Большую помощь чекистам-разведчикам в сборе важной информации, нередко стратегического назначения, оказывали подпольщики, устраивавшиеся по заданию партизанского руководства вольнонаемными в воинские части противника и их штабы, в комендатуры, столовые, прислугой на квартиры крупных чинов гитлеровской военной администрации.
Уже в первые недели войны в Центр стала поступать важная информация от разведчиков-чекистов, заброшенных в тыл врага или оставленных в крупных городах для работы в подполье. Так, еще накануне фашистской оккупации Одессы капитан государственной безопасности В. А. Молодцов (Бадаев) создал в городе партизанский отряд, ушедший в катакомбы, а также подпольную разведывательную группу «Форт». В составе обеих групп одесских партизан действовали и омсбоновцы. Из Одессы в Центр регулярно поступала информация о дислокации и перемещениях оккупационных войск, о размещении военных объектов (штабов, складов, казарм) о настроении солдат румынской оккупационной армии, о действиях фашистской администрации. Данными разведчиков Бадаева пользовалась советская авиация при проведении воздушных налетов на Одессу. Трижды из катакомб выходил в разведку в город и сам капитан Молодцов. 8 февраля 1942 г. он вместе с группой товарищей был выдан предателем. Мужественный чекист стойко перенес все пытки. Впервые он заговорил лишь тогда, когда ему предложили написать заявление о помиловании. В ответ на это В. А. Молодцов бросил в лицо фашистским палачам: « Я – русский и на своей земле просить у врага пощады не собираюсь «{1}. Вместе с В. А. Молодцовым были схвачены и казнены лучший разведчик, руководитель молодежной группы 16-летний Яков Гордиенко, разведчики и связные Марцышек, А. Гордиенко, А. Чижова {2}.
В Николаеве в начале войны разведывательную деятельность вела группа во главе с капитаном госбезопасности В. А. Лягиным. Выпускник Ленинградского индустриального института, он сумел устроиться на должность инженера планового отдела Николаевского судостроительного завода, войти в доверие к фашистской администрации и легализоваться. Члены подпольной группы А. В. Соколов и И. Н. Коваленко работали на железной дороге, а А. П. Сидорчук – на военном аэродроме. Квартира В. А. Лягина считалась у фашистов «чисто немецким домом». Здесь устраивались встречи и вечера для администрации и офицеров. Это обеспечивало хорошую конспирацию и давало возможность, предрасполагая «гостей» к откровениям, узнавать важные сведения. Группа Лягина установила связь с николаевским и одесским подпольем и с партизанами в Херсонских плавнях. К весне 1943 г. руководимый Лягиным «Николаевский центр», насчитывавший до 70 человек, координировал действия тысячи подпольщиков.
Фашистской контрразведке летом 1943 г. удалось выследить В. А. Лягина. Командир группы и 42 подпольщика были расстреляны {3}.
В Киеве разведкой руководил чекист И. Д. Кудря. От подпольщиков (семь групп) шли важные сведения о положении в городе, о размещении и передвижении войск, о работе Киевского и Дарницкого железнодорожных узлов, о промышленных объектах и аэродромах.
И. Д. Кудря разделил участь В. А. Молодцова и В. А. Лягина. Посмертно каждому из них было присвоено высокое звание Героя Советского Союза.
Начиная с лета 1942 г. организация и проведение разведки в тылу врага приняли повсеместный и более планомерный и регулярный характер. Значительную роль в этом сыграли спецотряды и спецгруппы ОМСБОНа, ставшие важными базами разведывательной деятельности, располагавшими надежными средствами для оперативной передачи разведданных в Центр и в штабы фронтов и армий. Таким центром на Правобережной Украине стал отряд «Победители» Д. Н. Медведева. Ведение разведки в фашистской «столице» Украины Ровно, а также в Киеве, Луцке, Ковно, Львове и других городах Правобережной и Западной Украины – такой была главная задача этого отряда. И хотя о героических делах разведчиков «Победителей» широко известно у нас и за рубежом, мы сочли необходимым вкратце напомнить о них в контексте истории ОМСБОНа. В своей разведывательной деятельности медведевцы опирались на широко разветвленную сеть подпольных групп и связных. Многие подпольщики по заданию командования устраивались на работу в административные учреждения, воинские части, офицерские столовые и кафе, в госпитали. Некоторым удалось наняться прислугой на квартиры высших офицеров гестапо и армии. Подпольщики устраивались работать на военно-промышленные и транспортные предприятия, в воинские части, проникали в полицию и жандармерию городов Ровно, Сарны, Клесова и ряда других {4}. Медведевцы действовали в тесной связи с Ровенскими подпольными обкомами и горкомами партии и комсомола. По заданию отряда комсомольцы-разведчики вели наблюдения за штабами, передвижениями войск, военными объектами и передавали сведения в отряд {5}.
Из местных жителей в числе первых разведчиками медведевцев стала партизанская семья Струтинских. Семейный партизанский отряд в составе командира – Николая Владимировича Струтинского, его отца, Владимира Степановича, матери, Марфы Ильиничны, и еще пятерых их детей смело действовал в Ровенских лесах. После встречи с медведевцами он влился в отряд «Победители» вместе с примкнувшими к Струтинским красноармейцами {6}.
Подлинной народной героиней была Марфа Ильинична Струтинская. Проводив в партизаны шестерых сыновей, она вскоре вместе с мужем присоединилась к ним и в течение 1942 и 1943 гг. смело и находчиво действовала как связная и разведчица. В 1943 г. она получила от Медведева задание пройти в Луцк и выяснить, там ли находится гауляйтер Украины Кох. На базу она возвращалась с планом военных объектов города. На одном из хуторов М. И. Струтинская с группой прикрытия была окружена гитлеровцами и полицейскими. Партизаны приняли неравный бой. Полицейским удалось схватить М. И. Струтинскую. После зверских пыток она была расстреляна {7}. Ее напарнице Ядзе Урбанович, надевшей шубу Струтинской, в которую были зашиты добытые разведчицей в Луцке данные, удалось уйти от преследователей и добраться до отряда {8}.
Николай Струтинский до войны работал шофером в Ровно и прекрасно знал город. Он проявил себя не только как хороший разведчик, но и как мастер по изготовлению штампов и печатей. Вместе с врачом отряда А. В. Цессарским он создал в лагере своеобразную «походную канцелярию». Достали пишущие машинки с немецким и украинским шрифтами. Николай Струтинский изготовлял штампы и печати; подпольщики добывали бланки гитлеровских и полицейских документов; Цессарский печатал нужный текст; А. А. Лукин удачно подделывал подписи чинов фашистской и полицейской администрации. Так подпольщики, разведчики, связные обеспечивались надежными «аусвайсами» (оккупационными паспортами), командировочными удостоверениями, различными справками и другими документами {9}.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
