решим, что будем делать дальше, и я снова лягу спать!
— Нужно просто арестовать её и допросить! — заявил Теодор и его глаза злобно сверкнули. — Созналась один раз, сознается и другой! Я вызову из Лианкура палача и…
— Нет, — покачал головой Марк. — Я конечно, хозяин на своей земле, могу по своему усмотрению казнить и миловать, но не стоит забывать, что она замужем за дворянином. Пока у нас из всех доказательств только вот эти бумаги, но ты ж понимаешь, что этого недостаточно. С тех пор прошло больше двадцати пяти лет, и её ни разу больше не схватили за руку. Напротив, она слывёт знатной и благочестивой дамой. Потому я не могу вот так просто схватить её и передать палачам. А если она не сознается?
— И что, мы оставим всё, как есть?
— Конечно, нет. Нужно заставить её выдать себя.
— Но как?
— Спровоцировать, — недовольно проворчал Джин Хо. — Триггером её поведения является Теодор. Должно быть, она видит в нём Аделарда, который когда-то был её возлюбленным, и потому устраняет всех соперниц. Так нужно показать ей соперницу.
— Она чуть не убила Орианну, — напомнил ему Теодор.
— Я не Орианна, — буркнул лис, обиженно взглянув на него.
— Ты о чём? — повернулся к нему Марк, и на его губах появилась азартная улыбка. — Ты хочешь изобразить девицу?
— Запросто. Ты ж знаешь, что я без комплексов. Какие тебе нравятся, приятель, беленькие, рыженькие, чернобурые? — он посмотрел на опешившего Теодора. — Не волнуйся, я изображу девицу так, что никто не придерётся. У меня большой опыт. Итак?
— Рыжую! — усмехнулся Марк. — Назовёшься сестрой Хуана.
— Ладно, — кивнул Джин Хо. — Я буду красоткой. Но завтра. Ну, можно я буду спать дальше?
— Спи, — сжалился над ним Марк и, кивнув Теодору, поднялся.
— Он очень странный, этот парень, — пробормотал тот, когда они вышли из комнаты. — Вы говорите, что он брат баронессы де Флери, и он действительно похож на неё, но я никогда не видел его в Сен-Марко.
— Ты не бывал в её доме. Ты вообще часто видел её соплеменников в столице? А меж тем, в её доме их множество. Они живут там своим маленьким закрытым мирком. Да и сама Лилиана нечасто выходит, и всегда в сопровождении своих дам.
— Может, ты и прав. Но что он говорил о том, что у него большой опыт в изображении девиц?
— Ты знаешь, что такие шутки всегда были в ходу при дворе? Так дурачатся пажи и даже оруженосцы, разыгрывают друг друга и гостей. Мне самому приходилось в юности надевать платье субретки, и наряжать в наряды фрейлин моих друзей, тех, конечно, что влезали в узкие корсеты. Жаль, ты не видел в те годы маркиза Ардена, он как-то прикинулся девицей и так вскружил голову северному барону, выпросившему аудиенцию у короля, что мы с трудом вырвали его из лап этого сластолюбца.
— Неужели такие непотребства происходили при дворе короля Армана? — смутившись, проворчал Теодор.
— Как ты скучен! — снисходительно усмехнулся Марк и мечтательно улыбнулся. — Жизнь при дворе Армана порой напоминала бал-маскарад, со всеми его шутками, тайнами, недоразумениями и трагедиями. Порой мне этого не хватает. Идём! Расскажем о нашей идее Мадлен. Надеюсь, она подберёт для нашей юной гостьи платье в своём гардеробе!
— Он в него не влезет, — заметил Теодор.
Но Марк только рассмеялся.
— Не нужно его недооценивать! Иди, отправь гонца в Лианкур. Пусть пригонят карету и ждут на границе графства. А я, пожалуй, уберу засаду из башни, оставив людей снаружи, и прикажу им не вмешиваться.
— Похоже, вас это развлекает, — недовольно проворчал Теодор и пошёл исполнять приказание.
На следующий день рано утром Джин Хо спустился на площадку перед домом, куда уже привели осёдланного коня. Он простился с Марком и Мадлен, вышедшими проводить его, и сев в седло, поехал к воротам.
— Куда это собрался ваш друг? — встревоженно спросил Марка де Невиль, глядя ему вслед. — Скоро стемнеет, он успеет добраться до места к полудню?
— Он поедет в Рошамбо, чтоб встретиться с маркизом Арденом, — пояснил тот. — К темноте как раз успеет добраться до города. Я предлагал ему взять провожатых, но он отказался. Это его дело. В конце концов, дорога здесь проторенная, доедет до большого тракта, а там уж не заблудится.
— Наш гость уехал, — вздохнула Мадлен, глядя ему вслед. — Орианне всё ещё нездоровится, а Теодор при всех его достоинствах не слишком приятный собеседник. Господин де Невиль, я приглашаю вас и вашу супругу сегодня к обеду.
— Я с благодарностью принимаю ваше приглашение, ваше сиятельство, — с почтением поклонился управляющий.
— Что ж, Марк, навести кузину, а я пойду на кухню и велю повару приготовить что-нибудь особенное. Чего ты хочешь?
— Душа моя, ты ж знаешь, что я съем с удовольствием всё, что мягче подошвы, так что решай сама, — пожал плечами он и направился к лестнице.
До обеда в доме было тихо и спокойно, слуги занимались своими делами. Марк, на всякий случай снова обыскал комнату кузины на предмет заговорённых хризантем, но ничего не нашёл и отправился в библиотеку, где увидел Жаккара. Тот сидел на подоконнике с книгой в руках, но с радостью отложил её, чтоб поговорить со своим покровителем.
Там и застал их Модестайн, когда пришёл доложить о том, что в замок прибыла гостья.
— Что за гостья? — очень естественно удивился Марк, а Жаккар заинтересованно взглянул на лакея.
— Она назвала себя госпожой Хуанной, сказала, что приехала навестить своего старшего брата, который гостит у вашего сиятельства.
— Хуанна здесь? — Марк вскочил с кресла, и бросился к двери. — Быстро позови графиню. Она будет рада.
Он выбежал из дома и бросился к карете, из которой как раз в этот момент появился Джин Хо, облачённый в красивое платье из голубого бархата, отделанное серебряным шитьём. Его длинные рыжие кудри были рассыпаны по полуобнажённым плечам, словно вырезанным из золотистого мрамора. Он стоял, игриво посматривая на Теодора, подавшего ему руку, и помахивая красивым кружевным веером. Его нежное личико, которое своими тонкими чертами сделало бы честь самой прелестной юной девушке, светилось очаровательной улыбкой, а зелёные глаза искристо блестели под изящно выгнутыми тонкими бровями.
— Хуанна, девочка моя, как я рад, что ты приехала! — воскликнул Марк, сбегая по ступеням, и сжал в ладонях его руку, которую он слегка жеманно протянул ему для поцелуя.
— Где этот бездельник, мой братец? — поинтересовался лис нежным девичьим голоском. — Он уехал, ничего мне не сказав и даже не удосужившись спросить, хочу ли я поехать с ним! Где он? Я оторву ему голову и брошу
