Читаем без скачивания Белый гонец - Санин Евгений

            - Какую еще рогатку? – не понял Стас.

            - Ну, а для чего же тогда ты у меня хорошую кожу просил? Самые лучшие лайковые перчатки своей покойной жены тебе ведь отдал!

            - Да нет… Решил, что не стоит… - безо всякого настроения ответил Стас.

            - И правильно! – одобрил Григорий Иванович. Только и его голос был далеко не весел. - Тут, брат Вячеслав, пожалуй, и правда, лучше крючками запасаться, сетями да неводами…

            - Что, так плохи дела?

            - А-а! – глухо отозвался Григорий Иванович и так обреченно махнул рукой, что Стас понял, что дела в Покровке, оказывается, намного хуже, чем даже у него самого…

Глава шестая

  Гнев и милость

1

Купеческий сын с изумлением поглядел на Славку.

Славко, рискуя упасть с головокружительной высоты, что было сил раскачивал ветку сосны. Звенислав, сунув в рот остатки одолень-травы, принялся помогать ему, делая то же самое…

Наконец, хан, пытавшийся хоть что-то понять в неведомых ему русских буквах, таких же странных и непонятных, как и сами русские люди, краем глаза заметил какое-то постороннее движение. Он мгновенно свернул грамоту и подозрительно огляделся вокруг. Лицо его остановилось на высокой сосне…

- Ч-что это? – спросил он Тупларя, который с потерянным видом шел мимо костра, давно потеряв надежду отыскать свою саблю и увидеть рассвет.

- Где, хан? – с готовностью ответить на любой вопрос, выполнить любой приказ, чтобы только заслужить пощаду и живым вернуться домой, воскликнул тот.

- Вон там, на с-сосне? – Белдуз показал рукой на качавшиеся ветки.

- Может быть, это глухари дерутся? – предположил глуповатый половец.

Хан с презрением посмотрел на него и язвительно спросил:

 С каких это пор глухари дерутся не крыльями, а - руками? И кричат по-человеч-чьи?

- Это два русских мальчишки, хан! – едва взглянув на сосну, сразу же определил Узлюк и предложил: - Позволь, я их одной стрелой из лука!

- Нет, после мне свое уменье покажешь! – остановил его хан и, подозвав двух всадников, приказал: - А этих мальчиш-шек привести сюда! Ж-живыми! Вперед!

Половцы стегнули плетками своих коней и помчались к сосне, у которой колыхалась уже вся вершина.

Трудно сказать, как это им удалось, но, больше всего на свете боявшиеся гнева своего хана, они почти мигом привезли перекинутыми через седла двух отроков и поставили их перед ним.

Белдуз внимательно оглядел пленников и строго спросил:

- Кто такие? Откуда? Почему здес-сь? Подслухи Мономаха?

- Как можно, хан?! – Славко преданно уставился на Белдуза и стукнул себя кулаком в грудь. - Я - сын купца. А это мой слуга! Из Переяславля мы! Остановились в пути…

Хан с любопытством посмотрел на говорившего отрока и, меняя тон на вкрадчиво благодушный, продолжил:

- Понимаю. Устали в дороге, вышли из обоз-за… Бедные ребятиш-шки! Играли, значит?

- Да, хан, в лапту! – охотно поддакнул Звенислав.

«Вот, дурень! – ахнул про себя Славко. – Ну, кто тебя просит вперед лезть! Какая может быть игра на месте набега, и кто в лапту на сосне играет?»

- Да не играли мы! – самым убедительным, на какой был способен, тоном, сказал он и, показывая пальцем на Звенислава, пожаловался. - Это все он! Украл у меня златник и бежать! А я - следом! Он в поле, и я в поле! Он на сосну, и я за ним! Прикажи ему, хан, пусть вернет!

Белдуз с еще большим интересом посмотрел на него, и тон его стал почти ласковым:

- Ай-яй-яй! Целый златник украл?

- Да, хан, да!

- И на с-сосну, говориш-шь, вслед за ним полез? А богатый ли у тебя отец?

- Богат, очень богат, хан! – подделываясь под тон Звенислава, стал отчаянно врать Славко. - Тысячи лошадей, собольих шуб больше, чем пальцев у тебя на руках! А дорогих сапог сразу и не сосчитаешь…

«Эх-х! – ахнул про себя теперь уже купеческий сын. - Да разве ж об этом в плену говорят? Теперь он такой выкуп заломит!..»

Но Белдуз и не думал говорить о выкупе. У него была своя мысль. И он с усмешкой спросил Славку:

- И ты при таком богатом отце погнался за две версты из-за какого-то ж-жалкого златника?! Да еще и на сос-сну полез?!

«А хан-то, оказывается, и правда, хитер! Такого так просто не проведешь! – понял Звенислав и мысленно стал умолять. - Ну, Славко, или как там тебя теперь – Златослав, только не молчи, выручай, говори!»

Но Славко и не думал молчать.

