Лисенок с моих колен исчез неведомо куда. И хорошо… хорошо. Хоть она спасется.
Я упал добровольно, но до чего же больно было смотреть, как проклятая рабская печать, в которой наш палач, без сомнения, оставил след своей ци и контуры управления, даже передав «имущество» новым хозяевам, гнет братьев к земле и корежит их новую силу. Чтобы вызвать еще меньше подозрений, я тоже напрягся и заскрежетал зубами, имитируя бешеное сопротивление.
Как? Как можно было об этом не подумать?! Как можно было…
Мою печать Янли сняла. А о том, что оба моих брата все еще формально остаются в рабстве, мы попросту забыли. Никто не попрекал их клеймом, не вспоминал об этом. Да и Янли буквально перед своим исчезновением собиралась стереть эту унижающую формальность… потому никто из нас даже мельком не вспомнил об этом немаловажном факте.
— Вы даже не представляете, насколько это прекрасное зрелище. Недолго же вы пробыли моими врагами. — Ани Ян уверенно подошел ближе и схватил шиди за отросший хвост волос. — С одной стороны, мне хочется мгновенно перерезать вам глотки за то, что взбаламутили наше небесное болото. Ну на что вам сдалась эта власть и культивация, сидели бы в семье торговца… и умерли бы чуть попозже, как обычные смертные. С другой… я рад, что теперь мне достанется не одно золотое ядро, а несколько. Причем от каждого. Я даже не подозревал о такой возможности, когда обдумывал свои планы. Просто божественно повезло. — Он снова неприятно усмехнулся.
— Достанется? — едва прошептал Юэ и украдкой взглянул на меня. Я медленно моргнул, подтверждая шисюну, что лишь имитирую воздействие.
— Избавиться от заклинателя можно и не выжигая его ядро, — намекнул глава пика Ловцов, и его голос прозвучал на редкость ласково, почти с обожанием. — Знаете, вы такие… прекрасные на вкус. Были. А сейчас стали еще лучше!
— Ты всегда настаивал на наказаниях низвержением. Но даже без них, то, как ты поступил с лордом Юэ… в чем был смысл настолько заморачиваться? Устранить было намного проще, чем продавать на корабль. И те юные адепты… — делая вид, что преодолеваю сильное сопротивление, с ненавистью прошептал я. Меня буквально передергивало от этих ласкающе-ядовитых интонаций и от жадного блеска янтарных глаз. Такое впечатление, что еще немного — и эта тварь начнет нас облизывать в буквальном смысле слова. Словно ребенок, дорвавшийся до сладостей.
— Чем позже умрет тот, кто стал для меня… особенно вкусен, тем больше я успею поглотить, — спокойно пояснил Ани Ян. Он, похоже, никуда не торопился и чувствовал себя совершенно в безопасности. — Вы ведь уже и так все осознали, не правда ли?
Я беспомощно дернулся в гневе, но на самом деле просто подвинул один из хвостов юной лисицы. Эта маленькая хитрая бестия, как оказалось, никуда не сбежала, а всего лишь нырнула мне в рукав и теперь тихонько возилась под одеждой, горячо и мокро дыша. Мех скользил по голой коже и было невыносимо щекотно. Не хватало мне еще рассмеяться посреди этой сцены.
— Культивация собственных духовных сил и совершенствование тела — это именно то, к чему стремится каждый заклинатель. Чем быстрее ты обретешь силу, тем больше вероятность вознесения. Только вот не у всех есть прекрасная родословная и талант, не все хотят коротать в медитациях тысячелетия. А те ресурсы, что выдаются сектой, настолько скупы, что порой плакать хочется… — Ани Ян подошел к Юэ и начал медленно вытягивать из его прически шпильки-артефакты. От ласковой интимности этих прикосновений меня затошнило. Как… как паук, с нежностью пеленающий свою жертву липкими нитями, прежде чем высосать. — Так что приходится использовать иные методы. И у каждого они свои. Вот лорд Юэ загнал всех остальных в долги, обманув наших старцев невинным личиком белого лотоса. Разве это действия праведного заклинателя? И если да, то почему мне нельзя?
— Ты слишком много болтаешь, Ян, — прошипел золотой лорд и вздрогнул, когда одна из шпилек прочертила кровавую линию у него на горле.
