Работают экспаты в основном в Москве (по данным ФМС, здесь оформлено 77,6 % разрешений на работу для ВКС). Затем следуют Сахалинская (6 %), Московская области (5 %) и Санкт-Петербург (4 %).
Россия относится к числу тех стран, которые больше принимает экспатов, чем отдают. В данной категории мы сопоставимы со странами Азии (исключая Индию с Японией), Восточной Европы, Ближнего Востока и Черной Африки.
Содержание экспата принимающей стороне обходится на порядок дороже, чем аналогичного российского специалиста. Ведь помимо заработной платы экспат получает хорошие бонусы и компенсации, такие как оплата жилья, транспортные расходы и пр. С учетом подобных надбавок компенсационный пакет иностранца может быть на 50–70 % больше, чем у российского специалиста того же уровня. Плюс оплата регистрации экспата и всех необходимых разрешений для его въезда в страну.
Очень часто местные работники относятся к иностранным специалистам с нескрываемым раздражением. И дело не только в деньгах, хотя многие отмечают, что специалистов определенного уровня и определенной тематики можно найти и у себя дома. Российских менеджеров, по словам британских исследователей, бесит нежелание экспатов адаптироваться к российским условиям и присущий им комплекс превосходства над российскими коллегами.
Экспатов же, в свою очередь, раздражает бардак, царящий в структуре российских компаний, неготовность российских менеджеров работать по западным стандартам и постоянная трата рабочего времени на перекуры и обсуждение других сотрудников. Чаще всего в штаб-квартире транснациональных компаний, отправляющих своих топ-менеджеров в Россию, совершенно не понимают местной специфики, что усложняет жизнь экспатам. Взаимное недопонимание часто приводит к тому, что российская сторона вытесняет не пришедшегося ко двору иностранца, особенно если он не является носителем уникальных знаний и навыков. Так в свое время случилось с иностранным топ-менеджером из нефтяной компании ТНК, которого упрекнули в неумении работать, обозвали «червем» и вынудили уйти с работы. С другой стороны, любой, даже самый «неудобный» заморский ВКС, имеющий высокую профессиональную ценность, удержится в российской компании при любой погоде, особенно если эта компания занимается конкретной экономикой либо реализует жизненно значимые проекты.
Русских — на Кавказ?
Согласно Стратегии развития Северо-Кавказского федерального округа, на Кавказ должны перебраться на ПМЖ русские специалисты. На совещании в Ессентуках Президент Дмитрий Медведев вдребезги разнес силовиков, заявив, что их статистике веры нет, оперативная обстановка в регионе не улучшилась, по-прежнему «весьма сложная», активность бандформирований не снижается, их деятельность проходит в тандеме с организованной преступностью.
За 10 месяцев при уменьшении в стране умышленных убийств на 13 процентов в СКФО их количество возросло на 5, при этом раскрываемость снизилась на 10. Полпреду Александру Хлопонину был дан строгий наказ: смотреть за общей правоохранительной составляющей в регионе и сделать так, чтобы условия ведения экономической деятельности и социальные показатели округа хотя бы подтянулись до уровня среднероссийских.
Не секрет, что сегодня на Северном Кавказе — огромный клубок проблем. Реальный сектор экономики развит слабо. Основной вклад в валовой региональный продукт (до 55 процентов) вносят сектор государственного управления и сфера социальных услуг (в том числе коммунальных). А доля аграрного сектора — 22 процента, обрабатывающих производств — 15. Крайне высока безработица. Ее официальный уровень варьируется от 8 до 55 процентов, что в 1,5–9 раз превышает средний показатель по стране. Имеет место и скрытая безработица, высок процент занятости населения в низкооплачиваемых секторах. Бюджеты Дагестана, Ингушетии, Карачаево-Черкесии, Чечни остаются «высоко дотационными». Москва вбухивает туда огромные деньги, а отдачи никакой.
С чем там хорошо (даже отлично), так это с демографией. В последние десятилетия наблюдается серьезный рост рождаемости и снижение смертности. На начало 2010-го численность населения округа составила свыше 13,4 млн. И в его структуре очень высока доля лиц моложе трудоспособного возраста. Чего не скажешь о других российских регионах — стареющих, даже дряхлеющих. Что примечательно, отмечается устойчивый рост численности представителей именно титульных наций — при явном оттоке русского населения. Направить бы эти местные людские ресурсы на мирное созидание, да напряженная ситуация не позволяет. МВД, проводя спецоперации против боевиков, каждый день теряет там своих людей, теракты стали привычным явлением. Чего стоит один только взрыв на рынке Владикавказа.
