познания. Ну а если нет, то событие можно будет обыграть с помощью средств массовой информации, я уже придумал как.
— Есть! — От крика Тейна едва не глохну. — Армадон у нас. Падла, хотьел гранату бросить, да нье успьел даже достать ее!
— Отлично! Тащите через его же логово. — Улыбаюсь я, переключаюсь на амазонок. — Луиза, открывай дверь, цель взята.
Девушке достаточно приложить коммуникатор, чтобы дверь в квартиру Армадона разблокировалась — сотрудники «Оплота» имеют доступ, открывающий все электронные замки третьего и четвертого уровней.
Из динамика доносится оглушительный женский визг, возня, бубнеж.
— Жена у него тут, — отчитывается Луиза. — Испугалась, увидев, как мы тело тащим. Спряталась. Армадон дышит, пульс в норме.
— Отлично. Снижаюсь.
Виктор пикирует на площадку перед ступенью, и гуляющий в парке народ отбегает на безопасное расстояние, наблюдает за гостями с верхних уровней. Гаммы не так пугливы, как черноротые, они знают, что им ничего не угрожает, но полагают, что могут попасть под раздачу, и осторожничают.
Следом за моим флаером спускаются еще два, чтобы забрать участвующих в операции.
На всех восьми серебристых «осах», которыми нас на первое время обеспечил Эйзер Гискон — наскоро разработанный Лексом по моему эскизу логотип «Оплота»: черная оскаленная голова льва, как у медальона, который не раз спасал мне жизнь. Символ Танит, память об Элиссе.
Черные точки, похожие на муравьев, тащащих добычу, приобретают человеческие очертания. Флаер приземляется, распахивается люк, доносится гомон толпы и тонкий возглас подростка:
— Ма, глянь! Это ж «Оплот»! Во круть! Ты снимаешь?
Спиной входит Тейн, затаскивает тело Армадона, его руки связанны за спиной гибким стальным тросом. Второй боец остается снаружи. Хлопаю Тейна по спине.
— Отлично сработано. — И говорю по общей связи. — Допрашивать будем на новой базе, координаты вы с утра получили. Отбой.
— Мама, ну отпусти! — орет мальчишка. — Я пойду! Отпусти! Дамир от зависти лопнет.
Тейн покидает флаер. Прежде чем люку закрыться, вижу, как маори в футуристического вида черном костюме, блестящем шлеме, шагает к бегущему навстречу подростку, видящему в нем героя, спасающего как минимум галактику.
Сканирую Армадона, убеждаюсь, что передо мной действительно он, и он не под программой Боэтарха, выдыхаю.
— Давай, Виктор, на вторую базу.
Оттаскиваю тело к сиденьям, фиксирую, усаживаюсь рядом. В бессознательном состоянии Армадон должен провести минут пятнадцать, как раз успеем добраться до базы. Правда, там пока толком ничего нет, даже стулья и столы еще не завезли. Но каждый раз таскать преступников на четвертый уровень, да пользуясь общественными мобилями, рискованно и неблагоразумно.
Нова база находится в пяти минутах лета от места, где проходила операция. Когда Рэй сделал мне гражданство второго уровня, на контрасте с подземельями жизнь дельт казалась мне роскошной, теперь же на фоне лоска четвертого уровня и парк, и бордюры, и постриженные кусты выглядят убогими.
Флаер занимает место в ячейке в стене. Тут все проще, резервировать посадочное место не надо, какое занял, такое и твое.
Беру аптечку с антидотом, вместе с Виктором вытаскиваем Армадона в серый бетонный посадочный бункер, по серому же обшарпанному коридору волочем пленного, который начинает шевелиться и мычать, но глаз пока не открывает.
Распахиваем первую дверь с механическим ключом, торчащим из замочной скважины, вваливаемся в квадратную пустую комнату без окон, кладу мычащего Армадона на пол. Он ворочается, как перевернутый на спину жук, водит по сторонам бездумным взглядом. Говорю в коммуникатор по общей связи:
— Команда, экипаж Тейна возвращается в штаб, ждет меня там. Остальные — здесь. Вэра, тебе задание — составить список необходимого и предоставить мне. Надана, жду тебя в комнате…— выхожу в коридор, считываю табличку. — Номер двенадцать. На допросе нужны твои умения.
А заодно и проверю, как работает распознание лжи. Что я почувствую, когда мне солгут? Буду просто знать? Получу текстовое уведомление?
— Моя помощь нужна? — интересуется Виктор.
— Спасибо, нет. Помоги Вэре составить список для комплектации базы.
Виктора сменяет Надана, я склоняюсь над Армадоном, достаю капсулу с антидотом и ввожу в бедро пленного через одежду. Гелибаал дергается, вскрикивает и вытягивается на полу.
— Ты точно что надо вколол? — переживает Надана. — Че-то он как-то…
Армадон открывает глаза, видит меня, рывком вскакивает. Надана становится в боевую стойку, готовая его вырубить. Я примирительно поднимаю руки.
— Поздно метаться, Гелибаал.
Он окидывает взглядом помещение, нас, чуть дольше рассматривает костюм Наданы, проверяет на прочность стальной трос, стягивающий запястья за спиной. Я включаю видеозапись.
— Расслабься, тебе не уйти. Ты попал в лапы ведомства «Оплот». Слышал о таком?
— Гаммы? — интересуется он. — Дельты?
— Значит, не слышал. Четвертый уровень, Гелибаал. Тебе, наверное, интересно, чем привлек наше внимание?
— Четвертый? Ааа, ну, тогда ясно, как вычислили. — Уверенность слетает с него, плечи никнут.
— Сам не догадываешься за что задержан? Или послужной список слишком длинный, теряешься в догадках?
Между делом сканирую его: список и правда бесконечный, я еще такого не видел. Похоже, Гелибаал совершил все существующие преступления: от сокрытия доходов до убийств с применением пыток. Делаю мысленный запрос на применение новой способности, и перед глазами всплывает текст:
Применить распознание лжи к объекту: Гелибаал Армадон?
Даю мысленное согласие и представляюсь:
— Меня зовут Леонард Тальпаллис…
По округлившимся глазам вижу: узнал меня, но не как руководителя нового ведомства, а как звезду телешоу. Выдерживаю паузу, продолжаю:
— Еще раз уточняю. Нам не нужно доказывать твою вину, я уверен, что она есть, и этого достаточно. Вспоминай: взрывы в аэропорту, конец апреля. Ты координатор, как и ныне покойная Иллона Скода. Отпираться бесполезно. Ты можешь унести в могилу имя заказчика, но тогда будешь умирать долго и мучительно. А можешь оказать содействие следствию. Выбор за тобой.
Армадон делает невозмутимый вид, улыбается снисходительно.
— Общеизвестно, что виновники произошедшего — трикстеры, ты на меня это не повесишь.
Злость захлестывает волной. В единый миг Гелибаал Армадон становится средоточием зла, виновником всех бед, в том числе смерти Элиссы. Сжав челюсти, шагаю навстречу, коротким ударом бью его под дых — пленник скрючивается, но я не даю ему сложиться, хватаю за горло, стискиваю пальцы.
— Повторяю: мне не нужны доказательства. Времена сейчас такие, смутные. Ты ведь мастер пыток? И знаешь, что не всякую боль можно стерпеть, не так ли? Скоро поймешь, что оно того не стоит. Надана, принеси клещи, иглы, бечевку. — Соратница быстро ориентируется, что нужно подыграть, кивает и
