оружию сумел подчинить себе большую часть Синдзяна, захватить города Турфан и Хами. А еще чуть позже ему удалось осуществить удачный рейд на юг и взять под контроль Кашгар с окрестностями окончательно выбив цинских наместников из западных провинций империи.
Более того перехват каравана с винтовками Маркова, позволил русскому правительству, не раздражая лишний раз Пекин – по договору от 1842 года Петербург обязывался не помогать бунтовщикам на территории Китайской империи – поставлять оружие в Урумчи. В конце концов, кто там считает, сколько именно винтовок в руках бунтовщиков десять тысяч или, скажем, двадцать.
В результате этих событий, посланная Пекином в следующем 1845 году тридцатитысячная армия под командованием принца Юджина потерпела разгромное поражение, а сам военачальник был пленен и впоследствии казнен самым жестоким образом в Урумчи. В дальнейшем же целая череда внутренних потрясений, неурожаев, восстаний и гражданских и внешних войн привела к тому, что о мятежной провинции просто забыли.
В конце 1870-х годов в Урумчи с запада была протянута железная дорога, окончательно привязавшая местных жителей к Российской империи. В дальнейшем вопрос возвращения Восточного Туркестана под руку Пекина в двусторонних отношениях даже не поднимался.
Глава 16
В 1843 году процесс переименования городов добрался наконец и до столицы. С одной стороны, идея переименовывать Санкт-Петербург в Петроград по примеру 1914 года мне всегда казалась странной и даже кощунственной. В конце концов Петр Великий дал своему детищу именно такое имя, и кто мы такие, чтобы…
С другой стороны, оставлять «немецкое» имя столице в контексте того, что все остальные города запада империи мы активно переименовывали на русский манер, было тоже как-то непоследовательно. Откровенно говоря, мозолило это немецко-голландское название, выбиваясь из стройного ряда прочих топонимов.
Более того я даже начал получать отдельные сигналы «снизу», что на фоне достаточно жесткой антизападной пропаганды – немцев и голландцев она особо не трогала, но тут Санкт-Петербург, можно сказать сопутствующим ущербом пошел – «думающая» публика начала поговаривать о русификации города на Неве.
В общем, противиться этому я не стал, были организованы формальные запросы от верных подданных императора, проведены общественные слушания, даже голосование в городской думе Питера, и в итоге – с небольшим правда совсем перевесом – победило имя «Петроград». В честь Петра Великого.
Кое-какие острословы болтали, что – и особенно это было резонно в свете будущего переноса столицы на юг, - мол «понизили» северную столицу. Раньше она в честь святого апостола называлась, а теперь в честь царя, но, если честно, и до этих событий никто иначе чем городом Петра Великого Санкт-Петербург все равно не воспринимал. Так что тут большой разницы не было.
- Ну что, Александр Александрович, готовы стать крестным отцом новой организации? – Я с улыбкой глянул на стоящего рядом губернатора Санкт-Петербурга.
- Я все же надеялся, что эту честь окажете нам всем вы, ваше императорское величество, - с легким официальным полупоклоном ответил Кавелин.
- Я скоро буду переезжать на юг, боюсь еще и этой забавой заниматься буду не способен. Уж точно не здесь, не в Питере, - я пожал плечами и махнул все время бросающему на меня взгляды распорядителю, - начинайте.
Грянул какой-то веселый марш, толпа внизу зашевелилась и вскоре к трибуне, на которой мы стояли потянулась колонна новоиспечённых пионеров.
- Хорошо идут. Не гренадеры, конечно, но видно, что тренировались, - Юсупов, который тоже в некотором смысле был причастен ко всему происходящему, тоже стоял рядом со мной.
- Ну дети, все же, не стоит быть к ним столь уж придирчивыми, - я качнул головой и улыбнувшись помахал рукой собравшимся.
История создания пионерской организации в этом мире получилась еще более запутанной нежели в моей. Началось все несколько лет назад с книги Одоевского, которому я подкинул синопсис сюжета про молодых пионеров покорителей неизведанных ранее земель. Книга, как по мне, получилась достаточно проходная, без претензий на гениальность, однако ростки идеи создания некого формализованного молодежного объединения под крылом короны упали на подходящую для этого почву.
Так, собственно, и родился проект пионерской организации, подготовленный совместно Министерством Внутренних дел, СИБ и столичным градоначальством. Каждое из ведомств планировало решать тут собственные проблемы – начиная от борьбы с преступностью среди молодежи до трудоустройства ветеранов-инвалидов последней войны – но глобально дело было явно полезно всем.
- Здорово, добры молодцы! – Никакого формального приветствия тут еще не придумали, поэтому я импровизировал на ходу. Поскольку трибуна была отделена от народа приличным расстоянием в почти три десятка метров, приходилось изрядно повышать голос, однако Багратион костьми ложился, но сокращать «буферную зону» не давал под угрозой собственной отставки. Впрочем, я не возмущался, события 1837-го года меня тоже многому научили.
- Здав! Желаю! Ваш! Император! Величеств! - Немного в разнобой выдохнула колонна мальчишек от десяти до пятнадцати лет. Девочек в организацию пока не брали, до такого авангардизма тут все же пока не дошли. Образование образованием, но понимание того, что именно мужчина должен «идти вперед», собственно и быть пионером, тут имелось полное.
Пока пионерская организация была еще совсем небольшой и объединяла несколько тысяч подростков из школ и других учебных заведений – в том числе интернатного типа – столицы. На самом деле никто и не собирался делать пионерское движение настолько всеобъемлющим, сколь оно было в СССР, наоборот, мне казалось, что в такой массовости выхолащивается сама задумка. Пионеры – это лучшие, а не кто попало. Будущая элита государства, где – и это была еще одна закладка на будущее – потихоньку обкатывались идеи полного отказа от сословного общества. Все пионеры были внутри организации равны, ну во всяком случае теоретически.
Для пущей демонстрации данного принципа пионером номер один в империи стал мой племянник, сын покойного императора Александра Алексей Александрович. Была у меня мысль сделать пионером своего младшего – Ник Ника – но тот уже выходил из положенного возраста, а вот Леша - наоборот. Ему только-только десять исполнилось, так что он вполне мог оставаться лицом организации ближайшие года четыре-пять.
- Стройся! – Колонна пионеров мгновенно распалась и на несколько секунд обратилась в хаос. Но он был обманчивый, каждый участник парада знал свое место и уже через несколько десятков секунд на площади перед Кронверком появилась огромная, составленная из людей надпись «Петроград». Да именно в этот день 27 мая 1843 года в день 140-летия города было официально объявлено о смене имени города на Неве. «По многочисленным просьбам подданных и в
