Читаем без скачивания Яд власти - Олег Волков

– Не имею чести знать вашего имени, уважаемый, но в моей лавке, не далее, как вчера днём, изволила покупать сама вигора Окрен, дочь покойного витуса Окрена и невеста вашего будущего Великого Сахема витуса Нарта! – на одном дыхании выпалил утус Биот.

– Чудесно. Очень рад за вас. Но в данный момент я имею честь торговаться с вами, а не с вигорой Окрен, – парировал Саян.

– Да знаете ли вы, уважаемый! – утус Биот завёлся не на шутку. – Что не далее, чем завтра утром, многоуважаемая вигора Окрен намерена посетить мою лавку ещё раз, дабы приобрести у самого лучшего в Тивнице продавца самые лучшие шёлковые ткани!

– Да-а-а! – с пафосом воскликну Саян. – И вы готовы назвать мне его имя!

Шутка, к месту и вовремя, творит чудеса. Утус Биот расслабленно расхохотался. Кем бы Саян не был, но ни пафосными возгласами, ни громкими именами его не проймёшь.

– Хорошо, уважаемый, – утус Биот кончиком пальца смахнул слезинку с краешка глаза. – Исключительно ради вашей выдержки и чувства юмора, я готов уступить вам эту чудесную ткань за семь с половиной серебряный виртов. И ни одной медной восьмушкой меньше!

В ответ Саян широко улыбнулся.

– Исключительно в знак уважения к вашей образцовой лавке, – произнёс Саян, – так и быть, я заплачу вам полтора серебряных вирта.

Старый менг обречённо вздохнул и бухнулся на высокий стульчик за спиной. Сидеть перед покупателем невежливо, но кое-что мешает старому торговцу тканями объявить о прекращении торгов и указать Саяну вместе с Ягирой и тяжеленным коробом на дверь.

Торчать целый день за прилавком, терпеливо поджидать покупателей, на самом деле весьма скучно. Очень часто торговцы завышают цену не ради погони за прибылью, а ради развлечения. Что может быть интересней чистосердечного разговора с покупателем? Торговец оценивает не только глубину кармана пришедшего к нему человека, а так же его умение говорить, шутить, спорить. Искусный оратор, который может убедить кого угодно в чём угодно, всегда и везде отоваривается с хорошей скидкой. Пусть набитые золотыми виртами кошельки Саян оставил дома под кроватью, зато красноречие, отточенное за пять столетий до бритвенной остроты, всегда носит с собой.

Торг продолжался минут тридцать – сорок. Гора Геврар отошла в сторонку и только удивлённо пялилась то на Саяна, то на старого менга. Такого изысканного красноречия, такого умения спорить и доказывать, от подмастерья своего отца она никак не ожидала. Саян, как сын крестьянина, бывший слуга, помянул не только всех богов Миренаара и Вилуры, а припомнил легендарную историю, по памяти процитировал половину Гексаана и Ситаана и, в придачу, припомнил десяток совершенно не знакомых ей имён. Ягира от удивления открыла рот, когда Саян перешёл на иссари, язык менгов.

Наконец старый торговец сдался.

– Хрен с вами, уважаемый, – утус Биот утёр вспотевший лоб и щёки шёлковым платочком, – так и быть, я отдам вам этот кусок ткани за четыре серебряных вирта.

– Ну вот, уважаемый, – Саян самодовольно улыбнулся, – оказывается, с вами вполне можно иметь дело. Я всем расскажу, какой вы покладистый и щедрый менг. Ягира, – Саян повернулся к девушке, – давай деньги.

Давненько не приходилось с таким жаром и ожесточением упражняться в красноречии. Но главная причина столь фантастической упёртости банальна до неприличия: отец дал Ягире всего четыре серебряных вирта. Саян давно бы согласился и на шесть, но у него нет двух лишних виртов. Зато у старшей дочери утуса Геврара действительно будет великолепное платье из дорого, по меркам простолюдинов, хлопка.

Ягира, сияя от радости, выскочила из лавки. Саян едва успел закинуть на плечи тяжёлый короб и выйти следом на улицу.

– Ягира! – крикнул Саян. – Умоляю, не беги.

Дочь ремесленника не забыла, благодаря кому только что купила по дешёвке великолепную нежно-зелёную ткань и сбавила шаг. На этот раз Ягира направилась прямиком домой, значит минут через двадцать наконец-то можно будет скинуть с натруженных плеч тяжеленный короб. Хотя, Саян оглянулся на лавку старого Биота, на сегодня работа уже закончена.

В доме ремесленника Саян наконец-то отставил тяжеленный короб с покупками на кухне и спустился на первый этаж в мастерскую. Утус Геврар, одетый как обычно в серую от многочисленных стирок рубаху и в большой передник, самозабвенно стучит по наковальне.

– Утус Геврар, я беру два выходных дня, – с ходу, едва сойдя с лестницы, заявил Саян.

