Читаем без скачивания Птица высокого полета - Анна Карлссон

встречу. Простившись, они снова вернулись в машину, позволив побыть им с Верой наедине. Они отошли к реке, где стояли обнявшись, не проронив ни слова. Она не могла унять дрожь. Может, от ночной прохлады или пережитого волнения, возможно, от предчувствия скорой разлуки.

— Ты знаешь, почему мне так нравятся черные аисты? — неожиданно спросил Бенгт.

— Наверное потому, что это красивые и очень редкие птицы.

— Они поражают меня своей верностью. Создают пары один раз на всю жизнь.

— Люди, к сожалению, другие. Такое понятие как верность им мало знакомо.

— Ведь мы с тобой не такие, правда? — Бенгт посмотрел Вере в глаза. — Мы будем как пара черных аистов, которые встречаются на земле крайне редко.

Сидя в машине, Вера смотрела через заднее окно на темный силуэт человека, который был виден до тех пор, пока машина не скрылась за поворотом.

Людмила болтала с Барсуковым. Вера закрыла глаза, сделав вид, что спит, не желая вступать в беседу. Ее рука все еще чувствовала его тепло, а в голове звучал голос. Она не знала, что делать: поверить и еще раз позволить сердцу полюбить, рискуя быть обманутой, или постараться все забыть, включая нового знакомого — любителя птиц. Предстоит сделать непростой выбор. Немного поразмыслив, она решила переложить всю ответственность за принятие решения на время, которое очень скоро все расставит по своим местам.

Возможно, возвратившись в Швецию, профессор погрузится в свои дела и благополучно забудет о черном аисте и о ней. Или самой не захочется вспоминать о том, что произошло.

«Пусть все рассудит время», — подумала Вера, сразу почувствовав облегчение от того, что не нужно принимать никаких решений.

Машина, слегка покачиваясь, бежала по дороге, а Веру сон уносил в какую-то волшебную страну, где она никогда не была раньше.

Видела себя на острове, где все вокруг было завалено камнями, какие обычно покрывают морские берега. Вера шла, сбивая в кровь босые ноги. Каждый шаг давался с большим трудом, отнимая все больше сил. Когда силы совсем покинули, она в отчаянии опустилась на землю, понимая, что обречена. В ярко-синем небе увидела маленькую точку, которая быстро приближалась, и вскоре можно было без труда разглядеть большую птицу, которая, кружась, опускалась все ниже. Птица оказалась рядом с Верой, и она узнала в ней черного аиста. Аист наклонил голову с длинным красным клювом и начал толкать ее, сначала легонько, а потом все сильнее и сильнее, повторяя при этом:

— Вставай, соня, приехали.

Вера открыла глаза и некоторое время не могла понять, где находится и куда подевался аист. Рядом сестра, которая продолжала трясти за плечо. Поняла, что сидит в машине в знакомом дворе.

— Потерев сонные глаза, почувствовала, что лицо мокрое.

— Ты что, водой меня поливала? — она хотела возмутиться.

— Ты сама нарыдала целое море слез. Я даже хотела тебя разбудить, но Барсуков не позволил. Сказал, что так из тебя стресс выходит.

* * *

Приятно оказаться дома. Каждый день возвращаясь, не замечаешь, как все вокруг замечательно, не можешь оценить, насколько все это тебе дорого. Вера с любовью и нежностью посмотрела на свои окна на седьмом этаже, глубоко вздохнув.

— Ты заметила, какой тут удивительный воздух, непохожий ни на какой другой.

— Можно подумать, что мы не меньше года были где-нибудь в Африке. Пошли, нужно Барсукову помочь, а то он как африканский слон таскает наши чемоданы, пока ты ностальгируешь.

Заглянув в багажник и не увидев там ни единой сумки, женщины вздохнули с облегчением, поняв, что весь багаж благополучно перекочевал в квартиру.

Из подъезда показался Вадим Петрович. Вернул ключи от квартиры, пообещав, что завтра пригонит машину. Людмила попыталась пригласить на чай, но он вежливо отказался, сославшись на занятость. Прекрасно понимал, что его не отпустят без подробного рассказа, поэтому предпочел отказаться.

Вере показалось, что она целую вечность не была дома. Ходила по квартире, рассматривая милые сердцу вещички, расставленные по углам и полочкам. Плюхнулась на любимый и самый удобный в мире диван и из груди вырвался вздох облегчения.

— Как же хорошо вернуться домой!

— Я не помню, когда была дома, тоже скучаю, между прочим. Решено, завтра возвращаюсь! — заявила Людмила.

— Неужели весь этот кошмар закончился, и мы можем жить спокойно? — Вера пыталась осознать, что опасность осталась в прошлом.

* * *

Весь следующий день был посвящен великому переселению. Людмила упаковывала свои вещи, а после обеда молодой лейтенант пригнал машину.

Оставалось только загрузить чемоданы и доставить Людмилу по месту прописки, чем сестры и занимались.

Постепенно жизнь вошла в привычное русло. Людмила вышла на работу и иногда звонила сестре по утрам, чтобы поговорить о разных женских мелочах. Вера связалась с Сивцовым, и он сообщил, что скоро всем предстоит большая работа. Его знакомую поэтессу в последнее время Муза посещала настолько часто, что можно будет издать сборник стихов. Гуляя вместе по лесным тропам, они черпают вдохновение в природной красоте. Про вдохновение Раечки было более-менее понятно, а вот какое вдохновение начерпал директор, оставалось загадкой. Владимир Сергеевич предложил Вере заняться оформлением книги молодого дарования. Та поспешила обрадовать, что преступник, наконец, пойман, и он может спокойно вернуться домой. Сивцов сообщил, что к нему в деревню уже наведывался старший следователь, было это почти сразу после того, как он заселился в дом Вериной бабушки. Обещал Барсукову не покидать дом. Теперь, когда все выяснилось, планировал вернуться в город на следующей неделе, намекнув, что, скорее всего, приедет не один. Молодое дарование, помимо поэтического таланта, обладало завидной прытью и дальновидностью. Хотя, возможно, это действительно было большое и светлое чувство…

Барсуков объявился только через неделю. Позвонил Людмиле и под предлогом того, что может кое-что рассказать, напросился на ужин, намекнув, что тарелка горячего домашнего борща со сметаной была бы для него лучшей наградой. Людмила тут же сообщила сестре, чтобы обрадовать ее предстоящей приятной встречей и возможностью блеснуть кулинарным талантом.

Людмила явилась к Вере в субботу с самого утра.

— Можешь научить меня готовить такой борщ? — спросила она у сестры, надеясь, что та не откажет.

Вера усмехнулась, сообразив, для чего это вдруг понадобилось сестре.

— Понятно… Решила подобраться поближе к сердцу через желудок?

— Это сердце я практически покорила. Мне хочется сделать для него что-нибудь приятное.

Ужин был готов. Людмила расставляла тарелки на обеденном столе, когда раздался звонок в дверь. На пороге с букетом цветов и большой коробкой шоколадных конфет стоял Барсуков. Вручив принесенные подарки, он прошел на кухню и уселся за стол, в ожидании ужина.

Ел Вадим