– Хорошо. – Казалось, Андреа наконец поверила в серьезность ситуации.
На ее лице теперь читалась только тревога.
– Если ты сможешь изменить внешность, это тоже будет полезно. Может, придется убрать с лица косметику и купить шляпку. Словом, сделай что-то в этом роде.
– Поняла.
– Здесь не найдется пиджака, который я смог бы одолжить?
Он не мог позволить, чтобы Доминик или его сообщники поймали его до того, как он установит истину.
– Пойдем. – Андреа провела его в комнату, смежную с помещением для персонала. Она была похожа на склад, где грудами лежала одежда. – Все это бракованные вещи, которые по разным причинам мы возвращаем поставщикам. Бери то, что нужно.
– Отлично! Спасибо. Увидимся через десять минут.
Он посмотрел на кипу одежды, пытаясь найти что-нибудь подходящее по размеру, способное изменить и его внешность. Выбрал чуть великоватый тонкий свитер и легкие брюки, быстро переоделся, захватил кепку и отправился купить Андреа новый телефон. Эдриан надеялся, что принятые меры уберегут их всех от опасности.
Глава 60
Эдриан достал телефоны из упаковок и включил оба. К счастью, в наши дни они снабжены заранее установленными аккумуляторами и не нуждаются в немедленной зарядке. Ими сразу можно пользоваться. Он помнил времена, когда приходилось чуть ли не шестнадцать часов заряжать устройства. Первым делом он внес свой новый номер в мобильник, купленный для Андреа, и положил на его счет двадцать фунтов, чтобы с лихвой хватило на несколько дней. Эдриан от души надеялся, что она прониклась серьезностью ситуации. Что не свяжется с Домиником. Надеялся, что она поверила ему.
Когда Андреа пришла, на ней были джинсы и свитер, то есть одежда, которую он никогда не видел на ней прежде. Пока они жили вместе, она даже дома облачалась так, словно вот-вот отправится на деловую встречу. Это послужило первым сигналом, что Андреа не останется с ним навеки. Теперь же волосы ее были распущены и повязаны цветастой лентой, а глаза прикрывали большие солнцезащитные очки в белой оправе. Он бы точно не узнал ее в таком виде, если бы встретил на улице, но непременно обратил бы внимание – она и в таком облачении выглядела неотразимо привлекательной. На плече у нее висел ремень виниловой дорожной сумки.
– Что ты собираешься делать сейчас? – спросила она.
– Я должен остановить его. Вы с Томом пока в опасности. Я обязан добыть решающую улику, чтобы покончить с этим раз и навсегда. Но сначала необходимо разобраться в сути дела.
Она открыла сумочку, достала пачку двадцаток и отдала Эдриану.
– Ты уверена, что можешь себе позволить такую щедрость?
– Это всего лишь деньги, – сказала она тоном очень обеспеченного человека, у которого нет финансовых проблем.
– А у тебя осталось достаточно?
– У меня еще целых восемь штук.
Эдриан вручил ей новый телефон.
– Ты связалась со школой Тома?
– Да, с телефона на работе. Я встречу его на автобусной остановке, когда он приедет в центр. Мне показалось, что так безопаснее. Сказала ему быть осторожным. Передала все, что ты говорил о Доминике.
– Ты прекрасно со всем справилась. – Он положил ладонь на ее затылок и поцеловал в лоб. – Пора идти.
– Что будет с тобой, Эдриан? У тебя крупные неприятности?
– Нет, все хорошо. У меня нет никаких проблем, уверяю тебя. Я просто какое-то время тоже постараюсь не высовываться, – сказал он. – Дай мне свой прежний телефон.
Андреа порылась в сумочке и достала из нее телефон.
– В нем много хороших фотографий.
Он сбросил фото на вставную карту памяти, потом разобрал телефон, вынув карту и отдал ее Андреа, а остальное бросил в урну.
– Храни тебя бог, – напутствовал Эдриан.
Свой телефон он сунул в карман и отправился в путь через весь город, стараясь сохранять спокойствие. Никто не узнавал его. Он тоже надел солнцезащитные очки, джинсовую куртку и бежевые брюки, чего никогда прежде не носил. Пока он мог только строить предположения. Если у Доминика действительно есть человек в полиции, они знают о его побеге и уже ищут его.
