Читаем без скачивания Рука Трауна-2: Образ будущего - Тимоти Зан

И острая боль пронзила правое плечо.

Должно быть, она на миг задохнулась от боли. Наверное. Потом она не могла припомнить свои ощущения. Скайуокер опустился рядом с ней на корточки, и сквозь оглушительный пульс собственной боли она ощутила волну его страха за нее. Он осторожно ощупал раненое плечо, и поток Силы, исходящий из его руки, смыл часть боли.

— Тебе не кажется, что мы уже достаточно насмотрелись для первого захода? — с трудом выдавила Мара сквозь стиснутые зубы,

— Кажется, — согласился он.

Лазерный меч с гневным шипением отразил новые разряды.

— Тогда… — Мара удивленно моргнула. Потолок уползал наверх и в сторону. — Когда это мы успели оказаться на нисходящем эскалаторе?

— Ты перекатилась на него, когда тебя ранили, — ответил Люк. — Не помнишь?

Он обнял ее за плечи и помог приподняться.

Мара покачала головой. А вот это напрасно — плечо отозвалось новой вспышкой боли.

— Должно быть, сработал боевой рефлекс. Стой — мой бластер!..

— Все в порядке, Хранитель Обещаний подобрал его, — успокоил ее Люк.

Он деактивировал меч, вернул его на пояс и поднялся с корточек. Мара почувствовала, что и сама она вдруг воспарила, удерживаемая невидимыми нитями Силы.

— Нам пора!

Тот уровень, с которого они пришли, проплывал мимо них. Люк перепрыгнул через восходящий эскалатор, при помощи Силы перенес Мару, подхватил на руки и побежал по коридору, ведущему к потайной двери.

— Слушай, я вполне могу идти сама, — заворчала она, лежа в объятиях Скайуокера и оглядываясь через его плечо назад. Позади наблюдались Ком Жа, которые спешили к ним присоединиться, но больше никакой погони видно не было. — Тебе не обязательно тащить меня…

— Не спорь, — проявил характер Скайуокер. — Надеюсь, Р2Д2 не запер дверь… Ага!

Потайная дверь впереди стала медленно отворяться. Птенец Ветров изо всех сил толкал ее, чуть не лопаясь от натуги. Превозмогая боль, Мара потянулась вперед Силой, стараясь облегчить ему работу. Дроид выкатился навстречу, желая помочь, удивленно взвизгнул и убрался с дороги обратно за дверь, как раз когда туда влетел доблестный джедай с раненой на руках. Следом впорхнули четверо Ком Жа.

Заприте дверь, услышала Мара слова Рассекающего Камни через разум Люка. Ком Жа завис на месте, бешено колотя крыльями.

— А как же остальные? — спросил Люк, глядя, как двое Ком Жа вцепились когтями в рычаги замка и поднатужились.

Они разлетелись по другим тоннелям, сказал Рассекающий Камни. Попытаются отвлечь Угрожающих от этого места.

— Надежда есть, — сказал Люк, когда дверь плавно захлопнулась. — Я положу Мару на площадке внизу. — Он начал спускаться.

— Нет, идем вверх, — возразила Мара.

Левой рукой она вытащила из кармана фонарик.

— Если они выяснят, откуда мы пришли, они подумают, что мы отправимся вниз.

— Разумно, — Скайуокер послушно развернулся и пошел наверх. — Р2, убедись, что дверь заперта, и оставайся на страже.

Минуту спустя они добрались до площадки.

— Жаль, что мы потеряли наши спальные мешки, — Люк осторожно уложил Мару на холодный каменный пол и забрал у нее фонарик. — Как самочувствие?

— Как будто на моем плече кто-то поджаривает заживо эвока, — ответила Мара. — Хотя нет, не настолько худо. Это ты упражнялся на мне в подавлении боли?

— По мере возможности, — Люк зажал фонарик в зубах и принялся стаскивать куртку. — Хот'а на т'епе это срапот'ало лушше, ш'ем на трук'ых, — прошепелявил он, подсовывая свернутую валиком куртку ей под голову вместо подушки.

— Так и знала, что надо было мне подольше поошиваться в твоей академии, поучиться чему-нибудь полезному… а, сс-ситххх… — Мара зашипела сквозь зубы — Люк пристроил фонарик у нее на груди и теперь осторожно убирал клочья одежды с обожженного участка. — Хотя вряд ли ты читал своим студентам курс выживания.

— Обычно я старался подходить к этому предмету постепенно, — криво улыбнулся Люк. — Ой-ой-ой…

Мара скосила глаза на рану и тут же об этом пожалела. Ее чуть не стошнило.

— «Ой-ой-ой» — это еще очень слабо сказано, — проговорила она, поспешно отводя взгляд; ожог оказался намного гаже, чем она думала. — Кажется, сейчас я начну жалеть о потере аптечек больше, чем о спальных мешках.

— Не отчаивайся, — Люк пробежался пальцами по раненому плечу и шее, и боль снова отступила. — У меня в запасе есть еще пара трюков.

— Хорошо как… — Мара прикрыла глаза.