Между тем не далее как в октябре прошлого года российское правительство утвердило Стратегию социально-экономического развития Северо-Кавказского федерального округа до 2025 года. Она предусматривает три сценария: инерционный, базовый и оптимальный. Понятно, что первые два бесперспективны, не принесут существенного улучшения качества жизни. Тогда как оптимальный сценарий (на то он и оптимальный) сулит реализацию обозначенных в документе задач. А именно: рост валового регионального продукта (ВРП) на душу населения с 79 тыс. рублей в 2008 году — до 219 тыс. в 2025-м; повышение средней номинальной начисленной зарплаты — с 9,6 тыс. до 23,8. В регионе, согласно Стратегии, появится не менее 400 тысяч новых рабочих мест. Соответственно, уровень официальной безработицы снизится с 16 до 5 %. Доля населения с денежными доходами ниже прожиточного минимума сократится с 16,5 до 9,2 %. Обеспеченность жильем вырастет с 17,1 до 24 с лишним квадратных метров на душу населения. И так далее, и тому подобное.
В общем, согласно Стратегии, через пятнадцать лет Северный Кавказ должен стать и здравницей, и житницей — крупнейшим оздоровительным и горнолыжным центром СНГ, надежным поставщиком экологически чистых продуктов питания. А главное — привлекательной во всех смыслах территорией для постоянного проживания людей. Амбициозно? Не то слово.
Но более других пунктов вышеупомянутого документа СМИ привлек тот, в котором говорится, что важной задачей является работа по привлечению для постоянного проживания на территории Северо-Кавказского федерального округа русского населения из других регионов, а также русскоязычных граждан из других стран СНГ. И прежде всего — высококвалифицированных специалистов. Предполагается обеспечить таких переселенцев на новом месте работой, помочь им с жильем. Тем, кто решится перебраться на Кавказ, обещают даже компенсировать расходы на переезд. Но не более того. Главной гарантии — безопасности — Стратегия этим людям, увы, не дает. Да и дать не может, пока в регионе взрывоопасная обстановка. К слову, русских на Северный Кавказ призывают вернуться не в первый раз. Такие попытки уже имели место в отдельных республиках, но результатов не дали. Нет дураков, согласных день и ночь жить под пулями. И этим все сказано. Вот когда на Кавказе будет мир и хотя бы элементарный порядок, тогда — пожалуйста. Что касается представителей титульных (кавказских) наций, Стратегией оговорено сформировать Агентство по трудовой миграции, которое станет искать вне СКФО потенциальных работодателей и предлагать вакансии безработному населению Северного Кавказа. Даже контролировать соблюдение прав кавказских тружеников. Кстати, при создании агентства предлагается рассмотреть целесообразность введения для тех, кто воспользуется его услугами, обязательства — через определенное время вернуться домой. Не исключено, что кавказцам будут предлагать поработать в других российских весях и вахтовым методом.
Разработчики документа надеются, что «горячие» кавказские труженики смогут заменить на российском рынке труда 10 процентов гастарбайтеров из стран СНГ. Однако некоторые эксперты сильно сомневаются в том, что представители мятежного региона возжелают заниматься малопрестижной работой — вкалывать на стройках, как узбеки, молдаване, украинцы; махать метлами, как таджики. Не тот менталитет. Кавказцев уже довольно много в центральных областях России, но они даже не пытаются создать конкуренцию трудовым мигрантам из бывших союзных республик.
* * *
Руководитель Института глобализации Михаил Делягин считает, что представители некавказских национальностей поедут на Северный Кавказ лишь при условии обеспечения там безопасности и толерантности. Самым оптимальным было бы возвращение в этот регион тех, кто жил там прежде. При советской власти русские составляли 12 % населения того же Дагестана, в 2002-м их было уже 4 %, а сейчас — и того меньше. Если эти люди вернутся, тогда поедут и другие. По мнению Делягина, дерусификация этого региона продолжается, и в настоящее время она затрагивает даже Ставропольский край.
