ищите дурака! Кто себя выдаст, засветив такую карту?
Поймав за руку мальчишку-раба, я дал команду: «Двойные носилки сюда, быстро!» — и отвесил подзатыльник для скорости. Сульмар тем временем разглядывал двойные витки спирали, бравшей своё начало на разных концах Площади. Да, полюбоваться здесь было чем: широкие, в сотню шагов, уходящие в небеса, где виднелась средняя площадка, витки находились в беспрерывном неспешном движении, то устремляясь вверх, то опускаясь вниз.
Наконец показались носилки; впереди бежал запыхавшийся посыльный, указывая путь. Поравнявшись со мной, он пролепетал:
— Господин! — и протянул ладонь.
Я мог бы его прогнать: платить или не платить, зависело только от моего желания. Но сегодня я был добр, и бросил ему пластинку дайна. Четверо здоровенных гориллоидов опустили перед Сульмаром богато украшенные носилки, скорее всего трофей из какого-нибудь примитивного мирка, где в них торжественно носили местного короля или жреца. А теперь они с ветерком поднимут нас на верхнюю площадку.
Я помог Сульмару залезть внутрь, и сам с удовольствием уселся, подложив под себя изящно вышитую подушку. На подобные глупости мне всегда было жаль тратиться. Вроде бы мелочь: пять дайнов. Но, как я где-то читал, именно из мелочей жизнь и состоит. Тут пять дайнов, там неудачная ставка, ещё что — и скудный ручеёк постоянно утекает в чужие руки. А потом турнир или рейд, и нужно купить карты заклинаний в лавке, новую обувь, потому что старая расползлась после кислотных дождей, обновить запас арбалетных болтов, оплатить взносы в Гильдии проводников, которые три месяца как не уплачены… И так далее, и так далее. Но после такого путешествия грех немного не потратиться. Пожалуй, это был мой самый успешный переход за все циклы в Игре.
Сульмар, продолжавший вертеть головой, спросил:
— А что за существа нас несут? Неужели тоже игроки?
Оторвавшись от окна, из которого с высоты паланкина высматривал на Площади знакомые лица, я ответил:
— Нет, конечно. Это обычные слуги. Только им, кроме игроков, дозволено находиться на Площади.
— Слуги? — удивлённо переспросил Сульмар. — А кто они такие?
— Обычные люди, как мы с тобой. Только они утратили души, продали их за что-нибудь эмиссарам тёмных богов или их у них как-то ещё выманили, неважно. Но они потеряли свободу и бессмертие. Игроки иногда выкупают у тёмных богов или их жрецов кристаллы душ и помещают в карту-пустышку. Так получается слуга. В отличие от призванных существ, он наделён разумом, может чувствовать, думать, но он всё равно слуга и будет выполнять то, что ему прикажет хозяин. При этом у него сохраняются все знания, навыки или способности, которыми он обладал, пока не утратил душу. Многие владыки и полководцы используют слуг на важных постах, доверяя им управлять карточными домами, лавками и банками или выполнять различные поручения. Всё зависит от того, кем раньше был слуга. Он полностью зависим от хозяина, и даже гибель телесной оболочки не освобождает от контракта. Это вечный слуга, и так будет до тех пор, пока хозяин за какие-то заслуги не вручит ему карту, в которой заключена его душа. Но такое бывает чрезвычайно редко.
— Но если в карте душа, то откуда тогда берётся тело? — спросил Сульмар, обдумав мои слова.
— Карта создаёт материальную оболочку, так называемую проекцию, в момент призыва, — блеснул я умными словами. — Вот, смотри!
Высунувшись из носилок, я указал на шакалоподобного игрока.
— Все, у кого есть подобные Медальоны, как у меня, — это игроки. А те, у кого есть такие отметки, — я указал на пробегавшего мимо мальчишку-посыльного, на лбу которого красовалось тавро его хозяина, — это слуги. И не вздумай перепутать, назвав слугу игроком. Слуги ещё ладно: посмеются над тобой и забудут. А вот игрока слугой назовёшь — и без поединка не обойтись, это оскорбление.
Сульмара буквально распирало от любопытства.
— А сейчас закат или рассвет?
Я взглянул на небо с витками уходящей вверх спирали.
— Сульмар, здесь всегда так. В этом месте нет ни ночи, ни дня, ни луны, ни солнца. Здесь всегда сумерки, состояние между днём и ночью. Миг, когда солнце ещё не опустилось за горизонт, а луна не поднялась на небо. Это время Хаоса, граница между Светом и Тьмой.
— А что делают все эти игроки на нижней площадке?
— Подбирают команды для возможных рейдов, обмениваются новостями… Да мало ли чего! Многие игроки месяцами, а то и годами торчат в этом месте, не высовываясь в другие миры.
— Почему?
— По-разному. Некоторые боятся. Ты же видел, как мы с тобой влипли в Мире водопадов. Нам повезло, смогли вырваться. А сколько до нас погибло? Не меньше десятка! — вспомнил я вещи и карты, найденные у мотылька. — Вот многие и толкутся, собирают команды. Организованным отрядом легче путешествовать по мирам. Хотя с командой сложнее справиться, так безопаснее. В общем, у всех свои причины. Да и на самом деле игроков там не так уж и много. В основном внизу слуги да рабы суетятся, стараются для своих хозяев. Подслушивают, вынюхивают, кто где был, кто что нашёл, предлагают товары и так далее.
— А почему ты тогда путешествуешь в одиночку?
— Потому что так выгоднее. В рейде трофеи делятся на всех, а здесь только я себе хозяин. Сам планирую маршрут и сам отвечаю за свои поступки. Конечно, так опасностей больше. Но мне пока везёт.
Тем временем мы поднялись до торговой площадки. Здесь уже было потише. Среди сотен палаток, выстроившихся рядами, неспешно прогуливались игроки, присматривая для себя товары.
— А это у нас торговая площадь. Здесь можно купить и продать всё, что существует во Вселенной и влезает в сумку игрока. Чуть дальше, за торговыми рядами, трудятся мастера и ремесленники.
— У вас здесь разве что-то делают? — удивлённо спросил Сульмар.
— А как же? — Я чувствовал себя гидом, рассказывающим туристу про красоты своего города. — Не всё ведь можно найти, отнять или купить на Осколках. Где-то же надо брать обувь, одежду, оружие и припасы, ту же еду или выпивку. Поэтому часть того, что мы не можем забрать или купить, приходится делать самим. Владыка Хаоса не удосужился позаботиться об этой части бытия игроков. Спасибо, что хоть самым необходимым обеспечил: едой и водой, а то, в чём ты будешь путешествовать, его слабо волнует. Хочешь — голым задом сверкай, а хочешь — штаны на него натягивай; где ты их возьмёшь, ему неинтересно. Поэтому и приходится крутиться, как можешь. Времени у нас много, поэтому те, кто помудрее или в прошлой жизни, ещё до Игры, каким-то полезным ремеслом владели, начинают шить, кроить, ковать или
