было что-то из себя изображать. Особенно любили такое эдакое ваши россиянские деловые люди. Помню, еще недавно в малиновых пиджаках ходили, надевая их прямо на спортивный костюм. А глянь, уже новые аристократы! Угу, и приличные такие, пока не напьются.
Анатолий рассмеялся, по всему было видно, что настроение у него хорошее.
— Анатолий, надеюсь, наши встречи прошли не напрасно? — Михаил решил сразу приступить к делу. Две очень важные встречи за один вечер, неплохой итог для последнего дня поездки.
— Ну, как сказать — Тозик отодвинул тарелку — в принципе, все эти дни прошли полезно и насыщенно. Мы, я имел в виду, наш анклав, давно хотели предложить расширение сотрудничества, а тут такая оказия образовалась. Хотя вот сегодняшний день, честно сказать, поверг меня в смятение. Конечно, спасибо тебе, что поставил на место Ступку. У этого свидомого хохла иногда мозг клинит от неприятия москалей. Но, к сожалению, пока приходится его терпеть.
— Пока?
— Иногда в жизни надо идти на компромиссы. Да и парень он, в общем-то, неплохой, порядок у него в команде железный. Просто забегает он временами впереди паровоза, жизнь еще не обламывала. Вот теперь, после твоей отповеди, немного задумается.
— И много таких впередибегущих у тебя в хозяйстве?
— Да есть трохи — Анатолий засмеялся — Ну а если серьезно, коллектив наш уже устаканился. Каждому нашлось нужное дело, по душе. А если дело есть, то дурью маяться некогда, работы ведь кругом невпроворот. Да и народ у меня собрался больше работящий и инициативный. С этим полный порядок, мы — белорусы вообще вкалывать всегда умели.
— Это я знаю. Очень трудолюбивый народ, не везло только вам в истории. То одна беда, то другая. Я, честно говоря, рад со всеми вами сотрудничать. Не знаю, что там с украинцами в дальнейшем выйдет, больно у них гонору много.
— У тебя получится, ты ведь и так украинец по отцу.
— Ага, а по прадеду и серб. Большая была страна, много в ней всякого народу переплеталось.
— Угу — согласился Анатолий, отправляя в рот хороший кус жареной свинины. Минут через пять, когда собеседник хорошенько перекусил, наконец, раздался долгожданный вопрос — Поражаешь ты меня, Михаил. Такую идейную речь сегодня завернул, аж даже меня проняло до пяток. А шкура, я скажу тебе, у меня толстая, как у носорога.
— А это не просто речь, Толик, это программа — Михаил посмотрел прямо в глаза собеседнику.
— Серьезно?
— Серьезней некуда.
— Ты снова меня удивил — Тозик махом опрокинул в себя стакан с пивом, потом перевел дух и добавил — Хотя Миша, может ты и прав. Испортились в том мире людишки, ой испортились. Вот и тряхануло нас по самое не балуй, и ведь даже после всего этого ужаса им все равно неймется. Поглядел я на твой подарочек, в виде москвичей. Тьфу, а не люди. Как ты их, такую толпу, еще и вытерпел то? Хотя подожди, все равно я тебя недопонял, коммунизм, что ли собрался строить?
— Да как ни назови, главное чтоб кривым не вышло.
— Ой, обожжешься. Жизнь она…
— Не надо про жизнь, Толик. Я понимаю, нас уже сложно переделать, но детей и внуков поставить на нужную дорогу вполне возможно. У нас есть для этого и идеи, и ресурсы, нужны только единомышленники.
— Думаешь, получится? — Тозик нагнулся вперед и его глаза заметно заблестели.
— Это только от нас самих зависит. Я в этом деле серьезно, и карты вам открыл. Следующий ход за вами.
— Интересный ты человек…. Хотя учитывая то, что я успел о тебе узнать, удача будет — Тозик задумался — А знаешь, я в деле! Альтернатива то какая у нас? Опять барыжничать, строить «жизнь как у всех». Да ну его! — Анатолий в возбуждении даже привстал — Правильно ты, Миша, сказал! Есть у нас шанс сделать лучше, так какого хрена мы старье возрождаем. Умерло оно, умерло навсегда, а нам здесь жить! Давай, за это и выпьем!
Они чокнулись и уже более доброжелательно посмотрели друг на друга. Теперь у Михаила в этом новом мире было сразу два фартовых союзника.
Далекий гулкий звук сразу вывел Бойко из лабиринта воспоминаний. Михаил очнулся и огляделся, находился он на тропе к озеру, а звук был криком друзей, сопровождаемый выстрелом в воздух. Он быстро достал из кармана рацию, дождался вызова и коротко бросил — Это атаман, минут через десять буду, отбой.
А вокруг царила светлая лунная ночь нового мира. Мира, принадлежащего им теперь по праву.