Делая вид, что переводит дух, он на самом деле придумал, как ему быть дальше и лукаво усмехнулся:

- Почему из-за одного? Кто тебе сказал, что из-за одного? Я сказал? – и, приблизившись к хану, громко шепнул: - Он у меня десять золотых украл и где-то в лесу спрятал! Верно говорю! Только один у себя оставил, во рту держит! А ну, покажи его хану! – обернувшись к Звениславу, приказал он.

Купеческий сын с изумлением поглядел на Славку, но, вовремя вспомнив свое обещание делать все, что тот скажет, покорно вынул изо рта золотую монету и показал хану.

Тот взял тонкий желтый кружок, вогнутый, как чашечка, осмотрел его со всех сторон и, сам тому удивляясь, задумчиво произнес:

- И, правда, з-златник! Настоящий! Константинопольс-ский!

- Вот видишь! А ты как думал? – делая вид, что обиделся из-за того, что ему не поверили, упрекнул Славко. - Из-за одного златника я и, правда, не стал бы зря ноги бить. А из-за десяти и двух верст пробежать не жалко!

- Хм-мм! – осклабился, соглашаясь, хан. - Я бы, пож-жалуй, и десять верст из-за двух проскакал! Так, значит, золото любиш-шь, купеческий сын?

- А кто его не любит? Конечно!! Меня в честь золота даже и назвали - Златославом!

- Златослав… Златослав… - задумался вслух Белдуз. – Что-то похожее я уже слышал! Но – только не Златослав. То, что касается з-золота, я з-запоминаю навс-сегда! Но что-то уж очень похожее… И сам ты мне, кажется, кого-то напоминаешь… Этот голос и особенно взгляд, который ты так стараешься спрятать за улыбкой! Где я тебя мог видеть?

- Да мало ли, хан… - пожал плечами Славко. - Я же все время при отце, а он вечно в дороге! У одних покупаем, другим продаем! Может, в Корсуне где встречались? Или на пограничном торжище, когда между Русью и Степью мир?

Хан недовольно покосился на него и строго заметил:

- Мира между нами не мож-жет быть ни-ког-да!

- Ну, эти, как их там… - запнулся Славко.

- Перемирия! – подсказал Звенислав.

- Во-во, они самые!

- Мож-жет быть, мож-жет быть… - задумчиво пробормотал хан. - Но с-сдается мне, что я видел тебя куда раньше! Да и лицо твоего слуги мне тож-же совсем недавно знакомо!

- Да будет тебе, хан! – успокаивающе махнул рукой Куман. - Все русские на одно лицо!

- Все – да! – согласился Белдуз. - Но от этих двоих у меня как будто в глазах двоится. Что-то у них не так!

- Тебе всё не так, хан! Всем ты не веришь!

- Я даже с-самому с-себе не верю!

- И правильно делаешь, хан! – вмешался в беседу Белдуза со старым половцем Узлюк и с готовностью показал на свой лук: - Позволь, я их обоих одной стрелою!

Хан недовольно посмотрел на него и проворчал:

- Тебе бы все стрелой, да стрелой! Сама судьба, каж-жется, посылает нам счастливый случай узнать, что в этой грамоте! А заодно и этих проверить! Так ты, говоришь, Златослав – купечес-ский сын?

- Да! – с готовностью подтвердил Славко.

- С-стало быть, ты и с-считать умеешь?

- Конечно!

- Ну, так считай!

- А ты дай мне мои златники, я и посчитаю!

- Ишь, чего захотел! – зажал монету в кулак Белдуз. – Золото вс-се считать умеют! Ты так считай!

- Просто так не интересно, но так уж и быть!..

И Славко быстрой скороговоркой, чтобы его не уличили в том, что он почти не умеет считать дальше десяти, затараторил:

- Раз, два, три, шесть, десять, двадцать, двадцать девять, двадцать десять…

- Хорош-шо! – остановил его хан. - И… читать можеш-шь?

- Конечно! А тебе что, надо что-то прочитать?

- Надо-надо!

«Ну, вот! Молодец Славко, - торжествуя, подумал Звенислав. - Сейчас хан даст ему грамоту, и, как только она окажется в наших руках…»

Но Белдуз неожиданно для него, вместо вожделенной грамоты, принес от костра свою новую плеть и протянул ее Славке со словами:

- Оч-чень хорошо! Тогда – пиш-ши!

Славко тоже растерялся не меньше Звенислава. Но быстро взял себя в руки и с деланным сожалением сказал:

- Но, хан, чем и на чём? Кабы я знал, то прихватил бы с собой калам и чернила или на худой конец писало с куском бересты… А так…

- А так - вот тебе моя плетка… - оборвал его хан и, рассеянно пробормотав: «Где ж я тебя все-таки видел?..» - приказал: - Пиши рукоятью прямо на снегу!

«А вот об этом мы-то и не подумали! Не успели… Все! Пропали!..» - охнул про себя Звенислав.

Но Славко, как ни в чем не бывало, пожал плечами и, со словами: «Ладно! Плеткой, так плеткой!», уверенно, будто всю жизнь занимался переписыванием книг, вывел на снегу четкие, ровные буквы.

- Вот, - показал он на них Белдузу. - Аз, Буки, Веди… Велишь продолжать, хан?