Арсарам.
— Значит, на том варианте ты настаивать не будешь? — недоверчиво спросил я.
— Я всего лишь обозначил тебе самый выгодный, — усмехнулся отец, а я облегченно выдохнул. Если бы он продолжил настаивать или я уловил в эмоциях фальшь, пришлось бы делать крайне нелегкий выбор. А этого не хотелось. — Но раз ты так настроен против этого, будем искать другие.
— Спасибо, — только и смог сказать.
Подумав некоторое время, проговорил:
— Как насчет того, чтобы спрятать девушку? Для всех она уедет от нас и пойдет своей дорогой. На самом же деле мы ее тайно перевезем в какое-нибудь безопасное место. А там уже время покажет, что делать дальше.
— Хорошо, так и сделаем, — невозмутимо отозвался отец. — Но займешься этим сам, раз уж принял такое решение. Учись отвечать за свои поступки. Мелисса Ордлин теперь твоя головная боль, а не моя. Но если возникнет малейшая угроза для нашей семьи и ты не справишься, уж прости, сын, но я самолично передам девчонку Арсарам.
— Справедливо, — кивнул я, уже размышляя над тем, как лучше действовать.
Пока дергаться не стоит однозначно. Нужно сдать экзамены в Академии и мне, и Мелиссе. В столице идти на совсем уж откровенный беспредел оборотни не станут. И так по краю ходят. А потом мы в любом случае собирались уехать из Ограса. Я с сестрой — на практику, родители — домой. Мелисса же тоже якобы отправится на практику в числе других студентов, но по дороге сбежит от них. Отправлю ее с верными людьми в замок Ордлин, предварительно замаскировав. Снабжу «скрытами», чтобы их труднее было обнаружить. С Мелиссы, конечно, придется взять клятву, чтобы не болтала попусту о моих новых артефактах, но думаю, на это она согласится. Сама понимает, что поставлено на карту. После уже разберусь, что делать дальше. Но в любом случае, отдавать ее на растерзание своре оборотней я не собираюсь.
Глава 38
Закончив разговор с отцом, я двинулся к выходу и заметил, что дверь была закрыта неплотно. Оставалась маленькая щель. Похоже, кое-кто во время нашего разговора беззастенчиво грел уши. И у меня даже сомнений не возникало, кто это. Вот ведь плутовка! Впрочем, Мелиссу можно понять. Решается ее судьба. Но теперь, надеюсь, она будет спать спокойно, а не терзаться мыслями о своей дальнейшей доле. Когда я вышел, за дверью никого уже не было.
Слегка улыбаясь, я поднялся к себе и начал готовиться ко сну. Слугу вызывать не стал, решив справиться сам. Все-таки подобные барские замашки пока еще не успели войти в привычку.
Уже хотел лечь в постель, когда в дверь постучали. Ну что там еще? Вздохнув, побрел открывать. Как-то уже хотелось поскорее закончить этот долгий безумный день, полный на впечатления и события.
Но увидев, кто стоит на пороге, я замер столбом, несколько растерявшись. Одетая в одну лишь ночную сорочку, прикрытую легкой шалью, передо мной стояла Мелисса. И не успел я о чем-то спросить, как юркая женская фигурка проскользнула в комнату и прильнула ко мне. Тонкие девичьи руки обвили мою шею, а отчетливо чувствующиеся под тканью сорочки упругие грудки практически впечатались в мое тело, вызывая закономерную реакцию.
Не давая мне опомниться, Мелисса впилась в мои губы своими, вовлекая в жадный, страстный поцелуй. И на какое-то время все остальное из сознания ускользнуло. Услышал стук двери, которую, похоже, сам же механически захлопнул, а потом еще теснее прижал к себе горячее женское тело. Кровь в жилах бурлила так, что казалось, вот-вот превратится в лаву. Такую же сметающую все на своем пути, как недавнее плетение, усиленное мною во время битвы. Соображал я с трудом, настолько меня накрыло.
Не знаю, как все-таки нашел в себе силы остановить это надвигающееся безумие и слегка отстраниться, прерывая поцелуй. Мы с Мелиссой тяжело дышали, глядя друг на друга. Я нашел в себе силы прикоснуться к ее эмоциям, но лучше бы этого не делал! Столько там было созвучного того, что только что захлестывало меня самого. Страсть, притяжение, желание погасить разгоревшийся внутри пожар. Лишь отголоски одной эмоции остановили от того, чтобы самому не начать то, что только что остановил. Благодарность.
Если со стороны Мелиссы это желание отблагодарить за то, что встал на ее сторону, я не готов был такое принять. Пусть даже сама она этого тоже хочет. Но одно дело — близость по взаимному согласию. Другое — когда кто-то идет на это потому, что хочет отблагодарить и рассчитывает, что близость станет залогом дальнейшего покровительства. Для меня почему-то было важно не допустить второго. Унизительно как-то. Я ведь помог ей не ради того, чтобы она со мной за это расплачивалась собственным телом.
— И что это все означает? — я пытался говорить сдержанно, но хрипотца в голосе выдавала с головой.
— Только не изображай из себя скромного, целомудренного юношу, — фыркнула Мелисса. — Я ведь знаю, что это не так. О твоих похождениях в Академии только ленивый не треплется.
При этих словах, несмотря на веселость тона, в ее эмоциях проскользнули горькие нотки ревности.
— Или ты намерен сделать вид, что не хочешь меня? — она с вызовом вскинула голову, не сводя с меня своих изумрудных кошачьих глаз. — Я ведь чувствую, что это не так.
Да, тут трудно не почувствовать, учитывая, что сейчас упирается ей в живот, — я мысленно хмыкнул.
— Может, и так, но тебе это зачем? — я мягко убрал ее руки со своей шеи и отошел на шаг, чтобы хоть немного уменьшить соблазн. — Я помогу тебе и без этого. Так что иди к себе и ложись спать. День у нас обоих выдался нелегким.
— А если я не хочу идти к себе? — она упрямо поджала губы. — Прогонишь?
Вот же провокаторша мелкая! Знает же, что ее близость меня слишком сильно волнует. Тем более когда она в таком непотребном виде. Ткань дорогой тонкой сорочки, на которую падают блики от горящего в камине огня, кое-где просвечивается. И удержаться от того, чтобы не бросать туда взгляды, довольно трудно. Что-то мне подсказывает, что для того она и решила переодеться перед приходом сюда. Даже несмотря на свою невинность, прекрасно знает, как ее роскошное тело действует на мужчин.
— Зачем тебе это? — вместо ответа спросил.
— Хочешь, чтобы я открыто сказала, какой была дурой все это время? — она невесело усмехнулась. — И как мне теперь за это стыдно?
— Если ты решила таким вот образом извиниться, то не стоит, — я покачал головой. — Простого «извини» будет вполне достаточно. Зла
