укус. Десерты должны быть как более солеными, так и сладкими, возможно, даже конфеты в качестве последнего. Первая ложечка будет с сыром и фруктами, которые в Европе иногда подают вместо сладкого десерта после ужина.
Чтобы не просто подать кусочек сыра, я решила добавить херес (прим. херес — белое крепленое вино, от пятнадцати до двадцати процентов крепости), которым можно полить сыр. Следующим в списке блюд будут мини-сырные суфле с клюквенным сиропом. После этого будет шоколадный мусс. Следующим блюдом подам апельсиновое песочное печенье с заварным кремом. Я не была уверена, что будет дальше. Может быть, мороженое? Мне следовало подумать об этом раньше, вместо того чтобы проводить так много времени с Джеком. Я посмотрела на судейский стол.
Он уже собирался уходить, но задержался, глядя на меня с собственническим огоньком в глазах. Заметив, что я наблюдаю за ним, он ухмыльнулся и облизал нижнюю губу. Я слегка вздрогнула.
Поскольку муссу нужно было застыть, я в первую очередь взялась за него. Заварной крем тоже должен был загустеть, поэтому я приготовила его следующим. Остаток дня я занималась приготовлением различных пирожных и десертов, которые готовила на одной из широких ложек. Я попробовала один, и он показался мне вкусным.
Хартли носилась по студии, порхая от холодильника к фритюрнице и кладовой. Я старалась не обращать на нее внимания и сосредоточиться на своих десертах. К сожалению, мне не нравилось то, что получилось, а бредни Хартли только усиливали мое раздражение. Последовательность приготовленных десертов показалась мне неубедительной — все они были с мягкой текстурой. Пирог получился более хрустящим, но, возможно, все они были слишком однообразными.
Когда я посмотрела на часы, то увидела, что у нас осталось не так уж много времени. Я на скорую руку приготовила тесто для темпуры и обмакнула в него фрукты, а затем сделала несколько маленьких круглых пирожков.
— Ты будешь их жарить? — спросила меня Нина.
— Ага, думаю, что у моих ложечек недостаточно разнообразная текстура. Жаль, что я не спланировала все получше, — призналась я ей.
— Была слишком занята Джеком? — поддразнила она.
Я улыбнулась, вспомнив, как сильно Джек отвлекал меня.
— Что-то в этом роде, — ответила я, поставила блюдо во фритюрницу и начала регулировать температуру.
Через мгновение Мария подошла ко мне сзади. У нее был большой поднос с тестом, которые нужно было зажарить.
— Мне нужно поджарить во фритюре некоторые из моих десертов, — сказала я Марии. — Я быстренько, просто хочу кое-что попробовать, но не хочу нарушать твое расписание жарки.
Она прикусила губу.
— Но я ждала, пока Хартли закончит. Но у тебя меньше, так что давай, — сказала она мне.
— Нет, нет, — поспорила я. И отставила свою тарелку. — Вот, я тебе помогу.
Мария благодарно улыбнулась мне и положила несколько первых пирожных.
Фритюрница тут же загорелась.
Мария вскрикнула и отскочила назад, врезавшись в меня, отчего большой поднос с выпечкой разлетелся по всему полу. Один из техников подбежал с огнетушителем и брызнул белой пеной на фритюрницу и на нас.
Кашляя, я отогнала дым и химический туман от лица и посмотрела на кровавую бойню.
— Все испорчено! — Мария плакала, ее глаза были широко раскрыты и мокры от слез. Мы обе были покрыты маленькими кусочками белой пены, и я заключила ее в объятия.
— Все в порядке, — успокаивала я ее.
— Мой десерт испорчен! — рыдала она.
— Ты приготовишь еще, — убеждала я, пытаясь утешить ее. Так ли это? Фритюрница, очевидно, вышла из строя.
— Что же мне делать? Целое блюдо!
Я погладила ее по голове. По крайней мере, мне было легче придумать что-то другое. Мария же потратила впустую несколько часов работы.
Зейн и другие операторы бродили вокруг, снимая кровавую бойню на полу, нашу грязную одежду и заплаканное лицо Марии.
Прибыли пожарные, мужчины в тяжелых ботинках и защитном снаряжении. Джек шел прямо за ними.
— С тобой все в порядке? — спросил он меня, осторожно держа в объятиях. Я была вся в тесте, фруктовой начинке и пене из огнетушителя.
— Я в порядке, — ответила я. — Все хорошо. Тебе не обязательно было приходить сюда. Пожара нет.
— Охранная служба звонит мне всякий раз, когда возникает чрезвычайная ситуация, — сказал он. — Я все еще пытаюсь найти арендаторов, и это выглядело бы нехорошо, если бы меня не было на месте.
Гуннар поспешил к нам с начальником пожарной охраны, а Джек оставил меня совещаться с ними.
— Всем нужно покинуть помещение, — громко произнес начальник пожарной охраны.
— Это действительно необходимо? — спросила Дана. — У нас сейчас съемки в самом разгаре.
— У меня установлена система дымоудаления, — поддержал Джек. — Это здание спроектировано для решения небольших производственных проблем. Видите? — скопившиеся дым и дымка рассеивались огромными вентиляторами на потолке.
Джек протянул пожарному планшет.
— Здесь полная информация о системе. При получении разрешения я уже объяснял, что мои жильцы не могут эвакуироваться в случае незначительного инцидента. Вот почему я потратил миллионы долларов на внедрение этой системы.
Начальник пожарной охраны, казалось, был настроен скептически, когда читал. И я подумала, не отменят ли конкурс.
— Хорошо, — согласился он наконец, — но я оставлю здесь одного из своих людей. И вы, конечно, заплатите департаменту за его время.
— Конечно, — спокойно ответил Джек.
Когда Джек и Дана отправились согласовывать детали с начальником пожарной охраны и его помощником, Гуннар нахмурился и повернулся к нам.
— Мария, что тут случилось? — рявкнул он. — Предполагается, что ты умеешь использовать фритюрницу, не спалив всю студию.
Мария зарыдала еще сильнее.
— Это была моя вина, так что прекрати кричать на нее, — огрызнулась я. — Я настроила фритюрницу, и все должно было быть в порядке. Не понимаю, что произошло.
— Идите переоденьтесь, — с отвращением приказал Гуннар. — Еще три серии. Нам оставалось продержаться всего три серии.
Хартли с самодовольной улыбкой наблюдала за происходящим в другом конце комнаты.
Переодеваясь, я злилась из-за преследовательницы Джека.
— Она что-то сделала с фритюрницей, — прошипела я Нине, когда вернулась в студию.
— Конечно, это она, — фыркнула моя подруга. — Но как ты собираешься что-то доказать?
Джек был хладнокровен и профессионален, когда разбирался с последствиями пожара.
— Мне так нравятся мужчины в костюмах, а вам? — спросила Хартли, проходя мимо меня. — Он такой привлекательный и заботливый.
— Держись от него подальше, — сказала я ей.
Она улыбнулась мне.
— Жаль, что так случилось с фритюрницей. Эти штуки такие привередливые, да?
50
ДЖЕК
К тому времени, как я закончил работу с документами для пожарной службы и разбирательством со страховой компанией, пришло время оценивать конкурс. Конкурсантки выглядели измотанными — все, за исключением Хартли. Она