* * *
Хотя о еде совсем не хотелось думать, Эдриан все-таки зашел в супермаркет и купил провизию про запас: продукты и напитки на два дня. Он знал об одном месте, которое наверняка сейчас пустовало. Это не совсем обычное укрытие, но выбор у него небольшой. Нужно оставаться на свободе достаточно долго, чтобы узнать, как и почему погибла Люси.
Люси. Пока мысли вращались вокруг ее имени, у Эдриана перехватывало дыхание. Он старался избавиться от них. Такие раздумья сейчас лишь мешали. Он вышел на соборную площадь. Встал на самом краю и спрятался за фонарным столбом, дожидаясь закрытия магазинов, но стараясь при этом не выглядеть подозрительно. Большинство людей шли мимо, либо уткнувшись в мобильные телефоны, либо увлеченно разговаривая со спутниками. Когда последний лавочник запер дверь и удалился, Эдриан положил книгу в пакет из супермаркета и небрежной походкой направился к квартире, которая, как он знал, сейчас пустовала. Он достал коробку металлических скрепок для бумаг. Одно было хорошо в его почти напрочь лишенном моральных устоев родителе: стараясь произвести на сына впечатление, он научил его вскрывать замки самыми простыми предметами. При этом отец любил повторять, что мало найдется в жизни навыков полезнее умения вскрыть чужой замок. Эдриан внезапно осознал, что впервые следует одному из наставлений папаши. Воспоминание даже вызвало теплые чувства, поскольку ему редко удавалось вспомнить об отце хоть что-то хорошее, сейчас эта мысль немного скрасила одиночество Эдриана. Он распрямил две скрепки и сунул в личину замка, вращая импровизированную отмычку, пока не послышался щелчок и замок не перестал сопротивляться.
Эдриан открыл дверь и оглянулся по сторонам прежде чем войти, но никто не смог бы его сейчас увидеть. Последний раз он был в этой квартире, когда она считалась местом преступления. Хозяева не стали срочно продавать ее, она просто пустовала. Все здесь выглядело несколько иначе, чем запомнилось Эдриану, но мебель оставалась на своих местах. Все поверхности успели покрыться толстым слоем пыли. Детектив не посмел войти в спальню, где обнаружили труп. Он снял с дивана пропылившееся покрывало и улегся лицом к окну. Глубоко вздохнув, достал из кармана телефон и набрал номер Андреа.
– Алло! – ответила она после первого же гудка.
– Это я. Том с тобой? У вас все в порядке?
– Да, я встретила его, и у нас все хорошо. Мы сначала проехали на автобусе, а потом сели в поезд и едем сейчас в Торки.
– Помни, что никому нельзя рассказывать, кто вы такие и откуда приехали. Назовитесь придуманными именами. Никаких контактов с Домиником! Что бы ни случилось. Все действительно очень серьезно.
– Вообще-то, я не думаю, что он способен причинить мне боль, – сказала Андреа, и к концу фразы в ее голосе появилась неуверенность.
– Я достоверно знаю, что у него есть пистолет, а потому лучше не рисковать. Могу я поговорить с Томом?
Из трубки донеслось приглушенное шуршание.
– Папа, привет!
– Привет, мальчик мой. У тебя все в порядке? – Эдриан вдруг охрип, услышав голос сына. Понимание, что он не может быть с ними, чтобы защитить, было почти невыносимым после случившегося с Люси.
– Со мной все путем, но я не пойму, что происходит. Это связано с Домиником?
– Да. Тебе поручается проследить, чтобы мама не звонила ему. Ты избавился от мобильника?
– Да.
– Хорошо. Теперь постарайтесь как можно меньше выходить на люди. И никто не должен знать, где вы. Даже твои самые лучшие друзья.
– Ладно, пап, я все понял. – Том недолго помолчал. – Я люблю тебя.
– И я тебя люблю. – Эдриану тоже пришлось взять паузу, чтобы не пустить комок к горлу, подавить его и восстановить спокойствие, и только потом продолжить: – Дай мне еще немного поговорить с мамой.
– Слушаю тебя, Эдриан.
– Не звони никому, кроме меня. Обещай, Андреа.
