время всё расставит на свои места, пусть сегодняшний взгляд на Донбасс пройдёт испытание временем».
Что ж, будем ждать, когда бронебойный снаряд невероятной мощности, выпущенный украинским кинематографом, взорвётся на территории русского искусства. Тогда разлетится вся бутафория так называемого отечественного кинематографа. Все эти ночные и дневные патрули, все эти декоративные «викинги», эти утомительные, кочующие по киноэкранам и театральным сценам «Дяди Вани» и «Анны Каренины».
Современное русское искусство боится клокочущей российской реальности. Писатель, музыкант, режиссёр, драматург боятся схватить рукой оголённый электрический провод, в котором гудит могучий ток современности. Они боятся получить смертельный удар явлений, которых они не понимают и страшатся.
После убийства СССР русская история двигалась среди фантастических преобразований, среди чудовищных катастроф, тягчайших испытаний и неизбежных побед.
1991 год. Крах Красной империи. 1993. Расстрел парламента танками. Теракты, которые сначала сотрясали Россию, а теперь сотрясают весь мир. «Норд-Ост», Беслан, две войны на Кавказе, во время которых среди крови и предательства, среди мученических подвигов рождалось новое государство Российское. Где книги об этом? Где кинофильмы? Редкий художник рискнул нырнуть в этот раскалённый котёл, боясь не выйти оттуда живым. Солдаты — герои. Художники — трусы.
Культура спрятала свою общипанную страусовую голову в труху, где гнездятся жучки-трупоеды, продолжающие догрызать тело великой красной страны. Новое государство российское восстаёт из праха. У него появились свои герои, свои пророки, сыны отечества, которые через все неурядицы и беды присоединяют Крым, восстанавливают заводы, строят великие самолёты и подводные лодки, пытаются гасить пожары, сражаются с мздоимцами, усыновляют сирот. Государство возвращается туда, откуда его изгнали во время девяностых: во внутреннюю и внешнюю политику, в индустрию, в экономику, в средства массовой информации, возвращается в школы. Когда же оно вернётся в культуру? Когда культура напишет образ нового государства Российского? Когда архитекторы перестанут заниматься коттеджами миллионеров, строить эклектические башни элитного жилья в столице? Когда возникнет новый русский архитектурный стиль, стиль XXI века, «большой стиль», стиль Путина? Когда живописцы перестанут писать букетики ромашек и церквушки на холмах, а поедут в район Дебальцева и увидят, как на фоне красной зари чёрной копотью дымят подбитые танки? Где ты, современный Дейнека? Новое государство Советов сопровождалось русским авангардом. На заре красной эры творили Платонов, создавший бесподобную прозу, Петров-Водкин, написавший своего «Красного коня» и «Русскую мадонну». Архитектор Мельников, подаривший миру русский конструктивизм. Скульптор Цаплин, поэты Маяковский, Есенин, композитор Прокофьев… Киношники, где ваш «Броненосец «Потёмкин»? Скульптор, где твои «Рабочий и колхозница»? Сидите, как ёжики в кучах палой листвы, и ваше присутствие угадываешь только по шелесту жухлых листьев. Откуда эта робость, осторожность, напуганность, неверие в авангардный ход русской истории, откуда тайный страх перед русской победой?
Православная церковь, пережившая после 1991 года истинный ренессанс, возродившая поруганные алтари, собравшая в обители сонмы монахов, сегодня подвергается нападкам. Чего стоят скверные выступления на «Эхе Москвы», поносящие храмы, патриарха, священников! Церковь боится дать ответ. Вылавливает дурных танцовщиц у церковных алтарей или слюнявых идиотов, занимающихся ловлей покемонов у царских врат. А этот вал тьмы, разящей сатанинской риторики, чудовищного уничижения русской веры, русской христовой муки — от него наши осторожные иерархи и пастыри испуганно отвернулись: дескать, Бог поругаем не бывает…
Ещё как бывает! Когда на Украине бандеровцы пришли к власти и начались гонения на приходы, подчинённые юрисдикции РПЦ, наша церковь говорила: «Не надо! Осторожней! Церковь вне политики». Чем кончилась эта осторожность, эта немота? Сегодня бандеровцы проводят тотальную чистку украинских православных приходов, выметая из них всех, кто симпатизирует Московской патриархии. Отбираются храмы. Отсекаются святыни. Под угрозой Почаевская и Киево-Печерская лавры. Если Хер-сонес, обретённый Россией, становится сакральным центром русской государственности, то Почаевская и Киево-Печерская лавры могут стать плацдармами, с которых киевские клерикалы будут молить Господа о сокрушении России. Культура либо несёт процветание и славу своему государству, либо служит его погибели. Страх сегодняшнего чиновника от культуры поддерживать авангардное, выхваченное прямо из жизни, — это глубинный признак поражения, одна из червоточин, которые таятся в теле сегодняшнего государства Российского. Нынешняя культура предлагает только лежалый товар, только тот товар, который уже был многократно продан на вещевых рынках истории.
Русский художник, не бойся идти в огонь, не бойся идти на завод, на ракетную площадку, на Донбасский фронт! Напиши портреты новых героев, которые вчера ещё были не видны среди изуверов и монстров девяностых годов!
Господин Мединский, Владимир Ростиславович, вспомните слова Ильича по поводу искусств: важнейшим является для нас кино. Поддержите фильм Бортко «Донбасс».
Россия-крепость[79]
Америка ужесточает санкции против России. Душка Трамп, приход которого в Белый дом вымаливали кремлёвцы, этот вероломный Трамп выламывает у России ещё одно ребро, и, видимо, не последнее. Сырьевые олигархи, которые лишаются рынков; банкиры, которых отрезают от американских кредитов; технократы, которых санкции выбрасывают с мировых рынков технологий, — все они в ужасе. У них дрожащие голоса, глаза полны слёз, Над их несметными состояниями, неправедно добытыми в России и помещёнными в американские банки, вложенными в зарубежную недвижимость, нависла угроза: их станут проверять, а возможно — и конфискуют. Как неутомимо и изощрённо они грабили Россию! Как ловко прятали награбленное в оффшорных зонах на банковских счетах! Всему этому приходит конец.
Может показаться, что новые американские санкции направлены на удушение целых отраслей российской экономики, на очищение мировых рынков от криминальных российских денег. Но это не так. Санкции направлены не против российских корпораций и банков, не против отдельных олигархов и вороватых чиновников. Эти санкции направлены персонально против Путина. Цель — сделать президента ненавистным для его ближайшего окружения, для той части российской экономической элиты, которая после возвращения Крыма в Россию рассматривает Путина как главного виновника своих затруднений. Санкции должны питать ненавистью сердца российских магнатов, которые видят в Путине своего заклятого врага.
Заговор олигархов и крупной чиновничьей знати против Путина весьма вероятен. Среда, питающая подобный заговор, разрастается. И быть может, чуткое ухо слышит, как в ночных коридорах дворцов уже звучат осторожные шаги заговорщиков.
История российской власти богата примерами, когда раздражённое окружение царя или вождя устраняло его. И этим пользовались враждебные России державы. Императора Петра III отлучила от власти, а потом и убила его ближайшая знать, среди которой был и самый близкий и дорогой ему человек — жена Екатерина. Императора Павла I жестоко и беспощадно в ночи петербургского Инженерного замка забило насмерть его аристократическое окружение с молчаливого попустительства его милого сына Александра. Последнего царя, Николая II, лишило власти его окружение. То были и думские депутаты, и генералитет, и представители императорского дома, и
