— С чего бы это вдруг у тебя появилось такое человеколюбие? — удивился Скелос, появлясь рядом с молодой королевой на белом жеребце.
— Ты, конечно, можешь мне не верить, но и Тёмному Богу присущ некоторый здоровый практицизм.
— Нечего было у меня в мозгах шарить… — проворчал Скиталец.
— Ну, — протянула лукаво Дэльфи, — от моего мужа можно ожидать всего чего угодно. Он и правда, бывает иногда черезчур резок и неуклюж, как медвежонок…
Влад улыбнулся, вынул прямо из воздуха зеркальце и молча протянул его жене. Та привычным движением поправила волосы.
— И что ты этим хочешь сказать?
— А на себя посмотрите, ваше величество, — с ехидцей ответил Скиталец, — кто не так давно разнёс в пыль стену храма, а потом строил глазки, дескать всё так и было? А я тут ни при чём?
Девушка возмущённо фыркнула. В ответ раздался смех Скелоса и Владыки Тьмы.
— Нет, положительно, люди правы, когда говорят: муж да жена одна сатана! Вы удивительно подходите друг другу.
— Мессир, что вы там говорили за наше происхождение?
— И не просите, полковник, не скажу больше того, что уже сказал. Это не моя тайна. Как ни странно вам покажется, но мне тоже известно такое слово как «честь». Потерпите, ваше величество, теперь уже немного осталось, всего каких то девять месяцев… — и лукаво взглянул на молодую королеву. Та слегка смутилась и чуть порозовела.
— Скелос, а почему ты закрыл вход светлым? Ну тёмным — я ещё могу понять.
— Князь, за кого ты меня держишь? Думаешь, я не узнал руку светлого мага Амендоара, создавшего Паутину Мага?
— Так это ты послал ему Петлю Немезиды? Как же я сразу не сообразил.
— А ты думал, князь, что я оставлю э т о так просто? Уж ты-то должен был бы сразу догадаться, что я мгновенно расквитаюсь с любым, за подобные выходки в отношении принцессы…
— Ну это несерьёзно… Ты же всё-таки бог.
— Возможно, князь, Тёмному Богу это и всё-равно, но мне — нет! Мне, кажется, что мы вновь подошли к той черте, за которой перестаём понимать друг друга. Я вообще удивляюсь тебе. Как ты, существо лишённое каких бы то ни было эмоций и переживаний, позволил втянуть себя в подобную авантюру. Кому как не тебе прекрасно известно: Дэльфи я никому не дам в обиду. Сам понимаешь…
— Да, я прекрасно знаю почему она тебе дорога… Вот в этом-то и есть твоя слабость.
— А может быть наоборот? Как раз в этом-то и есть моя сила? Ты никогда об этом всерьёз не задумывался, князь?
— Ладно, давай прекратим этот спор, — неожиданно согласился Владыка Тьмы, — мы никогда не сможем понять друг-друга. Я ведь, как ты сам только что сказал, не способен ни на какие чувства.
Но тут, прямо в воздухе, возник небольшой овал магического портала и оттуда вылетела Ивви в сопровождении стайки своих подданных.
— Кстати, Скелос, ты и для них закрыл вход в Храм?
— Закроешь для них, как же… они же феи, — проворчал Скелос, — да и зачем? Девчонки без ума от них, и вообще, феи всегда были самыми желанными гостями в моём замке.
Тем временем Ивви, подлетев к Владу, поудобнее устроилась на его плече, поцеловала того в щёку и с любопытством посмотрела на Владыку Тьмы. Её свита, мгновенно соориентировавшись в ситуации, тут же окружила Дэльфи. Волшебные палочки фей нацелились на человека в чёрном, а по самим палочкам с сухим треском заструились голубые молнии, накаляя концы до багрового цвета. Молнии, срываясь с волшебных палочек, закручивались в искрящийся шнур. Шнуры тут же раскрывались в бледно-голубую защитную полусферу. Затем полусферы стремительно рванулись вперёд, сливаясь между собой и образуя защитную энергетическую стену. Та была невидима, только едва уловимое глазом колыхание, да время от времени по её поверхности стремительно пробегали голубые искорки, свидетельствующие, что концентрация защитного поля максимальная.
И лишь у двух фей, сидящих на плечах Дэльфи, по палочкам продолжали струится грозные разряды магической энергии. Феи не доверяли Владыке Тьмы ни на йоту, а попасть под прямой разряд — означало мгновенно рыссыпаться на атомы.
— Девочки, девочки… — торопливо сказала молодая королева, прекрасно знавшая на что способны феи, — ничего страшного. Мы всего лишь беседуем с князем.
Феи недоверчиво глянули на неё, но всё же опустили своё оружие, правда самые кончики волшебных палочек по-прежнему светились грозным пурпуром…
— И как вы это себе представляете, князь? — весело улыбаясь спросила Ивви, — закрыть для меня вход в дом, где живут мои сестра с братом, не под силу даже Скелосу.
— Брат? Сестра…
— Да, — твёрдо произнёс Влад, — Ивви моя сестра и сестра королевы. Пусть не по крови, но я, Мессир, никому не рекомендовал бы напоминать мне об этом.
— Я так понимаю, риссетта Ивви, что Скелосу, в отличии от меня, путь в ваше королевство открыт?
— А для него он никогда и не был закрыт. Попробуй-ка не пустить его…
— Ну князь, — произнёс Скелос, — ты меня начинаешь разочаровывать. Ты что, забыл, что для меня везде открыты двери? Даже в твоих владених?
— Вот только тебя там и не хватало!
— Что, боишься? А по-моему она очень даже и ничего…, по-своему, конечно.
— Только вот появись…, - пригрозил Мессир.
— Ладно, господа, хватит препираться. Будто дети малые, право слово… — остудила их Ивви.
— Ваше величество, сестрёнка — обратилась она к молодой королеве, — я обещала объяснить тебе сегодня, за что мы тебя наградили. Взгляните на Золотистые Горы, ваши величества, надеюсь поймёте, почему они так называются. Только воспользуйтесь заклинанием Глаз Орла.
Влад машинально произнёс про себя нужные слова и далёкие горы стремительно приблизились, он словно стоял у их подножия.
— Не может быть… — тихо произнесла рядом поражённая Дэльфи, — не может быть… их столько… столько…
И в самом деле, все склоны гор были буквально усыпаны миллионами золотистых цветков, местами образующих почти сплошной ковёр. Золотистый флёрныш, цветок фей, вновь расцвёл на склонах гор.
— Последний раз это было три тысячи лет назад, — печально произнесла Ивви, — в тот момент когда Гера изгнала богиню Венеру с Олимпа, Золотистый Флёрныш исчез. Но королева Иввирисса первая предсказала, что когда принцесса эльфов, носительница Древней Крови, отдаст свою руку и сердце отважному чужеземцу, то цветок фей вновь вернётся в этот мир. А вслед за ним вернутся и изгнанные боги любви — Венера и Эрос… У флёрныша ведь есть ещё одно старинное название: Цветок Любви.
— А что именно в том пророчестве было скавзано? — поинтересовался Влад. Он с некоторых пор стал прислушиваться к тому, о чём именно предупреждают пророчества.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
