Читаем без скачивания Ночная жизнь моей свекрови - Дарья Донцова

Марфа Матвеевна не имела психологического образования, но она мигом поняла, что случилось. Яков Сергеевич долго держал стресс внутри. Теперь его мозг не выдержал, Баринов помутился рассудком, он забыл про смерть своей семьи.

Ситуация явно вырвалась из-под контроля. Отправить Якова в психиатрическую клинику Марфа не могла. Психиатр непременно докопается до истины, разузнает про «Стрик», и тщательно похороненная тайна вылезет наружу.

Лизорук несколько дней пыталась образумить Якова, но ей не хватало опыта. Не всякий психотерапевт возьмется за подобного клиента.

Терять созданные огромным трудом медцентр и клуб «Больница» Марфа не хотела. И ей в голову пришла мысль: не надо ссориться с обезумевшим Бариновым. Следует ему подыграть.

Лизорук клялась нам, что встреча с Аней Волынкиной произошла случайно. Якобы первого июля та заходила в клинику, и Марфа Матвеевна, столкнувшись с ней, подумала: «Надо же, как она похожа на Злату», – и тут же забыла. А через неделю, озабоченная состоянием Баринова, она вспомнила о ней, нашла в регистратуре координаты Ани, позвонила ей и сказала: «Давайте встретимся. Я хочу предложить вам хороший заработок. Мы начинаем рекламную кампанию клиники, вы не откажетесь сняться на билборд за отличный гонорар? Только никому не рассказывайте. Это коммерческая тайна».

Волынкина пришла в восторг: «С огромной радостью. Не волнуйтесь, я не разболтаю даже мужу, он мне жуть как надоел, собираюсь разводиться. Но сегодня я не могу!» – «Завтра, рано утром, крайний срок, – отрезала Марфа, – я приеду за вами, ну, допустим, на рынок. Тот, что у метро. Если не хотите получить пятьдесят тысяч евро, не приходите, найду другую пациентку для участия в рекламе».

Услыхав про сумму, Волынкина поспешила на базар. Она намеревалась скоро вернуться домой, поэтому написала мужу записку про творог. Рынок – идеальное место для похищения: никто не обратил внимания на двух женщин, которые, мирно беседуя, сели в машину.

Поздним вечером Марфа Матвеевна разбудила одурманенного снотворным Якова Сергеевича и показала ему Аню, спавшую в постели. «Сегодня одиннадцатое июля, – сказала она. – Десятого Злате было очень плохо, но сейчас опасность миновала. Скоро твоя жена станет прежней».

– И Баринов «узнал» супругу? – недоверчиво спросила я. – Волынкина похожа на Злату, но копией ее назвать трудно.

Лизорук неожиданно засмеялась:

– Яша был не в себе. Он очень хотел увидеть Злату – и увидел ее! Человек способен убедить себя в чем угодно. Неужели вы ни разу не слышали рассказов верующих людей об их встречах с Девой Марией? А неграмотные деревенские бабы, которые общаются с лешими и домовыми? Некоторые вдовы утверждают, что к ним по ночам приходит призрак мужа. Вспомните книгу про Карлсона. В ней очень четко описана психологическая патология Малыша, страдающего от одиночества и непонимания. С кем он подружился? Со смешным человечком, которого никто, кроме самого Малыша, не видел. Но для мальчика он был реальностью. Случай с Бариновым совсем не уникален.

– Ладно, – кивнул Мартынов, – хорошо. У Баринова слегка поехала крыша, он считал Волынкину Златой, позабыл внешность жены, хотел видеть ее живой. Но, простите, интимные отношения? У каждой пары свои привычки. Неужели даже в постели Яков Сергеевич не сообразил: тело-то иное! Я в свое время познакомился с девушкой, мы мило проводили время вместе. Однажды в спальне меня словно водой окатили: это не она! Смотрю в лицо – Таня, обнимаю, глажу – другая женщина. И что выяснилось? Сестра у моей любовницы есть, двойняшка, они мужчин дурили, но, несмотря на полнейшее внешнее сходство, я просек обман.

Марфа Матвеевна склонила голову:

– Конечно, секс очень важен. Яков мог заподозрить неладное, и я его предупредила: Злата после тяжелой болезни должна долго приходить в норму. Не стоит торопиться с интимными отношениями.

– Заботливый муж послушался врача, – кивнул Макс, – Волынкина была одурманена лекарствами, вы ее сломали. В конце концов Аня, как и Галя Вербова, стала осознавать себя Златой.

– Возможности фармакологии бесконечны, – ответила Лизорук, – поверьте, если вам ежедневно давать коктейль из проморпола, андитата и наркона[21], то через пару недель вы назовете себя Наполеоном, Юрием Гагариным или соседкой тетей Мотей. Аня Волынкина превратилась в Злату. Как у них там с Яшей получалось с сексом, он не рассказывал, но спать вместе они начали через год совместной жизни.

