Читаем без скачивания Дважды одаренный. Том V - Элиан Тарс

головушки. Алиса смотрела с хитрой улыбкой, а Млада как всегда бесстрастно.

— Ткань у тебя не такая дешёвая, чтобы её было легко помять, — произнесла сестра.

— Места здесь не так много, потому приходится тесниться, — добавила Млада и отвернулась.

Графиня Распутина сегодня отказалась от своих привычных косичек и сделала сложную высокую причёску, оголив лебединую шею и ушки.

Так вот, кончики её ушей сейчас самую малость покраснели.

Я посмотрел на поднятые сиденья центрального ряда и ровным тоном произнёс:

— Пожалуй, если тут так тесно, то мне, как воспитанному мужчине, стоит опустить сидушку и пересесть.

— Тц… — цыкнула Млада и отодвинулась ближе к окну.

Алиса покачала головой и произнесла:

— Злой ты, братик, — и тоже отодвинулась.

Сидеть стало гораздо свободнее. Я даже смог развалиться поудобнее — всё-таки задний ряд в «Приме» довольно широкий.

И как я только оказался между этих двух красавиц, а?

* * *

Я невольно вспомнил полученное утром от Вани Медведева сообщение:

«Привет, старосте передать не получилось — похоже, Зинаида Константиновна приболела, и наша староста осталась за ней присматривать. Но её заместителю я сообщил».

И дальше смайлик в виде большого пальца.

То сообщение меня немного напрягло. Что такого серьёзного могло случиться с дважды одарённой баронессой, что она пропускает занятия? Да притом и Анне пришлось с ней остаться?

Однако сразу писать и звонить девушкам я не стал, рассудив, что больная, скорее всего, утром спит. Лишь через несколько часов я отправил Анне сообщение:

«Доброе позднее утро. Не сильно заняты? Есть пару минут?»

«Здравствуйте, Александр, — спустя четверть часа ответила девушка. — Пара минут у меня есть».

«Да уж… если свободна, то чего так долго отвечала?» — мелькнуло у меня в голове.

Я усмехнулся, представив, как Анна пятнадцать минут бегала по своей комнате, пытаясь придумать, что мне написать в ответ. Но ничего оригинального так и не придумала.

На этой мысли я набрал её номер.

— Здравствуйте, Александр! — выпалила Анна, едва взяв трубку. — Не ожидала, что вы позвоните!

— Отчего же не позвонить красивой девушке, когда у тебя есть её номер, — легко ответил я.

Она подвисла, а затем недовольно пробурчала:

— Всё не устаёте шутить свои шутки… и когда вам уже надоест?

— А вам когда надоест называть мои комплименты шутками? — усмехнулся я и тепло произнёс: — Рад слышать ваш голос, Анна.

Она снова пропала на несколько секунд, а затем тихо ответила:

— И мне… приятен ваш звонок. Но, полагаю, вы хотите справиться о здоровье её благородия?

— Верно, — ответил я серьёзно. — Что случилось? Её недомогание может быть связано ребёз-травой?

— С ребёз-травой? — растерянно переспросила Анна. — Эм…

Этот вопрос мне не давал покоя — всё-таки последствия принятия этого чудо-мха из Проклятых Земель всецело не изучено, и в теории возможен любой пост-эффект.

Однако же потерянный тон Анны почти сразу меня успокоил. А затем она и вовсе зачастила:

— Нет, Александр! Что вы! Приношу свои искренние извинения за то, что мои слова вызвали недопонимание и заставили вас волноваться. Состояние её благородия никак не связано с ребёз-травой. У неё, ну… недомогание по женской части. А ещё мигрень и лёгкая простуда. Знаете же, что одарённые редко болеют, но если одно какое-то недомогание всё же приключилось, есть риск, что начнутся и другие. Одно радует — всё быстро проходит. Думаю… послезавтра её благородие, а вместе с ней и я вернёмся к учёбе. Спасибо большое за участие.

Слушая Анну, я не прекращал улыбаться. Уверен, у неё был заготовлен более стройный ответ относительно «болезни» её госпожи. Однако же моя искренняя обеспокоенность состоянием баронессы выбила девушку из колеи.

— Что ж, рад слышать, — тепло произнёс я. — Желаю её благородию скорейшего выздоровления. Слышал, что болезненные женские недомогания могут на пару дней подкосить даже сильную женщину-бойца.

— Любопытно знать, где вы такое могли услышать, — проворчала Анна.

— Жизнь в приюте учит многому, — многозначительно ответил я, а затем грустным тоном продолжил: — Стало быть, вы обе вынуждены пропустить сегодняшнюю церемонию?

— Да, — твёрдо ответила Анна. — В случае, если нас буду тоже награждать, вас не затруднит принять награду? Вы официально командир нашего отряда, так что проблем с этим быть не должно.

Пусть Анна и пыталась убрать из голоса грусть, я уже очень хорошо изучил эту девушку. На самом деле она хотела бы стоять на сцене и получать награждения за свои заслуги. Анна рвалась в Проклятые Земли, чтобы сражаться с монстрами и защищать подданных Империи.

Это для неё важно.

Однако она почему-то не может появиться на публичном светском мероприятии в Кремле… Интересно, почему?

Ха… ну да, ну да, потому что у баронессы именно сегодня случились самые болезненные дни цикла, мигрень и простуда…

* * *

— Когда-нибудь в день светского мероприятия на въезде в Кремль не будет пробок, но это будет уже совсем другая история, — со знанием дела проговорила Алиса, прильнув к окну.

Уже полчаса мы стояли в пробке из дорогих машин и микроавтобусов. Сейчас я вполне мог разглядеть огромные распахнутые ворота, видел, как кремлёвские гвардейцы суетятся, проверяя пригласительные гостей, а затем направляя потоки машин к тому или иному входу «Большой Концертной Арены».

Вообще, территория Московского Кремля довольно огромная и разделена тремя кольцами стен. Внешние стены, как понятно из названия, отделяют эту территорию от остального города. За ними, до следующего кольца — «центральных стен» — располагается относительно открытая часть Кремля, с музеями, храмами, парком, аренами… Здесь проводятся массовые мероприятия на высшем уровне. А ещё тут даже простолюдины могут погулять, например, в Кремлёвском снежном городке на новогодних каникулах. Но! Без приглашения сюда их не пустят. А приглашения выдают лишь отличникам учёбы, активистам и ударникам труда.

Следующий участок Кремля между центральными и внутренними стенами ещё более закрытый. Там находятся правительственные учреждения, и там же проходят светские мероприятия для элиты среди элит. Ну а за внутренними стенами и вовсе святая святых всей Империи — дом Императора и его семьи, попасть туда могут лишь единицы.

Наша машина остановилась перед воротами, и один из гвардейцев — мужчина в парадной форме — направился к водительскому окну. За рулём сидел Бур — средний сын Бурлака. Опустив окно, он протянул гвардейцу три пригласительных. Два именных были выданы нам с Алисой, как непосредственным участникам ликвидации последствий разрыва ткани