— Стоять! Посторонним лицам, согласно приказу его величества, вход воспрещен! — сказал один из них, по-видимому капитан, и преградил путь нашим героям копьем.
— При всем уважении, мы не посторонние лица, а важные персоны, у которых, поверьте, в совете есть достойное место, — ответил дракон.
— Ну-ну, — ответил стражник, ухмыляясь, — ещё скажи, что ты Хранитель Добра!
— Да, я Хранитель Добра, — ответил дракон.
— Ха! Насколько мне известно, Хранитель Добра является драконом!
В этот момент их собеседник, приняв настоящий облик, привел самый убедительный аргумент в свою пользу, развеяв все сомнения на счет подлинности его должности.
— Прошу прощения за неясность, ваше Благодеятельство, не признали, — ответил стражник, пребывая в некотором шоке. — Милости просим!
— Ничего, — ответил дракон, превратившись обратно в человека, — всё бывает, только в следующий раз готовьтесь к совету тщательней, узнавая списки советников заранее.
Затем, улыбнувшись, он пошел вперед. За ним следом последовали Кулиэль и Элендил. Проходя по парадной, наши герои созерцали произведения различных видов искусства: от строгого и каноничного классицизма до вычурного и причудливого барокко. Ковровая дорожка, сшитая из шерсти барука, была уложена по мраморному полу вплоть до лестницы. Всюду стояла стража, которая в любой момент готова была защитить членов совета. Все это несколько напрягало Кулиэля, который отродясь не бывал в таких роскошных местах. Живший на окраине города, он никогда не видел такого богатого убранства, как в этом дворце. Он чувствовал себя, словно в сказке.
Поднявшись на последний этаж, друзья вышли в длинный коридор, в конце которого была дверь в зал заседаний. По голосам из зала было слышно, что заседание уже шло в самом разгаре. Подойдя к дверям, дракон сказал:
— Так, вот мы и на месте. Волнуетесь?
— Еще бы! — ответил Кулиэль. — Я первый раз в королевском замке и уж тем более во дворце короля.
— Мало того, у меня есть небольшие долги перед государством! — сказал Элендил. — Что я скажу князю? Как я ему в глаза смотреть буду?
— Налоги-самое меньшее, что их сейчас волнует, поверь мне, — сказал дракон, пытаясь успокоить эльфа. — Просто идите за мной: они не кусаются.
Открыв дверь, дракон усомнился в своем предположении о не наличии зубов у членов совета, так как вместо цивилизованной беседы он увидел просто диспут, не иначе. Эльфийский князь спокойно выслушивал оскорбительные речи от представителя орочьего королевства, который был явно чем-то не доволен. Его величество Пендрагон II пребывал в относительном спокойствии и даже пытался успокоить собравшихся, однако все его усилия были напрасными.
Увидев все это, друзья, стоявшие в дверях, просто были ошеломлены таким бардаком, творившимся в цивилизованном собрании.
— И что, так всегда? — спросил дракона Кулиэль.
— Поверь, раньше было намного хуже, — ответил тот, облокотившись на дверь. — Что ж, надо действовать: эй, вы, представители цивилизованного общества, вы обратите когда-нибудь на нас внимание, или все-таки продолжите ругаться друг с другом?
Наступила тишина. Все обернулись на наших героев. Первым отозвался правитель людей, его величество Пендрагон:
— При всем моем уважении позвольте спросить: кто вы и как вы сюда попали?
— Я Хранитель Добра, а это мои спутники, — ответил дракон, поприветствовав членов совета поклоном.
— Хранитель Добра?! — переспросил с удивлением гном. — Пфф! Насколько мне известно его уже нет в живых.
— Да, действительно, что за вздор! Он не появлялся уже более 100 лет! — подметил эльфийский князь.
— И еще одно: Хранитель Добра, как нам всем известно, был драконом, причем ледяным драконом! Я не вижу на тебе чешуи, крыльев, зубов, когтей-их нет.
— При всем моем уважении к вам, ваше величество, я и есть тот самый ледяной дракон.
— Тогда докажи нам это, — сказал гном.
— Хорошо, — сказал дракон, и через мгновение он стоял перед членами совета в своем настоящем обличии.
— Зевс милосердный! — воскликнул гном. — Мы думали ты погиб!
— Как видите, нет, — ответил дракон спокойным тоном.
— Что ж, Хранитель Добра, мы готовы выслушать твое мнение, — сказал орочий вождь. — Что ты предлагаешь?
— Я предлагаю поговорить с богами и разузнать, чего они от нас хотят. Так мы избежим бессмысленных жертв.
— Они все равно не станут нас слушать! — сказал гном. — Кто мы, а кто они! Да они нас как букашек раздавят!
— Но если мы ничего не предпримем, неизвестно что нас ждет, — сказал Пендрагон. — Мы не можем рисковать миром только из-за простых доводов. Мы должны поговорить с ними!
— Каким образом? Мы же не умеем их вызывать! — сказал эльфийский князь.
— А вам и не придется, — послышался чей-то гробовой, мертвый голос.
Все обернулись и перед ними предстал Аид. Он был в образе немощного старика с бледным лицом и морщинами под глазами. Он был костляв настолько, что кожа буквально свисала с его костей. Его глаза не отражали ничего, кроме пустоты, а седые волосы его еще больше внушали страх самой смерти. Одет он был в черный балахон, в руке он держал старую корягу, чем-то напоминавшую посох.
— Кто ты? — спросил орочий вождь.
— Хе-хе! — ухмыльнулся Аид, — Какой глупый вопрос! И все же я тебе на него отвечу. Я тот, кто вынужден выполнять самую тягостную работу среди трех братьев, тот, кому не досталось того самого лакомого кусочка любви от людей, в отличие от моих двух братьев, которые только и купаются в лучах славы, пока их брат сортирует мертвечину!
— Аид… — пробормотал Элендил.
— А я уж думал вы не догадаетесь, — сказал Аид своим замогильным голосом с долей сарказма. — Итак, зачем же я, великий бог смерти, удостоил себя посетить этот прогнивший мир лжи и войн? По правде сказать, я с братьями решил, что слишком уж вы стали заносчивыми и перестали нас бояться и поклоняться нам. Следовательно, мы стали терять нашу силу. И вы, жалкие твари, этому причина.
— Да как ты смеешь нас унижать! — воскликнул эльф. — Если ты не прекратишь, мы…
В этот момент Аид появился прямо перед ним. Эльф сразу остолбенел и замолк. Он не мог пошевелить ни одним мускулом в своем теле.
— А ты я вижу смелый, раз посмел перечить самому богу смерти, — спокойно сказал Аид, взяв эльфа за горло. — Сколько там эльфы живут-лет 100–120? Хм, давай-ка сократим твои годы жизни лет на 300. Превратившись в прах, ты вряд ли будешь мне перечить. Итак…
— Стой! — прервал Аида чей-то голос.
Он отпустил эльфа и с интересом повернул голову туда, откуда донесся голос, чтобы увидеть того смельчака, кто так дерзко прервал его обряд. Перед ним стоял дракон, который своим взглядом пронзал бога смерти.