— Просто я по вам соскучился, братья. И подумал, вы не против слегка продлить… собственную агонию.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Значит, сжигание чужих ядер — твой метод культивации? — вернулся я к основной теме.
— Не сжигание, а поглощение. Но для вас это сути не меняет, согласен. И вот еще что… — тут он прислушался к чему-то снаружи и недовольно нахмурился, — процесс этот слишком интимный, а здесь нам могут помешать. Вставайте. Дайте мне ваши мечи. И Шенкай. Они вам больше не нужны.
Мы все втроем… вчетвером, если считать спрятавшуюся под моим ханьфу лису, направились вслед за бывшим лордом пика Ловцов, надевшим глубокий капюшон. Перед выходом Ян приказал нам вести себя естественно и ни в коем случае не показывать своим видом, что нас поймали. Конечно, позвать на помощь я мог в любой момент, но… что помешает этому сумасшедшему пожирателю натравить подвластных братьев на меня и на остальных? Погибнет много народа. А Лун Вайер и Бай Юэ не выживут точно. Оставалось идти куда приказано и выжидать удобного момента, чтобы подгадать и покончить с тварью одним ударом.
— Вот тут неплохо. — Мы наконец достаточно удалились от лагеря. Я украдкой огляделся — паук притащил нас к краю глубокого ущелья, внизу которого кипело подобие ядовитого болота. Таких пейзажей в мире демонов было много. Буквально на каждом шагу. — Сразу и от тел избавлюсь. Увы, братья, второй раз оставлять вас в живых даже ради того, чтобы подольше смаковать послевкусие, я не намерен. Слишком вы шустрые, как оказалось.
— И потеряешь возможность полностью поглотить столько ядер? — через силу улыбнулся Юэ, незаметно осматриваясь и явно прикидывая варианты действий.
Ничего хорошего он не мог увидеть, увы. Не дай небеса, палач начнет с кого-то из братьев! Если я не подберусь к нему вплотную, он успеет отреагировать на нападение приказом, и…
— Ничего, я сдержу свою жадность. — На этот раз улыбка Ани Яна была светлой и нежной, словно у юной девушки. — Тан Юншен… ты действительно был одной из моих самых вкусных трапез. Когда твое ядро растворялось в моем, я буквально испытывал что-то вроде любовного экстаза. Интересно… сейчас будет так же? Я просто не могу отказать себе в этом удовольствии. Иди сюда! Ты снова будешь первым блюдом.
Лиса под ханьфу напряглась и заерзала. Я почувствовал, как острые коготки царапают пресс. Возня зверька могла полностью разрушить мой план. Хорошо, что, проходя к палачу мимо Лун Вайера, я смог на мгновение скрыться за братом — этого хватило, чтобы бесцеремонно схватить зверька за загривок и выдернуть из-под одежды, отшвырнув в сторону длинного подола ханьфу шиди. Маленькая хули-цзин напоследок по-детски обиженно заглянула мне в глаза.
— Иди сюда, мой… сладкий. — Нежная улыбка стала чуть издевательской. Ани Ян и раньше любил играть на значении моего первого имени, сравнивая его с разными лакомствами.
Ну что же. Я с готовностью подошел почти вплотную, не отрывая взгляда от красивого и нежного до отвращения лица. Позволил его руке мягко опуститься на мое плечо. Посмотрел прямо в глаза, успев заметить, как их затягивает перламутровой дымкой безумия и наслаждения.
Ани Ян облизнул губы и чуть хрипловато приказал:
— Замри и не вздумай сопротивляться.
Я улыбнулся в ответ… не менее ласково и страшно. Послушно замер, дожидаясь, пока жадная хищная тварь приблизится вплотную, почти прижмется ко мне в до отвращения интимном объятии.
И ударил.
Глава 68
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Нам нарисовали Арт! Настоящий! Прелесть!
Автора Надежда Пятая
![]()
Юншен:
— Что… — не успел даже вскрикнуть толком Ани Ян, чувствуя, как огромное количество энергии бурлит внутри него.
— Я не умею выжигать и поглощать ядра, Ян-гэ, — сам не знаю, откуда в моем голосе прорезалось столько ядовитой иронии, столько по-настоящему холодного злорадства, — но никто не мешает мне их просто взрывать.