— Сейчас я помогу тебе погрузиться в целебный транс, — пояснил Люк. Голос его почему-то доносился словно издалека. — Не самый быстрый способ, зато иногда он помогает не хуже ванны с бактой.

— Надеюсь, сейчас тот самый случай, — пробормотала Мара. Она вдруг почувствовала, что очень устала и невыносимо хочется спать. — Этому ты тоже меня когда-нибудь научишь. Доброй ночи, Люк. Не забудь разбудить меня, когда подгребут плохие ребята.

— Спокойной ночи, Мара, — ласково сказал Люк, но его пациентка уже тихо посапывала во сне.

Она умрет? раздался у него в голове встревоженный голосок.

Оказывается, Люк, с головой ушедши в целительство, не заметил, как к ним подобрался Птенец Ветров. Хорош магистр, нечего сказать.

— Нет, она поправится, — успокоил он Ком Каэ. — Рана не опасная, и я немного умею лечить.

Птенец Ветров робко, бочком, пододвинулся ближе и долго смотрел на раненую немигающими черными глазками.

Это моя вина, Дхедай Идущий По Небу? спросил он наконец. Это потому что я недостаточно быстро открыл дверь?

— Нет, что ты. Вовсе нет, — заверил его Люк. — Ты здесь совершенно ни при чем.

Тогда это Ком Жа подвели тебя.

Скайуокер немного озадаченно посмотрел на юного Ком Каэ. Соперничество двух племен порой доходило до абсурда, так что ничего удивительного не было бы, если в этом суждении Птенца Ветров прозвучали бы нотки превосходства или, по крайней мере, снисходительности. Но малыш не имел в виду ничего, кроме сожаления и грусти.

— Быть может, — сказал Люк. — Но и их вины тут нет. Возможно, Угрожающие заметили, как мы пришли, и устроили засаду. А кроме того, не забывай, что пещерные жители Ком Жа, наверное, не так хорошо видят при ярком свете, как мы с тобой.

Ком Каэ, казалось, задумался.

Если Угрожающие поставили на вас силки, они могут прийти в это место и найти вас.

— Могут, — согласился Люк. — Если только они знают про это место. Могут и не знать — здесь столько пыли, что, должно быть, этим путем давно не пользовались.

И все же они могут знать о нем, хотя и не ходят здесь, резонно возразил малыш. Твой друг-машина и Ком Жа остались смотреть и ждать внизу. Разве не должен кто-то смотреть и ждать и наверху тоже?

— Это хорошая мысль, — признал Люк. — Спустись и передай Рассекающему Камни, что я прошу его послать двоих охотников покараулить на лестнице над нами.

Я исполню, юный Ком Каэ с энтузиазмом расправил крылышки. Ноему достаточно послать лишь одного охотника. Я сам отправлюсь с ним наверх и буду… караулить, вот.

Скайуокер открыл рот, чтобы возразить. Подумал. Закрыл. С тех самых пор, как они вошли в пещеры, Ком Жа донимали Птенца Ветров своим пренебрежительным отношением. А сейчас малышу представился случай помочь, не подвергаясь при этом слишком серьезной опасности. Пусть летит.

— Хорошо, Птенец Ветров. Спасибо тебе.

Не нужно благодарить меня, прочирикал Ком Каэ. Я просто делаю то, что считаю правильным, чтобы помочь Джедаю Идущему По Небу, птенец смешно наклонил голову, посмотрел на спящую Мару и закончил: и его возлюбленной спутнице.

Он упорхнул вниз, а Люк так и остался сидеть с открытым ртом. «Возлюбленной спутнице», — эхом отдавалось в голове. Спутнице. Возлюбленной. Ох…

Он посмотрел на Мару. Луч походного фонарика падал на ее лицо, оставляя глубокие тени, знакомые черты казались чужими. Возлюбленной…

— Нет, — ошалело помотал головой Скайуокер.

Быть не может. Нет, ничего подобного. Ну то есть ему, конечно, нравилась Мара. Очень нравилась, чего скрывать. Она была сметлива и находчива, а эта ее вечная ирония по отношению к его персоне была ему даже по душе — по контрасту с суеверным страхом, которые многие стали испытывать при встрече с ним в последнее время. Они через многое прошли вместе, и сам Люк, и Хэн с Лейей доверяли ей даже в смутные времена, когда все остальные в правительстве Новой Республики считали ее неблагонадежной.

И, наверное, самое главное — она была очень восприимчива к Силе, она была способна понимать, что он думает и чувствует, так глубоко, как никогда не смогут понять ни Хэн, ни Лейя.

Но он просто не мог любить ее. Не имел права так рисковать. Каждый раз, когда он позволял себе почувствовать столь глубокую привязанность к женщине, обязательно случалось что-нибудь ужасное. Гаэриэль предпочла ему имперского офицера, вышла замуж, была счастливой и любимой женой, потеряла мужа и совсем недавно погибла сама. Каллиста утратила способности чувствовать и направлять Силу, и в конце концов покинула Скайуокера, решив жить своей жизнью. Несмотря на то что список его несчастных любовей состоял всего из двух пунктов, Люку казалось, что эти несчастья будут преследовать его вечно.