– А пятнадцатого июля, в день кончины Насти, вы привезли Ванду Плес, которую в недобрый час привели в клинику лечить прикус? – спросил Леня. – Думаю, девочку тоже подобрали по картотеке пациентов? Но зачем вы их убивали? Яков Сергеевич имел семью, «жена» и «дочь» шума не поднимали.

– Им приходилось постоянно принимать лекарства, – быстро нашла ответ Лизорук, – они сами умирали!

– Весьма удачно отправлялись на тот свет по определенным числам, – поморщился Макс, – в июле месяце. Странное совпадение.

Я подняла взгляд на Марфу Матвеевну:

– Женщины старели, да? Человеку свойственно меняться с годами, с течением времени никто не молодеет. Но, если учесть, что Аня Волынкина и Лора Фейн сидели взаперти на тяжелых препаратах, предполагаю, что у них день шел за месяц. Появились морщины, изменился цвет кожи, вероятно, стала пробиваться седина. А Якову Сергеевичу нужна была его Злата, молодая, интересная женщина. Ведь так?

Марфа Матвеевна сделала вид, что ничего не слышит. Но я упорно продолжала:

– А девочки стремительно росли. Баринов психически больной человек, он хотел вернуть свою семью, ему требовались тридцатипятилетняя Злата и Настя, которой исполнилось девять лет. Логичные доводы – жизнь течет, супруга стареет, а дочь превращается в юную девушку – на него не действовали. Якову Сергеевичу требовалась законсервированная ситуация. И вы это поняли, да? Поэтому и подыскивали замену жене с дочкой. Девочки растут быстро, за два года Ванда Плес и Таня Косых вытянулись, им исполнилось одиннадцать. Ваня Реутова развивалась стремительней, вот почему Галя Вербова понадобилась через год. Полагаю, какое-то время вы жили спокойно, потом понимали: необходимо организовать новую семью. Далеко за кандидатурами не бегали. Лора Фейн посещала медцентр, Лариса Ерофеева стриглась у своей подруги в салоне, там же обреталась маленькая капризница Галочка Вербова. Все девочки вас знали и спокойно садились в машину. Уж не знаю, под каким предлогом вы их туда заманивали, ну да это и неважно. Кстати, Таня Косых! Где вы подобрали ее?

Марфа Матвеевна поправила воротник элегантной светло-бежевой блузки.

– Мы случайно столкнулись на пороге магазина. Девочка выглядела несчастной, голодной, плохо одетой. Я пообещала ей обед в кафе и не обманула. Видите, я абсолютно откровенна, ни капли не утаиваю. Я поступила благородно, устроив Татьяну в отличные условия, она получила просторную комнату, игрушки, полноценное питание, любящего отца. Правда, Интернета и телевидения не было, зато работал DVD-проигрыватель с мультиками. Что еще надо ребенку?

– Только избежать смерти, – не выдержал Леонид, – или вы надеялись, что опербригада не обнаружит сарай у дома Баринова? Там целый арсенал инструментов, которыми пользуются хирурги. Вам, дипломированному врачу, ничего не стоило лишить тела рук и головы, а потом вывезти их туда, где «Лору» и «Ерофееву» найдут. И как вам, не очень крупной даме, удавалось справиться с перетаскиванием трупов?

Марфа Матвеевна посмотрела на адвоката, тот кивнул.

– Есть разные примитивные приспособления, – объяснила Лизорук, – в Европе почти все машины «Скорой помощи» ими оборудованы. У нас работают по старинке, вталкивают носилки с больным в минивэн вручную. Но можно поступить проще. Подсовываете под труп особый поддон, прикрепляете его к механизму, напоминающему лебедку, устанавливаете рельсы и просто крутите ручку. Груз сам вползает в салон. У меня большой джип, если сложить заднее сиденье, то проблем не будет. Спуск осуществляется так же, как подъем. А девочек я в кресле-каталке к месту захоронения отвозила. Видите, я ничего не скрываю, не вру. Сделайте экспертизу и поймете: я их не убивала, они умерли сами, ушли тихо, под воздействием лекарств. Но, поверьте, и Аня, и Лора были счастливы, не говоря уж о детях!

– Женщин вы переодевали, хотели, чтобы их поиски прекратили, почему же не тронули девочек? – тихо спросил Леня. – Не воспользовались той же методикой, а подбрасывали только одежду?

Марфа Матвеевна с укоризной посмотрела на Мартынова:

– Что вы такое говорите? Это же дети! Их следовало упокоить с миром, без каких-либо повреждений. Я, по-вашему, чудовище, способное изувечить мертвую девочку? Я старалась их похоронить достойно, в красивых платьях! Кстати, об окровавленной одежде! Не подумайте, что я ранила малышек. Просто пару дней кряду брала у них немного крови, безопасную для здоровья дозу, и выливала на одежду. Понимаете? Я люблю детей!