пить не стану, выискивала взглядом волосинки, упавшие ненароком с волосатых рук управляющего. Сирень растеклась по языку, настоящая, словно я пью нектар из ее крохотных лепестков. Вкус изменился и стал отдавать летним полем, мятой, ванилью, будто играя на языке, не зная точно, с какой стороны себя показать лучше. Чем порадовать ещё больше, лёгкой кислинкой или тягучестью карамели. На блюдечко рядом уже опустилась фигурная тарталетка с горой плотного крема поверх. Будто бы это снежный пик на вершине скалы. Тесто немного темное, наверняка в составе ржаная мука. Внутри притаились ломтики соленого лосося. Полупрозрачного, запечного в травах. От удовольствия прикрыла глаза. Напиток и блюдо по логике вещей плохо подходят друг другу по вкусу, но как же невероятно они сочетаются.
— Вам понравилось? — устроился напротив меня управляющий.
— Очень! — ох, зря я открыла глаза. Детский ночной горшок, зажатый в пушистой лапе впечатляет. И зачем только купила? Этот Клаус, он что, надо мной издевается, я же сейчас захлебнусь его сбитнем!
— Спасибо за кружку, угодили. Самое то и не бьётся. Я бы ещё дюжину таких заказал перед отъездом, если б только знал где это сделать.
— Не за что. Она вроде бы последняя была на витрине, но я завтра спрошу. Магазин как раз рядом с мом домом. Вы куда-то уезжаете, Клаус?
— Не так чтобы. Собираюсь, — медовые глаза потупились в чашку. Красивые они у него, почти жёлтые. Разве может быть виноват человек в том, что так некрасив.
— Спасибо за обед, очень вкусно.
— Феи так мало едят, я всю жизнь этому удивляюсь. Волшебство, да и только. Хотя, откуда оно может взяться здесь, в этом городе, где даже камни отесаны все как один и мертвы.
— Разве камни живыми бывают?
— Конечно, они даже говорят, если уметь их услышать, — когтем Клаус подцепил кусок рафинада и отправил себе прямо в рот.
— Почему вы поняли, что я фея?
— Ну, а кто же ещё? Вон и крылья начали прорезаться. Ещё слишком тонкие, чтобы их видеть обычным взглядом, но я-то чую. Огры тоже волшебная раса. Впрочем, на солнце они уже и так немного мерцают. Да, точно, вон как вы светитесь, это крылья дают мерцание.
— Скажете тоже.
И все же слова Клауса заставили меня немного задуматься. Волшебные расы. Хм. В истории есть правило трёх источников. Если какое-то событие, даже немыслимое, было описано в трёх разных, не связанных ничем между собою источниках, значит, оно случилось. И совсем не важно, о какой эпохе идёт речь.
Может быть, и со мной так? Если все кругом твердят, что я фея, то почему бы этому не быть правдой? Да и жизнь моя заложила, похоже, крутой вираж. Слишком много событий случилось за последние дни. Все кругом изменилось, даже круг знакомых. Эпохами перемен полнится жизнь. Фея? Что ж, звучит просто отлично. Да и в зеркале я выгляжу совершенно иначе. Клаус, и тот сказал, что я свечусь изнутри. Вот только, боюсь, это ничего пока не меняет. А сердце ноет и требует сказки, волшебства, какого-то сумасшествия, приключения, но чтоб обязательно со счастливым концом. Или лёгкой влюбленности, необременительного романа. Такого, чтоб никаких сложностей, но трепет в душе и прогулки со вкусом счастья.
Клаус неторопливо, наслаждаясь каждым глотком, прихлебывает сбитень из своей кружки. Я с трудом сдерживаю смешинки, готовые вот-вот прорваться наружу. И все же он наверняка пошутил. Огр! Просто человек, который привык с юмором относиться к собственной внешности. Не как к недостатку, а как к особенности сказочного персонажа. Огры точно встречались мне в книгах. Сейчас я вспомнила. Это какие-то родственники троллей? Или нет? Европейские мифы не то, во что я часто совала свой нос.
С огром я распрощалась и поднялась наверх, в библиотеку. К моему полному удивлению ребенок исписал непонятными формулами огромную кипу бумаг. Как же я все это смогу переснять? Хоть репетитора ищи, честное слово. Тайком и за свой собственный счёт. Может, Людовику посоветовать обратиться в гимназию для одаренных детей? Нет, ну это кошмар какой-то! Дикая дичь! И даже хуже. И почерк опрятный, ровный, ещё и с завитушками. Нет, такое ни один нормальный человек проверить не сможет. Уснет на середине, проверки или даже в начале.
— Как здорово у тебя получается! Может быть, сходим в парк, погулять?
— Здесь столько интересных задач. В моем прежнем учебнике их не было. Позвольте, я продолжу.
— Зайчик, твои глазки устали. Давай пообедаем? Клаус испёк пирог.
— Вы с ним виделись?
— И чудесно побеседовали.
— Хм. Странно. Обычно люди падают в обморок, ну или визжат, когда встречают огров впервые.
— Он очень милый.
— Вы необычная, — заключил деликатно ребенок. Сказать ему, судя по всему, хотелось немного другое слово.
Тихий обед, солнце, бьющее в окна, ребенок, за которым даже не нужно следить. Управляющий оказался и вовсе чудесным рассказчиком. Джошуа безмерно рад, что мне нравится Клаус, и его внешность для меня ничего не меняет. Как-то незаметно подкрался вечер. Управляющий раззевался и почти уснул за столом прямо посередине рассказа. Забавный. Я отправила его спать, пообещав, что сама присмотра и за домом, и за ребенком. Чудесный день, превосходный. Где ещё найдешь такую работу. Без Людовика в особняке будто бы пусто, да и видно, как Джошуа тоскует по своему экстравагантному папе. Мне самой без него скучно немного.
Дом постепенно погрузился в вечерний сумрак, всюду я зажгла бра, стало уютно и совсем-совсем тихо. Нет, в таком большом доме просто должна жить большая семья: племянники, тети, дяди и прочие родственники. Чтоб собирались друзья, и было обязательно весело, чтоб только иногда погружаться в тишину и покой.
Мы неторопливо поужинали теми припасами, что оставил нам огр, предупредительно поместив каждое блюдо под особый тяжёлый колпак, чтоб не остыло. Мальчик помог убрать все со стола и даже вымыл тарелки. Сытый кошик устроился на подоконнике.
Я чуть не подпрыгнула от звука обычного дверного звонка. Для кота он тоже случился слишком внезапно. Карниз под весом упитанной туши сорвался со стены вместе с креплениями, качнулась люстра на потолке, но удержалась на месте. Вазе в шкафу повезло куда меньше. Бух, и ее как не было, только черепки остались.
— Как думаешь, барон будет сильно ругаться?
— Не з-знаю, — испуганно ответил малыш, — полночный гость всегда очень опасен. Я принесу меч, а вы достаньте полынь. Вдруг это неупокоенная душа к нам звонит?
— Неупокоенные стучатся, — некстати вспомнила слова домовихи, кто и за язык меня только тянул? Напугала ребенка. Да, и правда, уже на часах полночь. Плохая из меня гувернантка. И
