шли по мощённой безлюдной улочке. — Анхем куда-то подевался. Если его здесь нет, то где он может быть?
— Ты меня спрашиваешь? — устало спросил принц.
— Да нет. Так мысли в слух. — Ответила я. — А как ты думаешь, это ведь Анхем написал эту книгу? Если так, то почему он не рассказал мне о ней раньше?
— Я не знаю, но надеюсь, что мы здесь не планируем задерживаться. — Ответил мой спутник.
— Ньют, почему тебе так не нравиться это место? — спросила я и вдруг заметила в одном из переулков призрака в плаще с капюшоном на голове, который казалось подзывал меня.
— Во-первых, это место мне совершенно не знакомо и известно о нём только то, что из живых его никто не покидал. Во-вторых, здесь всё кишит странными личностями, которых не возможно убить. В-третьих, у нас нет конкретного плана как от сюда выбраться, а ты… — Он оборвался и обернулся ко мне, а я в этот момент была уже у той самой улочки, где недавно стоял призрак.
— Ньют, смотри, тот призрак нас зовёт. — Сказала я подошедшему юноше и юркнула вслед за призраком.
«Мэл, стой!» — мысленно крикнул принц, но я была слишком заинтригована преследованием, и при этом в глубине души надеялась, что тот за кем я иду, это Анхем.
— А ты не упрощаешь мне задачу. — Вздохнул он, но всё же поплёлся за мной.
Призрак увёл нас очень далеко от главной дороги, но в тот момент о возвращении назад я не думала. Наконец, незнакомец замедлил ход и остановился около маленького одинокого домика. Он постоял несколько минут около двери, после чего зашёл внутрь, но дверь оставил открытой.
— Мэл, стой. Это на верняка ловушка. Не стоит туда ходить. — Сказал Ньют и поймал меня за руку.
— Ньют, а вдруг там то и ждут меня ответы на мои вопросы. Я уверенна, что это Анхем, а нам с тобой не чего его бояться. А если что почувствуешь не ладное, то сразу уйдём. Обещаю. — Взмолилась я.
— Хорошо, но если что… — Договорить он не успел. Только он ослабил хватку, как я оказалась на пороге почерневшего от времени домишки.
Внутри домик оказался меньше, чем выглядел снаружи. Маленькие окошечки с чёрными занавесками не пускали в комнату те крохи света, что были в этом городе. Маленький круглый столик был весь завален книгами, а ковёр из шкуры какого-то зверя, казался был трёхсотлетней давности.
— Проходите, гости дорогие, что встали в пороге? — спросил худощавый парнишка призрак, тот самый за которым я шла. — И дверь прикройте. — Попросил он и стал снимать со стола книги. — Извините, у меня такой бардак, гостей уже лет двадцать не принимал. — Добавил он, когда мы оба оказались в помещении.
— Извините, что так вломились, мы просто приняли вас за другого. — Не уверенно сказала я, пока Ньют осматривался.
— Видимо, за Анхема. Да ничего страшного присаживайтесь. Правда из съестного у меня ничего нет. — Снова затараторил хозяин дома.
— Вы знаете Анхема? — вцепилась я в ненароком брошенную фразу, как собака в кость.
— Да, знаю и очень давно. Я знал его ещё до того, как он стал призраком. — Сказал парень и печально вздохнул. Я с Ньютом приняли предложение и сели.
«Мэл, погоди, спроси о чём-нибудь отвлечённом, прежде чем перейдёшь к главному», — мысленно сказал мне принц, который внимательно вслушивался в мои мысли на стуле рядом.
— Знаете, пока мы были в городе, то видели много детей. Я думал, что призраками становятся только те, кто умер своей смертью. — Сказал Ньют и бросил на меня быстрый взгляд, мол видела, как надо.
— Это не совсем так. Призраком может стать любой прий, который умер, как же он умер роли не играет. Правда, почти все дети, которых вы видели, умерли совсем не детьми, просто за хотели ими быть после смерти. — Ответил призрак и достал откуда-то горшок с чем-то белым внутри.
— Как это? — уже по настоящему заинтересовалась я.
— Понимаете, когда прий умирает, он становиться призраком, а они существуют не в телесной форме, так что могут принимать вид самих себя в каком захотят возрасте. Я вот умер в сто тридцать один год от роду, а выгляжу на двадцать, так как это были лучшие годы в моей жизни. Вот и Анхем, был на много моложе, когда умер, просто он очень хотел дожить до преклонного возраста, вот по этому так и выглядит.
— Понятно, но за чем же тогда призракам еда? Вы же мертвы. — спросила тут же я. — Ой извините, я имела ввиду, что вы в ней не нуждаетесь.
— Да, но иногда нам хочется почувствовать себя живыми. Собраться в харчевне выпить, по болтать, даже если есть мы не способны. У призраков, как и у других народов свои странности. — Ответил он и протянул нам горшок с его белым содержимым. — Но вы ведь хотите спросить совсем не об этом, а о книге в вашей сумке? — спросил он и деловито сложил руки на столе.
— Но от куда вы знаете? — удивилась я и достала книгу, с которой таскалась уже целый день.
— Ах, простите, я был на столько бестактен, что даже не представился. Огрик Тук, очень рад знакомству с вами Мэлони Паркер. — Сказал парень и улыбнулся.
— Так вы… — Я бросила быстрый взгляд на обложку книги, которую держала в руках. — Но откуда вы меня знаете?
— Как-то виделся с Анхемом. Он очень хорошо о вас отзывался. — Ответил призрак и протянул руку к книге. — Позволите?
Я молча протянула ему книгу, которую он бережно принял и прошёлся пальцами по обложке.
— Я написал эту книгу уже будучи призраком. — Вздохнул он и открыл её посередине, где были вырваны листы. — Они её всё же отыскали. — Сказал он с горечью в голосе.
— Кто отыскал? — спросила я.
— И что особенного в этой книге, что вы писали её призраком? — вставил Ньют. — Вы же не вмешиваетесь в дела живых?
— Да, призракам это запрещено, но однажды я понял, что другого выхода, как вмешаться у меня нет. — Вздохнул он и продолжил. — После того, как умер, я перестал быть колдуном, но во мне остались крупицы магии, которые должны были со временем исчезнуть. В то время у меня на глазах происходили страшные вещи, которые сильные мира сего пытались скрыть. Тода то и пришло ко мне осознание, что надо использовать свои знания, ведь я как ни как до смерти был учёным. Я написал книгу и вложил в неё остатки своей магии, чтобы скрыть меж её строк страшную правду о ведьмах,
