Проходя мимо одной, Ваня на воротах увидел герб Ватикана.
— Представь, некоторые государства в здешних виллах свои представительства устроили.
— Из-за дефицита места, конечно? — хмыкнул Ваня.
— Мы пришли, — Наталья подтолкнула Ивана в гостеприимно распахнутые ворота. Лудильщиков ожидал увидеть холодного, надменного и строгого мужчину — а как иначе?
— Натали, ты наконец привела его! — им навстречу выбежал молодой парень со сверкающими глазами и обворожительной улыбкой.
— Ой, папа! Позволь тебе представить…
— Так, значит, ты и есть тот прославленный целитель, о котором мне дочка все уши прожужжала! — юноша, выглядящий (из-за гладко выбритого лица) как бы не моложе Ивана, усмехнулся, глядя, как надулась Наташа, а после раскинул объятия и крепко Ваню обнял. — Спасибо тебе, большое спасибо за то, что внука спас! Я за него очень волновался! К нему никого не пускали из-за карантина, да и помочь я ничем бы не смог. А чего доброго усугубить состояние малыша — мог. Ну, что же мы стоим на пороге? Проходите, я вам всё покажу! А после давайте поужинаем! Я так вас ждал, Мария с утра кашеварила, вконец всех загоняла!
— Мария — это папина повариха, — шепнула Ивану на ухо Наташа.
Уровень 24.
Очки опыта до следующего уровня: 748 489 8 519 680
Класс (Легендарный): Конструктор заклинаний; Вторичный Класс 1: Целитель; Вторичный Класс 2: Химеролог.
Основные характеристики:
Сила 59
Ловкость 71
Выносливость 150
Интеллект 123
Дух 110
Дополнительные характеристики: Удача 32; Восприятие 20; Харизма 16; Меткость 22; Скрытность 15; Интуиция 11, Музыкальный слух 9.
Навыки: открыть для просмотра
Мана 2535025350
Магические конструкты: открыть для просмотра
Сделать выбор: магический навык, подходящий по Классу / конструкт третьего или четвертого уровня из расширенного списка: 4.
Выносливое либидо
Сила магии
Скорость набора опыта ×16
Вы достигли просветления.
Получены активируемые особенности: «Сила в крови, первый уровень», «Тело хищника, первый уровень»
Глава 22
«Что не говори, а как же быстро человек привыкает к хорошему,» — твердил Лудильщиков про себя, следуя за Феликсом к фантастической вилле, больше дворец напоминающей. Три этажа, причудливо увитые вечнозелёными лианами, покрытыми огромными бело-сиреневыми цветами. В воздухе, несмотря на зимнюю пору, висел лёгкий пьянящий аромат. Великолепный парк, окружающий особняк, деликатно намекал на множество дорожек, спускающихся к морскому побережью. Хороводы спрятанных в глубине уютных беседок, нежно перешёптывающиеся фонтаны и компании причудливых скульптур. У распахнутых дверей их встречал дворецкий. Иван опять поймал себя на мысли, что это невероятная роскошь, присущая домам и дворцам знати в Риме и Монако, больше его не удивляет, не заставляет быстрее биться сердце или задерживать дыхание. И вообще, у Вани в Санкт-Петербурге особняк значительно больше. Конечно, убранство залов уступает, но это, как говорится, дело наживное…
Устроились в столовой, Феликс велел подавать ужин. Засуетились официанты, величественный мажордом перемены блюд контролировал. Ваня жевал, кивал, улыбался, и всё пытался хоть какое-то определенное впечатление о Наташином отце составить. Неважно как-то это у него получалось.
Мужчина явно не скрывал, что имеет дело, скажем так, «с теневой магической экономикой », хотя напрямую об этом и не поминал. При этом вёл себя уверенно и радушно. Вроде как искренне был рад видеть Лудильщикова и благодарен тому за оказанную внуку помощь.
В то же время от главы Юсуповых исходило ощущение, словно рядом большой и опасный хищник, готовый в любой момент в бой сорваться, в клочья порвать своих врагов и конкурентов. Чувство это мелькало на самый периферии восприятия, и вдруг являлся образ радушного и открытого парня. Совсем молодого. Феликс буквально дышал жизнью, молодостью и здоровьем. Да, маги часто могли выглядеть моложе своего возраста (взять ту же Мадлен. Ивану она, наверное, прабабушки годилась, а выглядела всего лет на 20 старше). Но определённый «груз веков и тяжесть прожитых лет» всё равно давали себя знать у молодящихся архимагов. Здесь же Иван наблюдал просто «вечного юношу». Очень это из колеи выбивало и не позволяло адекватную манеру поведения сформировать. Ваня то и дело сбивался и начинал воспринимать собеседника ровесником или даже более юным. А Феликс лишь задорно смеялся, сверкая глазами, отпускал новую шутку или вспоминал «увлекательную историю». И тут же с интересом выпытывал у Вани подробности его жизни и приключений.
В итоге поговорили они и о войне, и о целительстве, и даже об антидемоническом шкатулках и Китае.
— Вы даже не представляете, Иван, какой переполох они в Европе устроили! Сколько родов вырезали, какие чиновники своих мест лишились! Даже я, когда впервые под их воздействие попал, думал — всё, помираю! — и Феликс с озорным осуждением на Ивана уставился.
— Даже не знаю, что сказать! Сочувствую, наверное! Вам это сильно помешало?
— Нет, конечно! Я же её специально заранее выкупил, чтобы дома испытать. Так что лично я от всей этой кутерьмы только выиграл, заключил целую серию новых контрактов и договоров.
Застольная беседа неторопливо текла, давая мужчинам возможность получше узнать друг друга. О делах, впрочем, тоже не забывали.
— Наташенька, душа моя, помнишь ли ты Вальдемара Яковлевича, соседа моего незабвенного?
— Дядю Вову? А как же? Давно его не встречала, как он поживает?
— Да вот письмецо от него на днях доставили, пишет, что за океаном жизнь совсем другая. Расскажу всё, не изволь беспокоиться! — Феликс к Ивану повернулся. — Вальдемар, приятель мой старинный, на соседней вилле проживал. Мы с ним, когда из Рассеи-матушки отбыли — в этом краю благословенном осесть вместе и решили. Приобрели по домику, каждую неделю друг к другу в гости захаживали.
Наташа тихонько хихикнула:
— Помнишь, как дядя Вова рассказывал про своих соседей по ту сторону?
— Про папистов? — Феликс лукаво прищурился. — Я сию песню каждый раз выслушивать вынужден был. Вальдемар взял за правило ужинать на балконе верхнего этажа — считал, что оттуда самый лучший вид
