и гиену из зданий, спешили захлопнуть окна и отойти поглубже в квартиру. Возможно, если бы здесь был репортер, побывавший в горячих точках, он бы последовал за гиеной, но остальные люди к таким поступкам не привыкли и хотели жить.
Я петлял из стороны в сторону, уклонялся от прыжков чудовища, которое ярилось все больше, и продолжал бежать. Наконец добрался до строительной площадки. Девчонку я закинул в окно недостроя, ничуть не заботясь о ее приземлении, а сам развернулся к монстру.
У меня при себе не было никакого оружия, кроме недоделанного ножа, который сегодня нужно еще донести до кузнеца. На территории хватало всякого хлама, еще не растащенного жильцами деревянных домов, но оружия среди него не было, увы. Я щелчком пальцев призвал шкатулку, достал оттуда недоделанный нож, держа за хвостовик, и развернулся к гиене. Та рычала, скаля желтые клыки, по которым стекала пена. Глаза — сощуренные и совершенно бешенные.
Кошмар напоминал монстров с островов, но совсем не походила на высокоранговых. Чем опаснее монстр, тем сложнее его убить: появляется чешуйчатая шкура, потрясающая скорость, ядовитые плевки. Гиена же была быстрой, сильной, но слабенькой в плане защиты. Думаю, в мире островов такие твари выживают за счет охоты стаями.
Я бросился вперед, крепко сжимая нож. Гиена попыталась увернуться, но моя скорость и точность были на высоте. Напитываю лезвие Ци, проношусь мимо монстра, втыкая нож в заросшее шерстью горло.
Артефакт легко прорезал плоть. Кошмар захрипел от боли, из пасти хлынула кровь. Попытался цапнуть, но я сместился в сторону и ударил снова. Ещё один удар — и ещё один! Кровь хлещет из глубоких ран.
Отскакиваю в сторону, но гиена уже умирает. Монстр зашатался и упал, из распахнутой пасти хлынула кровь.
Теперь мне нужно избавиться от туши.
Я снял бинт и использовал Ци, скрываясь под незаметностью. Осмотрелся, удостоверился, что за мной не наблюдают, а девчонки нигде не видно, и щелкнул пальцами. На ладони снова возникла шкатулка.
Я удостоверился, что крови и ран на моей левой руке нет (правая была залита кровью так, будто я ее по локоть в гиену засовывал), достал семечко орса и уронил на рану. Семечку понадобилось семь минут, чтобы полностью переработать огромное тело. Все это время я жарился на солнце и мечтал скорее вернуться домой и помыться.
Как только орс сформировался, я закинул его в шкатулку, а ту закрыл и понес в руках.
Я дошел до дома, но возле подъезда ко мне вернулась моя подруга-паранойя. Я огляделся, попытался почувствовать, есть ли здесь кто-нибудь посторонний, но все было в порядке. Тихо, солнечно и безлюдно.
Я приложил к датчику домофона ключ, открыл дверь и юркнул внутрь. Закрыл за собой, до последнего глядя в щель — не метнется ли к подъезду чужая тень, не почувствую ли я внимание назойливой девчонки. Да, я дошел сюда под незаметностью, но даже так не был уверен, что Анжела не вела меня всю дорогу. Если я ее видел и чувствовал, может, это и в другую сторону работает.
В первую очередь достал добытый орс. Артефакт, полученный от монстра в реальности, не отличался от такового в мире островов. Я проглотил теплый шарик, запив глотком воды. По телу пронеслась горячая волна, как от укола магния. С новыми силами заколотилось сердце, каждая мышца налилась энергией. В общем, произошло то же самое, что случалось со мной от принятых орсов и прежде. Разве что теперь я усилил мое настоящее тело, а не копию в другом мире.
Затем я принял душ, смывая с себя кровь, а потом долго лежал в ванне, копаясь в телефоне. И чем дольше я читал новости, тем больше уверялся в том, что даже если бы я не уничтожил труп гиены, меня вряд ли стали бы искать.
Красноярск лихорадило еще сильнее, чем прежде. В соцсетях появились десятки видео с гигантскими монстрами, бегающими по городским улицам. С гиеной я справился, да и жертв не было, но громадный крокодил, появившийся на городской площади, сожрал троих человек, прежде чем остальные разбежались. Кстати, монстра упустили, и теперь искали всем городом. Ставлю свой бинт, что чешуйчатый добрался до реки и кайфует на дне, под толщей воды, куда не достает жаркое июльское солнце.
Кузнечика размером с ГАЗель расстреляли из автоматов ППС-ники. С этого подвига прошел всего час, но у героев уже успели взять интервью, и ролик их короткого боя уже попал в экстренные вести. Не удивлюсь, если их еще к какой-нибудь награде приставят.
Я добавил себе горячей воды, но не слишком помогло. Несмотря на то, что в ванне было тепло и уютно, на грудь давила ледяная лапа тревоги. Появляющиеся на улицах монстры — это не мирно спящие в больницах люди, это действительно серьезная проблема.
Как это отразится на городе? Думаю, сегодня с Красноярска начнут бежать самые отчаянные скептики. Вон, на каком-то сайте нашел статистику: за последний месяц из города уехали около двухсот тысяч человек. Не знаю, насколько правдива эта статистика, но с сегодняшнего дня цифры каждые сутки начнут только расти.
Я не выходил из дома до самой ночи. Запустил GreedFall, завершил пару миссий, получил уровень, но тревога никуда не пропала.
Уже перед сном, вновь просматривая последние новости, я наткнулся на короткий ролик, который заставил меня сжать кулаки.
Президент выразил обеспокоенность ситуацией в городе. Так как увеличение патрулей не дало результата, пришло время «решительных мер». С этого дня в городе объявлен режим чрезвычайной ситуации.
Жителям Красноярска рекомендовано покинуть город. Им будут выделять жилье в других городах по специальной государственной программе.
Дело это хорошее, на первый взгляд. Только я видел в этом нехороший для себя умысел. Пока жителей манят сладкой морковкой, все прекрасно. Только чем начнут манить потом, когда население в городе изрядно уменьшится, и можно будет не улыбаться и не предлагать квартиры?
Такой лакомый кусок, как дверь в другой мир с необычными и весьма полезными ресурсами, не упустит ни одно государство. Думаю, ладони нашего президента туда едва ли не сами потянутся, тут и предполагать не нужно. Комендантские часы будут ужесточать, обяжут всех носить при себе документы, начнут ходить с рейдами по многоэтажкам, ограничат ввоз продуктов питания в центральные универмаги. Народ бунтовать станет, но вяло: здесь условия будут отвратными, а вне города жителям предложат квартиры, стабильность. Другое дело, что наш брат-искатель уезжать никуда не захочет. И каждого из нас найдут, большую часть — ночью. Вычислят, закуют в наручники, и
