пространством между ними. Пыли здесь было столько, что моя нога утонула в ней по щиколотку, при том, что я находился в псевдотеле! Мало того, ещё и в воздух её поднялось огромное облако. Побродив по залу, мы не нашли ничего полезного и интересного. Многие колонны были из прочнейшего стекла или прозрачного пластика. В данный момент они пустовали. На стенках и на дне виднелись лишь грязные разводы. Главное — ничего тут не работало.
Нашли лифт. Тоже нерабочий. Конструкция оказалась настолько крепкой, что когда я взялся резать стенки дагой, то едва не сломал клинок. Никакого сравнения с теми коробочками в Фаркрасе, которые будто из фольги сделаны. Можно было проскользнуть внутрь кабины при помощи Скольжения. Но я не стал сейчас подобным заниматься, оставил на потом. Вернусь сюда в том случае, если больше не будет других вариантов спуститься на нижние ярусы.
«Вот ведь нашли местечко… Будто спецобъект из тёмного советского прошлого, где не экономили на стройматериалах», — пронеслось в моей голове.
Пришлось возвращаться из зала обратно в коридор и исследовать вторую дверь. За ней обнаружилась лестница. Как и первая она вела куда-то вниз и не имела источников освещения.
Наше напряжение достигло того уровня, когда его можно было чуть ли не физически резать ножом и черпать ложкой. Обстановка была настолько тихая и спокойная, что этим же она и пугала. Ну, не может быть безопасно там, где сгинули десять человек.
Спустившись по лестнице, мы опять оказались в большом коридоре. Здесь расположились одиннадцать дверей. Десять вели в пустые пыльные помещения. Одна в короткий проход к лифту, который в отличие от предыдущего оказался вполне рабочим. Но перед тем как забираться в него мы обследовали комнаты. Как оказалось зря. Там ничего не было кроме пыли и непонятных установок, которые мы уже видели наверху.
Всё изменилось на следующем нижнем ярусе, куда нас доставил лифт. Здесь было заметно чище. Пусть пыли и грязных разводов хватало, но их было точно на порядок меньше, чем наверху. Ещё нормально работали световые линии. Они давали достаточно света, чтобы наши таланты ночного взора можно было деактивировать. Ещё я отозвал петов. Решил использовать только маскировку, чтобы как можно дольше оставаться незамеченными для гипотетического врага.
Планировка здесь не очень отличалась от верхних ярусов. Похожие коридоры с просторными помещениями и залами, заполненными непонятными футуристическими устройствами или примитивными столбами, пластинами, кубами и сетками. Возможно, когда-то очень давно они раскладывались в нечто очень ультратехнологичное или в них прятались не менее сложные устройства. Но сейчас это были просто кубы и большие пластины из полимеров и металлических сплавов. Последним будут рады только кузнецы и сборщики древних металлов. К слову сказать, уже то, что мы нашли во время осмотра подземелья стоит очень многого! Ко всему прочему объект после зачистки можно превратить в очередной посёлок или особый форт только для военных нужд. Толстые стены и всего несколько точек проникновения делают это место если и не бесценным, то крайне важным. Главное, чтобы тут враги оказались нам по зубам.
Ах да, ко всему вышеперечисленному стоит добавить, что все эти устройства выглядят куда потрёпаннее, чем их собратья ярусом выше. Словно их аккуратно разбирали, чтобы потом детали установить куда-то ещё. И в разборке участвовали минимум разумные машины или дикие неразумные устройства Красной ветви. Люди бы тут поработали с помощью кувалды и какой-то матери, оставив крайне характерные следы варварского демонтажа.
Чем дальше от лестницы мы шли в скопище залов, коридоров и маленьких комнат, тем чаще нам встречались следы разборки конструкций и демонтажа узлов. Неизвестные снимали уже блоки не просто с отдельной аппаратуры, но уже залезали в стены, в потолочные и подпольные ниши с каналами. Почему такого не было наверху? Это точно могу сказать: разборка идёт от центра местной подземной «цивилизации» с постепенным расширением радиуса. Уверен, скоро мы окажемся в поясе, где вообще ничего не окажется кроме голых стен и бесполезных каркасов аппаратуры. А вот за ним мы найдём место, где должна кипеть местная жизнь, которая себя поддерживает за счёт технического каннибализма.
Следующий ярус оказался тем самым поясом, мысли о котором навевали картины раскуроченных устройств и помещений выше. Здесь же мы нашли первые жуткие находки, от которых моя голова едва не лопалась от генерируемых мыслей.
На одной из конструкций, которые я в самом начале осмотра объекта назвал футуристическими медицинскими носилками, торчала на углу уродливая человеческая голова. И нет, её не положили на предмет и не накололи на выступ. Больше всего это походило на то, как если бы от киношного робокопа отделили бестолковку и присоединили к разъёму на каталке.
— Робомед, блин, — пробормотал я себе под нос при виде этой картины и навеянных ей ассоциаций. Голова ничуть не испортилась, хотя пролежала тут не один год судя по слою пыли на ней и вокруг. Или обработана чем-то таким эдаким, или принадлежит не человеку, а андроиду, например.
— Что ты сказал? — посмотрела на меня Кира.
— Не обращай внимания. Так, просто мысли вслух.
Над следующими найденными носилками неизвестные мастера поработали ещё более кустарно. На предыдущий нижняя часть была голая со следами микроскопических разъёмов. Здесь же на обратную сторону аккуратно приварили обычной сваркой — или необычной, но факт наличия строчки расплавленного металла присутствует — два больших кольца. Они походили на кольцевые светодиодные лампы, которые используют профессиональные фотографы и блогеры на Земле. Предположу, что кольца — это нечто из разряда антигравов из фантастики. Причём самого низшего пошиба, так как до этого в носилках должны были стоять их аналоги куда более высокого поколения.
В одном зале мы нашли завалы из металлических обрезков, обрывков, пластин, таких же фрагментов из полимеров, осколков стекла, кусков проводки и ошмётков разноцветной резины. Чуть дальше в том же зале увидели штабель из знакомых каталок. На некоторых торчали знакомые головы и круги под днищем, на других серели голые человеческие черепа. Не то свалка, не то кладовка вещей типа «когда-нибудь пригодится».
Ничего полезного здесь не было. Даже освещение пропало. Но нам это только на руку было. Вместе с лампами, аккумуляторами и прочим подобным барахлом неизвестные должны были демонтировать и всяческие видеокамеры с турелями.
— Отдохнём, — сказал я.
