карабкаться по ним комфортно, но вот проверять гамаки на прочность – действительно страшно. И тем не менее, именно я первой полезла в нависший над землёй и выглядящий совсем непрочным гамак, так как именно я продвигала идею того, что эти штуки действительно способны выдержать человеческий вес.
Стоило мне только лечь в гамак боком и понять, что он не обрушился вниз и даже не затрещал, как мысленно я сразу же обругала себя: зачем я спала в апартаментах Золота, а не читала ту всезнающую энциклопедию?! Быть может, тут еда повсюду растёт и плодится, а я этого не знаю только потому, что вместо учения поддалась сну!
Стейнмунн с крайней осторожностью забрался в гамак, подвешенный рядом с моим. Как только он устроился и замер, я стала аккуратно доставать из своего рюкзака маскировочный брезент. В итоге мы растянули его между нашими гамаками и как бы прикрылись им.
Эта ночь на самом деле была холоднее предыдущей, но за счёт выгодного расположения – скрученного в кокон гамака, да ещё и закрытого плотным брезентом, – по моим ощущениям во время этой ночёвки мне было гораздо теплее, чем во время предыдущей. Плюс к этому, несмотря на страх перед внезапным обрушением гамака, я по итогу очень быстро начала дремать и, как результат, умудрилась крепко заснуть.
Вдруг мне стал сниться Берд. Он почему-то хмурился и, со скрещёнными на груди руками, что-то доказывал мне. Внезапно рядом с ним вырос Арден, и его слова я хорошо расслышала – он говорил, что мне стоило обратить на него внимание и всё-таки начать с ним встречаться, когда он ясно выразил свою заинтересованность моей персоной… Внезапно голос Берда тоже начал отчётливо звучать – он всё ещё был хмур и, оказывается, говорил мне не связываться с этим парнем. Я снова перевела свой взгляд на Ардена, но неожиданно вместо него передо мной возникло лицо Платины…
Я резко распахнула глаза от странного ощущения. Первое, что я поняла: мой большой палец правой руки запутался в цепочке, на которой было подвешено кольцо Берда – кольцо само собой налезло до середины пальца, однако я не удивилась этому, так как взяла в привычку перед сном зажимать в ладони единственную уцелевшую материальную ценность, крепко связывающую меня с дорогими мне призраками моего прошлого… Второе, что я поняла – меня разбудила вибрация, исходящая от моих часов. Аккуратно повернув едва подсвечиваемое табло перед глазами, я увидела оповещение: “Количество живых участников – 56”. 56! То есть, за сутки погибло целых одиннадцать человек?! Каким образом это произошло?! Почему в лесу было так тихо и всё случилось настолько незаметно?! Состоят ли в списках сегодняшних погибших те трое, которые схлестнулись с нами утром, или забытые всё-таки не прикончили их?!..
Пятьдесят шесть человек всё ещё движутся к финишу… Это всё ещё очень много. Из всех всё ещё остающихся в живых людей финишируют только семь усердных трудяг или же родившихся под счастливой звездой везунчиков. Двумя финалистами обязательно станем я и Стейнмунн. Интересно, кто, кроме нас, финиширует ещё? А впрочем, это не важно. Важно только то, что я и Стейнмунн сделаем это – пройдём этот Металлический Турнир, вернёмся в Кар-Хар, станем наигранно вести праздный образ жизни победителей, якобы соглашаясь с навязываемыми нам правилами Дилениума, а дальше… Что-нибудь придумаем. Может, вообще сбежим куда-нибудь… Пока ещё не знаю куда и как, позже обсудим, когда придёт время. Однако… Захочет ли Стейнмунн бежать со мной? Зачем парню бежать с той, кто его больше не любит? Может, после возвращения из Ристалища он вообще влюбится в какую-нибудь кар-харскую белокожую, пышногрудую и перекрашенную куклу, и захочет остаться с ней, а я… Нет, Платина на меня, конечно же, даже не взглянет…
Накатывающая дрёма уже вторую ночь к ряду постепенно стала превращаться в бред, за которым не скоро последовала кромешная темнота глубокого сна. Мне больше не снились ни Берд, ни Арден, ни Платина, и только всю ночь напролёт чудились какие-то странные звуки, которые забылись сразу же, стоило мне только раскрыть глаза и понять, что ещё одни сутки в Ристалище остались позади – нам необходимо продержаться ещё шесть раз по столько же.
Глава 30Третий день Ристалища
Проснувшись, я предпочла продолжать тихо лежать в своём гамаке в ожидании, когда Стейнмунн сам сообщит мне о необходимости двигаться дальше. Нет, я не ослабла, и моя решимость добраться до финиша ни на долю процента не стала меньше, просто мне вовсе не хотелось обрывать последние сладостные минуты пребывания в относительной безопасности и сонном спокойствии. В моём гамаке под маскировочным брезентом за ночь скопилась маленькая толика тепла, чему поспособствовала и моя отличная одежда: глубокий капюшон в сумме с высоко застёгивающимся воротом куртки оказались способны полностью спрятать голову, длинные рукава защищали руки до самых кончиков пальцев, ноги согревались в тёплых ботинках. Всё-таки здорово помог мне этот Золото… Если выживу, нужно будет поблагодарить его за эту филантропию.
Услышав странный шорох где-то совсем рядом, будто бы внизу, я замерла и сразу же начала прислушиваться… Нет, мне не показалось – шорох повторился. Аккуратно вытащив из сохраняющих тепло рукавов только один указательный палец, я коснулась им прохладного края гамака, не без труда оттянула его, медленно-медленно приподнялась и, таясь, чуть выглянула наружу. Увиденное заставило меня мгновенно замереть: прямо под нашим Сонным деревом паслось стадо настоящих оленей! Но это было не всё: по округе разлился полупрозрачный туман, в котором не только силуэты оленей, но и силуэты деревьев, и даже образы трав казались необычными, словно нарисованными волшебными красками образы параллельного мира… До сих пор я никогда в своей жизни не видела ни оленей, ни даже тумана! Эта невероятная картина буквально заворожила меня: я дышала через раз, боялась пошевелиться и в итоге стать причиной развеивания этой сказки. Представляю, какие эмоции испытали бы Октавия с Эсфирой, увидь они нечто подобное! Интересно, Берд когда-нибудь видел что-то хотя бы отдалённо напоминающее такую фантастику? А мама?.. Арден, Арлен и Гея точно не видели, но если бы увидели… Ох уж это “если бы”. Я бы ни за что не захотела увидеть кого-то из дорогих мне людей в Ристалище. Хотя, если бы речь шла о том, чтобы вернуть их к жизни, но через Ристалище, я бы, конечно, согласилась не раздумывая.
Я не успела додумать мысли о своей семье, как вдруг олени очень резко и все одновременно подняли свои головы. Они к чему-то прислушались… На секунду я испугалась: неужели распознали моё присутствие? Но они ведь травоядные, а значит, не нападут –
