приведет к тому, что у США в этих дискуссиях останется мало рычагов воздействия на Китай: уход американских компаний с китайского рынка или потеря доступа к американским технологиям уже не будут представлять для Пекина никакой угрозы.
В условиях фрагментированного мирового ландшафта [735] санкции США, направленные на экономические, финансовые и технологические обмены, теряют смысл. Пекин сможет просто игнорировать угрозы Вашингтона ввести подобные меры. В результате у Китая может оказаться гораздо больше пространства для маневра, чтобы продвигать свои интересы. Например, потенциальная цена военного вмешательства в Южно-Китайском море или на Тайване станет ниже. Это особенно опасно для Тайбэя, который является основным мировым центром по производству полупроводников.
До сих пор Китаю было необходимо поддерживать связи с Тайванем, чтобы сохранить доступ к полупроводникам, которые китайские фирмы не способны производить[736]. С этой точки зрения микросхемы являются сдерживающим фактором для военных амбиций Пекина в Тайваньском проливе; Китай регулярно отправляет истребители в зону ПВО Тайваня, и это заставляет американских военачальников предупреждать, что Китай может попытаться установить контроль над островом к 2027 году[737]. Размежевание делает эту угрозу еще более реальной.
Американские планы декаплинга убедили Китай в необходимости создания собственной индустрии микросхем. После этого у Пекина останется мало причин не вмешиваться в ситуацию на Тайване[738]. Вполне может статься, что Соединенные Штаты будут застигнуты врасплох: декаплинг также означает, что со временем у Вашингтона будет все меньше и меньше возможностей следить за действиями и намерениями Китая. В случае возникновения конфликта между Китаем и Тайванем Вашингтону придется вступить в войну с Пекином или столкнуться с риском потерять доверие к себе как к союзнику по обороне. Военный конфликт между США и Китаем стал бы мировой катастрофой. Вместо того чтобы защищать национальные интересы США, планы Вашингтона порвать с Китаем могут сделать мир менее безопасным местом.
Заключение
Я пишу эти строки в начале 2022 года, который знаменует собой третью годовщину этого книжного проекта. Авторы часто переживают, что их тема выйдет из моды, и мы с тревогой следим за новостями, чтобы убедиться, что СМИ не переключились на другую тему. Когда я вносила последние штрихи в рукопись, начало СВО России на Украине показало, что мои опасения, к сожалению, беспочвенны. Даже если не считать Россию, нет недостатка в санкционных новостях о Китае, Венесуэле и Иране. Несмотря на заголовки на первых полосах газет, настоящую историю санкций еще предстоит рассказать: дни односторонних американских мер сочтены.
Когда речь идет о санкциях, экономический размер имеет значение. Для Вашингтона это не очень хорошая новость. В начале 2030-х годов китайская экономика вытеснит американскую с первого места в мире. Экономическое доминирование Китая превратит угрозу американских мер против Пекина в пустую риторику: действия против крупнейшей экономики мира нанесут Соединенным Штатам не меньший ущерб, чем Китаю. Кроме того, в последние годы Пекин создал инфраструктуру, способную противостоять потенциальным санкциям США. Страна может похвастаться развивающимся технологическим сектором, цифровой валютой и финансовыми каналами, защищенными от влияния Соединенных Штатов. В американо-китайском конфликте Америке понадобятся не только санкции, но и другое оружие.
Последствия экономического превосходства Китая для эффективности американских действий выйдут за пределы Китая. Когда Америка управляла миром, ее санкции являлись мощным инструментом: никто не хотел вызывать гнев мирового полицейского. Однако времена изменились. Теперь, когда Китай превратился в экономическую сверхдержаву, у подсанкционных стран появился альтернативный партнер. Готовность Пекина помогать другим странам — в первую очередь России — в обходе американских санкций создает порочный круг, еще более ослабляя влияние США и подрывая эффект от американских санкций.
В перспективе Соединенные Штаты окажутся в проигрышной ситуации, если будут действовать в одиночку. В начале 2022 года, когда Москва заставила весь мир гадать о своих намерениях на Украине, в новостях постоянно звучала угроза введения новых санкций против России. Однако вскоре стало ясно, что угроза американских санкций утратила свою значимость и не остановила российского президента Владимира Путина. С тех пор как Америка впервые ввела санкции против России в 2014 году, Кремль предпринял шаги по изоляции экономики страны от США. Он создал финансовые каналы для обхода американского доллара. В структуре валютных резервов Москвы гринбек больше не занимает значительной доли. Торговые связи с США сведены практически к нулю.
Усилия Кремля, направленные на уменьшение влияния Америки на Россию, фактически обесценили опасность американских санкций, оставив Вашингтону мало рычагов влияния в переговорах с Москвой. Только угроза гарантированных совместных санкций США и ЕС могла бы заставить Россию хорошенько подумать, прежде чем начинать СВО на Украине. Однако давние санкционные трения и трансатлантическая напряженность подтолкнули российского лидера сделать ставку на то, что европейцы не захотят присоединиться к Вашингтону. Кремль ошибся: после начала СВО на Украине страны Запада стабильно сотрудничают в области санкций. Это хорошая новость для эффективности санкций: Россия не может себе позволить выступать одновременно против Америки и Европы.
Меры 2022 года против России свидетельствуют о том, что после десятилетий одиночных действий Америка нуждается в том, чтобы ее союзники также применяли санкции. Этот отход от односторонних действий потребует переосмысления американской дипломатии. Многосторонние санкции, поддерживаемые США, Европейским союзом, Японией и другими державами-единомышленниками, вероятно, станут единственным вариантом. Разработать такие меры сложнее, но они обладают большей легитимностью, и их труднее обойти. Кроме того, такие санкции позволят избежать антагонизма с партнерами, поскольку (почти) все будут действовать совместно.
Привлечение союзников принесет Соединенным Штатам дополнительную пользу, поскольку поможет сделать санкционную политику менее непредсказуемой. Когда США вводят санкции по своей прихоти, доверие к ним падает до такого низкого уровня, что у стран-мишеней нет стимула выполнять американские требования. Они просто не верят, что Америка выполнит свою часть сделки и снимет санкции, если они изменят поведение. Отсутствие доверия подрывает эффективность санкций, которые должны использоваться не как кнут для наказания стран-изгоев, а как пряник для поощрения тех противников, которые меняют свое поведение.
На ум приходит иранский пример. Крайне медленный темп идущих с 2021 года переговоров по возврату к ядерной сделке показывает, что руководители Исламской Республики не спешат с возобновлением соглашения. Они понимают, что страна мало что выиграет от снятия санкций. Их опыт подсказывает, что даже в случае снятия всех западных санкций транснациональные корпорации не придут на иранский рынок. Международные компании помнят, что в 2018 году США неожиданно вернули санкции против Ирана, несмотря на соблюдение страной ядерного соглашения. Когда санкционная
