и стала наощупь выбираться вдоль сужающейся каменной расщелины. Через несколько минут она вылезла из неширокого разлома меж корней клена.
Она оглянулась. Телен все еще находилась внутри. Если это действительно была она; но коли так, Гонлин точно должен с легкостью отпустить ее теперь, когда заполучил адмирала. Антея уцепилась за эту мысль и огляделась вокруг.
Она парила в странном сумеречном мире одетых в кору колонн, которые увенчивала густая листва. Длинные, похожие на канаты стволы деревьев вздымались на сотни футов над поверхностью астероида, прежде чем распуститься ветками и листьями. Сейчас, когда солнце Слипстрима переключилось в фазу техобслуживания, единственный свет давало зарево далеких окон, и лишь малая его доля пробивалась сквозь листву. Проще всего оказалось взобраться по одному из стволов до кроны дерева, откуда хоть что-то было видно. Дальше она перепрыгивала с ветки на ветку, возвращаясь в обход к гигантскому подвешенному камню.
С края кратера она кое-как разглядела зеленую поросль, под которой маскировался мотль; он засел между несколькими большими черными валунами. Среди освещенных хижин виднелись несколько людей Гонлина. Они не спускали глаз с мотля, но, если только они не выставили наблюдателя с этой стороны в темноте, то вряд ли заметят ее приближение. Времени было в обрез; с минуты на минуту кто-нибудь сообразит, что она не явилась на встречу с Телен. Ей только оставалось надеяться, что ее сестра из-за этого не пострадает.
Она соскользнула по темному склону и оказалась за валунами. Оттуда было несложно прокрасться вокруг камней до корпуса мотля. Существо знало, что она там — ведь у него были глаза по всему телу. Антея понадеялась, что оно знает и то, кто она такая.
Быстрый прыжок — и она оказалась рядом с одним из люков доступа. «Впусти меня» — прошептала она. Несколько напряженных секунд ей уже казалось, что он не послушается, затем люк скользнул в сторону. Изнутри лился красный свет, но она была с дальней стороны мотля от Гонлиновых наблюдателей. Пока она карабкалась внутрь, не прозвучало ни единого тревожного крика.
Люк за ней закрылся. Антея просочилась вокруг узкого угла — интерьер этих существ вызывал дичайшую клаустрофобию — и уселась в одно из двух командирских кресел в кабине мотля.
Их звали командирскими, а отсек — пилотской кабиной, но это не значило, что человек действительно командует рубежным мотлем. Машины обладали собственным разумом, и эти крошечные каюты скорее походили на защищенные бункеры для нечастых пассажиров-людей. Здесь стояли обзорные экраны и панели управления, но сейчас все они были погашены; Антея сомневалась, что сможет оживить их так близко от Кандеса. Если то, что ей рассказывали о мотлях, справедливо, в такой близи от солнца солнц могли активизироваться только их псевдобиологические системы. Даже красные лампы были, вероятно, биохимическими, а не электрическими. Тем не менее, его мозг будет бодрствовать, и Антея сможет поговорить с ним здесь с глазу на глаз.
Проблема заключалась в том, какой из сотни вопросов задать ему первым.
— Ты мотль моей сестры? — В этом стесненном, мертвом пространстве ее собственный голос звучал раздражающе непривычно.
Голос, который ответил ей, нервировал еще сильнее — громкий и ясный, разборчивый и понятный, но лишенный каких-либо человеческих интонаций.
— На время текущей чрезвычайной ситуации мне предписано работать с Телен Аргайр, — сказал мотль.
— Что ты здесь делаешь? Я думала, такие, как ты, только патрулируют оболочку Вирги?
— Я преследую нарушителя.
— Кого?
— На этот внутренний уровень проникло существо из-за пределов Вирги. Я выследил его внутри астероида Раш. Мне даны указания ждать здесь, пока не прибудет подкрепление или пока оно снова не начнет двигаться.
— Даны указания… кем? Гонлином?
— Нет, Распределенным Консенсусом. — Так называлась командно-управляющая организация мотлей, вспомнила Антея.
— А люди Гонлина… ты работаешь совместно с людьми из внутренней стражи, находящимися внутри этого астероида?
— Нет. Я дал им указания привести ко мне нарушителя. Они этого не сделали.
Антея обняла себя руками. Она попыталась придумать, что спросить дальше — что угодно, кроме самоочевидного следующего вопроса. Потекли секунды, пока она не осознала, что тянет время, и не сдалась:
— Как выглядит этот нарушитель?
Хотя уже знала ответ.
— У него внешность Телен Аргайр.
16
Семейное сходство было налицо. Все обернулись посмотреть на Телен Аргайр, когда она вошла в крошечную халупку, и не только оттого, что она выглядела так же экзотично, как и ее сестра. Она была ниже ростом, лицо имело скорее сердцевидные очертания, в отличие от Антеиной «перевернутой слезинки», но с таким же узким носиком и широко расставленными большими глазами. Она носила простую дорожную одежду, которая нисколько не скрывала ее фигуры.
Она была так прелестна, что Чейсон не сразу сообразил, что внезапная настороженность ее предположительных мучителей говорит не о восхищении, а о чем-то совершенно другом.
Горло Чейсона пересохло от крика в тряпку, которую ему всунули между зубов. Он едва мог сфокусировать глаза, его бил озноб, хоть он весь был в поту, и сердце, казалось, вот-вот вырвется из груди. После пребывания в тюрьме Фалкона он полагал, что познакомился со всеми способами человеческих пыток, но команда Гонлина истязала его такими методами, боли от которых он даже вообразить не мог.
И тем не менее… «Он ничего нам не выдал», — сказал тот, который представился Гонлином — бледный, похожий на лягушку человек с бегающими глазами; такого вряд ли себе представишь великим революционером. Как бы то ни было, остальные признавали его главенство — по крайней мере, пока в комнату не вошла Телен Аргайр.
Она подняла свой точеный подбородок и прищурила глаза, изучая Чейсона со змеиной отстраненностью. Затем ее голова повернулась — таким движением, словно жила совершенно отдельно от всего прочего тела — и Телен моргнула, поворотившись к Гонлину.
— Где другая? — спросила она. — Сестра?
Гонлин открыл рот:
— Я думал… она была с вами… — Он развернулся к своим людям, темнея лицом. — Я же велел сопровождать ее? Где Эрик?
Чейсон попытался иронично хмыкнуть, но ничего не вышло. Телен Аргайр, казалось, тем не менее услышала; ее голова дернулась обратно, а взгляд сосредоточился на нем.
— Почему вы не сказали им то, что они хотят знать? — Вид у нее был скорее недоумевающий, чем рассерженный.
Он сплюнул в ее сторону кровью. Она увернулась и снова обратилась к Гонлину.
— Принесите воды. У него пересохло в горле. — Чейсон уловил позади нее размытые фигуры мужчин и женщин, носящихся то в хатку, то из нее. Они перекрикивались друг с другом и людьми снаружи. Поднатужившись, он изобразил смешок.