От удивления ремесленник едва не засадил по пальцу. Молоток, брякнув по наковальне, свалился на пол.

– Но… сегодня же только вторник, – утус Геврар очумело уставился на Саяна. – Я никогда не заставлял тебя работать в воскресенье. А в субботу, как обычно, мы работаем только до обеда. Какие ещё выходные тебе нужны?

Да-а-а… Работяга ремесленник откровенно не понимает. По его уразумению, с понедельника по пятницу нужно прилежно работать, чтобы в доме был достаток. Иначе нельзя. Но спорить с утусом Гевраром, что-то доказывать и объяснять, нет никакого желания.

– Утус Геврар, – как можно более спокойно, но решительно произнёс Саян. – Я работаю на вас пятый месяц. Великий Создатель свидетель – я всем доволен. Но! Мне нужны два выходных дня, этот и завтрашний. Я не прошу вас дать их мне, а предупреждаю, что на сегодня я работу закончил и ухожу. Вернусь либо завтра вечером, либо послезавтра утром.

– Но-о-о, как это? – от удивления утус Геврар присел прямо на наковальню.

– Утус, – Саян оборвал ремесленника. – Завтра или после завтра я вернусь. А потом вы сами решайте: буду я работать на вас дальше или нет. А сейчас я пошёл.

Утус Геврар так и остался сидеть на наковальне с растерянным видом. Саян поднялся на чердак в свою комнату. Слава богу, не успел обзавестись кучей вещей. Всё, что есть – легко умещается в дорожный мешок. Только, Саян в растерянности уставился на кровать, что делать с деньгами? Таскать с собой столь крупную сумму никак не хочется. Впрочем, Саян вытащил из припрятанного кошелька три золотых и пять серебряных виртов. Ещё честно заработанная у ремесленника медь. Пожалуй хватит. А кошельки пусть по-прежнему лежат под половой доской, на которую упирается ножка тяжёлой кровати. В принципе, Саян бросил на заправленную кровать собранный вещмешок, можно заодно оставить и вещи. Всё равно сюда придётся возвращаться.

– Всего вам наилучшего, утус Геврар, – на прощанье, проходя через мастерскую мимо оторопевшего ремесленника, произнёс Саян.

Дверные колокольчики над дверью сыграли за его спиной.

Глава 25. «Чистой воды авантюра»

Это хорошо, что вовремя решил оставить вещи в комнате на чердаке. Праздно шатающийся подмастерье без набитого мешка за спиной привлекает гораздо меньше внимания. Саян изо всех сил старается не выделяться из толпы. Вот уже пятый час, прохаживаясь по Шёлковой улице, он ведёт тайное наблюдение за лавкой торговца тканями.

Господи, Саян в очередной раз остановился на углу соседнего дома в метрах тридцати от лавки Биота, задуманное – чистой воды авантюра. С таким же успехом можно ковырять землю на Торговой площади в надежде отыскать горшочек с золотом. К подобным операциям нужно готовиться загодя, недели две, не меньше. Всё тщательно разнюхать, выяснить, а не надеяться на авось. Всё, что сейчас есть в наличии – слова старого менга, который, ради дополнительной наценки на свой товар, может слегка приврать.

Но, Саян тронулся с места и в очередной бесчисленный раз пошёл по Шёлковой улице, случай. Такой случай. Кровь из носа, нужно ловить. Если дело выгорит, то его никто и никогда не найдёт. Но даже не это главное – другой возможности может и не быть, никогда.

До самой темноты Саян прохаживался по Шёлковой улице, заодно обошёл весь квартал и несколько соседних, и не зря. Кроме главного входа у лавки имеется задняя дверь. Судя по тусклым петлями и ветхой деревянной ручке, ей давно не пользовались. Зато дверь не завалена мусором.

Покупателей у старого Биота не то что бы много, но и немало. Люди заглядывают в его лавку нечасто, зато, судя по внешнему виду, весьма состоятельные горожане и особенно горожанки. Как же иначе? Даже самый трудолюбивый ремесленник не сможет позволить себе прикупить золотистого шёлка.

Товар, быстрей всего, старый Биот получает утром. Вряд ли он хранит большие запасы дорогих тканей в Чёрном городе, в окружении людей, среди которых вор на воре. Догадка подтвердилась, когда вечером, незадолго до закрытия городских ворот, к лавке подкатила большая телега. Несколько молодых менгов в тёплых куртках и вязаных шапочках загрузили телегу объёмными тюками. Последним вышел сам утус Биот. Бросив несколько фраз на иссари, менг повесил на дверь большой замок и сел в телегу прямо на тюки с товаром. Менги точно не рискуют ночевать в Тивнице. Тем лучше.

Когда сгустились сумерки, Саян более тщательным образом обследовал заднюю дверь. Как и следовало ожидать, она заперта изнутри. Забираться во внутрь не имеет смысла, наверняка по утру менги тщательно проверяют лавку, прежде чем выгружать товар и оставлять утуса Биота торговать тканями.