Операция шла успешно. Статуи были куплены, доставлены в мастерскую. Ничего не подозревающий Демин выступал в роли прикрытия (поверенный коллекционера предупредил Ларису, что за непосредственным заказом от Джакометти могут слишком внимательно следить на таможне), он торчал в Венеции и, как и положено, ничего не делал.
Статуи были залиты, отправлены в Россию, и только теперь, когда оставалось встретиться с поверенным и передать ему статуи, получив взамен назначенную коллекционером сумму, – только теперь оказалось, что в одной из гипсовых фигур вместо музы свинцовая болванка.
Лариса предвидела свое объяснение с поверенным, реакцию членов клуба, узнавших о том, куда ухнули их деньги, и прочие милые последствия проваленной операции. И она была в полной растерянности.
– Слушай-ка! – Голос Леры вывел ее из оцепенения. – Слушай, подруга… – Лера закурила еще одну сигарету и задумчиво откинулась на спинку дивана. – А не спер ли статую Аркадий?
– Ты с ума сошла! – Лариса брезгливо скривила губы. – Он же ничего не соображал! Только кололся, больше ничего! И он ни о чем не знал.
Рыжая сделала значительное лицо:
– Но, в отличие от нас, он постоянно торчал там, в мастерской. Кто знает: может, он углядел там что-то? А углядел, так и спереть мог.
– Господи, какая чепуха! Зачем ему статуя! Если бы он и спер статую, то не мог не понимать, что продать ее будет невозможно. Кто у него купит?
Наркоман мог не рассуждать так здраво, как ты, – язвительно заметила Лера. – Он вполне мог спереть статую. И я даже уверена, что он ее спер. На Джакометти ведь не подумаешь?
– Вряд ли… – Лариса кивнула, признавая справедливость слов подруги. – Это было бы глупо – так засвечиваться. Кроме того, он ведь промышляет такими делами. Если он при этом еще и облапошивает клиентов – туго ему придется. Нет, это не он.
– Значит? – сощурилась Лера.
– Это ничего не значит. – Председатель потрогала золоченые одежды статуи, перед которой стояла. – Красиво. Жаль будет разбивать…
– Разбивать будет сам коллекционер, он ведь поставил такое условие, – напомнила ей Лера. – А мы ему – такой вот подарочек. Хорошо еще, что раньше разбили это чучело. А то бы он нам устроил…
– Он и так нам устроит, – устало сказала Лариса.. – Как ты себя чувствуешь?
– Нормально! Послушай, что я только что вспомнила. Когда мы были в Венеции, дожидались отправки статуй, я узнала, что этот придурок отправил жене посылку.
– Ну так что? Все отправляют посылки своим женам. Тряпки, наверное.
– А я думаю – не тряпки… – хитро сощурила глаза рыжая. – Я думаю…
– Сумасшедшая! – Лариса взорвалась. – Да как он мог отправить статую обыкновенной посылкой! Ты соображаешь? Ведь их грабят! Даже простые, не то что такие вот…
Я мыслю, как он – то есть без всякой логики, – пояснила Лера. – Он ведь был больной, совершенно чокнутый тип, такой мог спереть статую и отправить ее женушке с намерением потом приехать и спокойненько ее продать. В смысле – статую, а не жену.
Лариса закурила и уставилась на подругу.
– А то, что он отправил посылку, я узнала от Серджо, – продолжала та. – Единственный, кстати, нормальный парень в этой двинутой мастерской.
– Наркоман, – коротко прокомментировала Лариса.
– Однако он, и никто другой, увидел, как Аркадий отправлял посылку в Питер.
– Жене? – поморщилась Лариса. – Я с ума сойду. Не думаешь ведь ты всерьез, что там статуя!
– Ну раскинь мозгами, – потребовала Лера. – Джакометти взять не мог – побоялся бы, да и не тот человек. Профессионал своего дела, разве нет? Он эта делал не в первый раз.
– Согласна. Но то, что этот придурок Аркадий мог спереть оттуда статую…
– А вот это как раз реально. Не хватает одной статуи.. Вместо нее торчит какая-то чепуха. Выводы? Кто-то из тех, кто имел доступ к производству, залил туда болванку. Аркадия не подпускали, конечно, но он там жил! Он мог увидеть, украсть, подменить статую в заливке… Я настаиваю на том, чтобы проследить за его женой. Еще не поздно. Посылка была отправлена как раз перед самым концом заливки. Так сказал мне Серджо. Он по-русски не читает, но уверен, что отправлено в Питер. Слышал, как Аркадий называл адрес служащему на почтамте.
– Если он отправил статую посылкой – мы ее потеряли навсегда, – глухо сказала председатель. – Представляю себе, что испытал какой-нибудь вороватый служащий, когда открыл посылку и обнаружил там статую Кановы.
– Хрен он поймет, что это такое! – отмахнулась Лера. – Скорее всего, никто не нашел это сокровище. А нашел – так обратно положил. Не стал связываться. Говорю тебе – посылка придет его жене!
– Мне бы твою уверенность… Что я скажу этому чертову поверенному?
– Когда он позвонит? – живо поинтересовалась Лера. – Вы уговаривались?
– Конечно! На днях, я думаю. Я просила звонить после двадцатого числа… Статуи должны были дойти быстро… – Она даже слегка застонала. – Сколько я денег переплатила! Боже мой!
Лера молча слушала, покачивая опущенной на пол ногой. Наконец она прервала Ларисины жалобы на судьбу:
– Хватит причитать! Слезами горю не поможешь. Благодари Бога, что остальные статуи дошли.
– А ты откуда знаешь? – взвилась Лариса. – Черт, сердце прихватывает… – Она замолкла на миг, прислушиваясь к своим ощущениям. Потом заговорила тише: – Я бы хоть сейчас их все перебила! Не могу я продать ему свинец! Откуда он только взялся!
– Да постой ты переживать! В остальных-то – статуи, Аркадий не мог спереть все. Такого просто не могло быть. Успокойся! Тебе же плохо!
– А тебе зато хорошо… – Лариса отпихнула ее руки и пошла к выходу. – Я запираю комнату. Пошли.
Лера вышла за ней. Лариса заперла за собой дверь, открыла кабинет, и женщины вышли в коридор. Лера огляделась по сторонам.
– Никого, – прокомментировала она. – Слава Богу. Голова трещит от всех этих девиц.
Лариса, ничего не ответив, положила ключи в карман и пошла по коридору. Лера следовала за ней, на ходу говоря:
– Слушай, подруга, а ты, часом, сама не сперла статую, чтобы коллекционеру цену набить? Он же сейчас землю рыть будет, чтобы получить все девять!
– А, уяснила наконец, – проворчала Лариса. – Раньше надо было это понять и хорошенько следить за Аркадием. Задним умом ты очень крепка, как же!
Они вошли в одну из комнат отдыха. Рыжая тут же заперла за собой дверь. Председатель без сил опустилась на край широкой постели. Медленно, думая о своем, она расстегивала пиджак, снимала туфли; отшвыривая их в угол комнаты. Лера следила за ней, стоя у двери.
Наконец Лариса разделась, оставшись только в блестящей комбинации, крепко обтягивающей ее развитые плечи и высокую грудь. Она молча легла на постель, оставив место у стены.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
