Мне кажется, что я даже слышу, как стучит в его груди сердце…».
— Это в твоей голове стучит твоя же глупость! — продолжил наставления Ангел.
— Тогда, быть может, до завтра, госпожа Екатерина? — робко спросил Родион.
— До завтра, Родион, — прошептала Екатерина, отвернулась и пошла в сторону главной лестницы. Ее душа ликовала.
«Даня, Данилка! Ты понимаешь, что происходит? Я нравлюсь Родиону из этого мира. Нравлюсь ему! Пусть он этого сейчас не сказал, но он ведь пришел. Бросил свою Женечку и пришел ко мне! Он искал меня в городе, волновался за меня! Ах, я такая счастливая!».
— Родион сказал, что был в Баграсе по делам. А сюда он зашел попутно. Навести справки, чтобы его мать не тревожилась. Успокоить Ульяну Игоревну!
«Можешь бубнить, сколько тебе хочется! Меня это не трогает. Родька приехал в Баграс специально для меня! И еще неизвестно, как долго он тут выжидал и караулил! Ах, какое блаженство! А как там у классиков? «Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей». Похоже, это справедливо и для мужчин. Стоило мне только уехать из деревни, и он уже скучает. А если бы он влюбился в меня так, как…».
— Он, или все же Магистр Злот должен в тебя влюбиться? Мне как-то не очень ясны твои намерения.
«Ну… — Катерина остановилась в раздумье на крыльце. — Получается, что оба. Они оба должны в меня влюбиться. Злот для того, чтобы я выиграла пари. А Родька — чтобы я стала счастливой и смогла бы гордо проповедовать, что справедливость все же есть на белом свете. Мы с Родионом созданы друг для друга!».
— Я вообще перестал тебя понимать. Катя, а ты какого Родиона любишь: прежнего или нового?
«Люблю я прежнего. Но если быть откровенной, Даниил, мне чертовски нравится новый Родион. Прости за ругательство. Я исправлюсь».
— Так, любопытно. Любишь одного, но нравится другой. А к кому из них ты хочешь вернуться?
«А который из них, с твоей точки зрения, лучше?».
— Они оба тебе не подходят. Хотя новый Родион и более воспитан.
«Ты находишь? Мне он тоже больше внушает доверия, чем мой бывший. Что ж, решено. Буду сражаться за Родиона нового».
— Сражаться? Катя, а как же пари? Ведь если ты проиграешь Злоту вашу трехстороннюю сделку, то останешься у разбитого корыта! Ты не сможешь возвратиться в наш мир. И все Родионы вселенной тебе станут уже малоинтересными.
«Я выиграю эту сделку, Даня! Я все силы брошу на атаку Злота и заставлю его в себя влюбиться. А чувствами Родиона займусь после. Ну, или между нашими свиданиями с Магистром. Ты же видишь, у нас с Родькой все прилично и безобидно. Тебе не в чем меня упрекнуть».
— Все прилично и безобидно? — недовольно переспросил Ангел. — Насколько безобидно? Ты не подумала, Катя, что, выиграв пари, ты покинешь этот параллельный мир навсегда! Влюбишь в себя этого крестьянина, а затем оставишь здесь его страдать?
«Нет! Я уже не желаю, Даня, чтобы он страдал. Я упрошу Амалию отпустить нас вместе с Родионом в наш мир. Я не оставлю здесь Родьку!».
— А если Амалия откажет тебе в твоей просьбе и отправит тебя одну? Что тогда?
«Слушай, Даниил, хватит меня пугать! Я не знаю, что тогда! Ты хочешь, чтобы я отказалась от своего приза? Хорошо, ради Родиона, я откажусь. Накажу этого зазнавшегося Магистра и сама не буду просить выигрыша. Если этот Родион меня полюбит, я останусь в Теппе. И пусть мои близкие меня простят! Это будет более правильным решением, чем вернуться к жениху, который, как ты сам уверяешь, мне не пара».
— Катя, Катя! Да я совсем не то пытаюсь тебе втолковать! Здесь вообще нет твоей пары! Оставь обоих Родионов в покое! Выигрывай свое пари и отправляйся домой, к родным. Не разбивай ни свое, ни чужое сердце!
«Ах, Данечка, если бы ты знал, как сильно мое сердце любит, ты бы меня понял…».
Открывшаяся на крыльце дверь заставила непроизвольно вздрогнуть всех: и собирающуюся зайти внутрь Катерину, и сопровождающего ее Ангела-Хранителя, и выходящих из дверей Георгину с Кириаком.
— Ой, Катенька, что ты здесь делаешь, одна? — воскликнула Георгина, придирчивая осматривая сад, а где же ее непутевый братец? Какой очередной фокус готовит?
— Добрый вечер, госпожа Екатерина, — Кириак поклонился. — Заезжал навестить свою сестру. А Злот в Баграсе, или опять засел в своем подземелье?
— Злот только что ушел. Он проводил меня до ворот и отправился к себе. Он придет сюда завтра, после обеда.
— Жаль, я хотел его повидать, — сказал Кириак. — Завтра меня здесь уже не будет. Мне надо возвращаться в столицу. Что ж, дамы, спокойной ночи.
— Я провожу тебя, брат, до ворот. Катя, а ты пока иди в дом, — распорядилась Георгина, важно приступая к спуску с белокаменной лестницы.
Екатерина кивнула и скрылась за дверями. Она за сегодня слишком устала, чтобы вести еще какие-то светские беседы.
— Георгина, сестренка, — прошептал Кириак, догоняя хозяйку дворца. — Она великолепна! Нет, Злот обязан в нее влюбиться. С такой внешностью нельзя не притягивать!
— Стараемся, брат. Весьма стараемся. Я отдала ей свои лучшие наряды и драгоценности. И очень надеюсь, что не напрасно. Но многое будет зависеть и от нее самой.
— А какие-нибудь магические способности она проявляет?
— Пока лишь по отношению к моим рысям. Они ее полностью признали.
— Да ладно?! Они же на всех чужих смотрят, как на обед! Странно. А как у нее сейчас блестели глаза, ты заметила? Так выглядят только абсолютно довольные люди. Это взгляд победы. Ах, Георгина, я чувствую, мы с тобой на правильном пути. Значит, и дальше действуй, как мы и договорились. Пусть Злот верит, что ты для него стараешься, что помогаешь ему. Сама же делай все возможное для победы Екатерины. Пусть она выигрывает их спор и убирается к себе домой. Не жалко. А нас с тобой ждет Совет Ардалиона. И очень много властных полномочий. Угу?
— Да, Кириак. Я все поняла. До свидания.
ГЛАВА 22. Уроки
Рано поутру служанки Георгины разбудили гостью, напоминая ей, что скоро начнется урок танцев. Катерина вскочила на ноги.
После вчерашней конной прогулки болело все тело. Руки и ноги не слушались, мышцы задеревенели, кости ломило, и в целом ощущение было такое, будто ее вчера весь день колотили палками. «Нет, больше никаких скачек наперегонки. Я не бессмертная и не железная. Хотя… Родька, он ведь тоже лихо управляется с конем. Ах, Родион, Родион! Вот если бы нам с тобой как-нибудь прогуляться
