– Нет! – твердо произнесла миссис Блум. – Он это сделал сознательно.
Рейвенскрофт откашлялся и сказал:
– Я, пожалуй, отнесу свои вещи в карету. – Он подхватил первое, что попало под руку, и поспешил выскочить во двор, даже не взглянув на Венецию.
Миссис Блум пренебрежительно фыркнула.
– Я помогала вашему никчемному братцу из жалости к вам и вашим тяжелым обстоятельствам! Я выручила вас из беды в последний раз, мисс Платт! Отныне можете полагаться только на себя!
– Именно этого я и хочу! У меня есть возможности, их сколько угодно. Мне об этом сказала мисс Уэст.
У Венеции упало сердце. Она и в самом деле так говорила.
Пылающий взор миссис Блум на мгновение остановился на Венеции, после чего пожилая женщина залилась краской.
– Вот и прекрасно! Если мисс Уэст считает, что у вас есть возможности, пусть и опекает вас! Мне больше нет дела ни до вас, ни до вашего брата.
– Хорошо! – сказала мисс Платт, решительно подошла к Венеции и взяла ее за руку: – С этой минуты я компаньонка мисс Уэст! В следующий раз, когда его надо будет вызволить из тюрьмы, я попрошу ее, а не вас помочь ему!
Миссис Блум перекинула шарф через плечо и прошествовала мимо них во двор гостиницы.
– Счастливое избавление! – произнесла мисс Платт, широко улыбаясь. – Мисс Уэст, я полагаю, что теперь поеду вместе с вами.
Она все с той же восторженной улыбкой посмотрела во двор, где Рейвенскрофт давал какие-то указания слуге Тредуэллов.
– Мисс Платт, не знаю, как вам это сказать, но я не нуждаюсь в компаньонке.
Лицо у мисс Платт вытянулось.
– Но ведь вы говорили, что у меня есть возможности, что я не должна мириться с выходками миссис Блум!
– Возможности у вас действительно есть. Но компаньонка мне не нужна.
– О Боже мой! – Тонкие губы мисс Платт начали дрожать. – Что же мне в таком случае делать? Я не могу вернуться к миссис Блум после того, что она мне наговорила.
Старая дева обратила к Венеции умоляющий взгляд.
Венеция почувствовала, что решимость ее поколеблена, и тут же вспомнила слова Грегора о том, что не следует вмешиваться в чужие дела.
– Поезжайте вместе с нами. Я найду для вас место, когда доберемся до Стерлинга.
Мисс Платт благодарно сжала руку Венеции.
– Благодарю вас! Все будет хорошо, надо только подождать!
С этими словами обрадованная мисс Платт чуть ли не бегом побежала вверх по лестнице за своими вещами.
Венеция смотрела ей вслед, чувствуя, как надежды на то, что все уладится, медленно улетучиваются. Господи, что она натворила? Навязала себе мисс Платт, которая будет липнуть к Рейвенскрофту и замучает их всех своей болтовней.
– Вот вы где.
Она обернулась и увидела Грегора. Он стоял рядом с ней и смотрел на баулы и чемоданы, все еще загораживающие выход.
– Господи, Рейвенскрофт! Быть не может, что все это ваше!
Рейвенскрофт, только что вернувшийся со двора, подхватил еще два баула.
– Поскольку я собирался уехать из страны, то взял с собой все вещи. – Он кивком указал на два оставшихся баула: – Если бы вы могли взять вот эти два, я погрузил бы их в одну минуту.
Грегор молча скрестил руки на груди. Рейвенскрофт сказал со вздохом:
– Ладно, это пустяки, не обращайте внимания.
Он вышел и затопал к карете, едва не столкнувшись со сквайром, который вошел в прихожую со словами:
– Вы еще здесь, мисс Уэст, как я рад! Я боялся, что не успею с вами попрощаться.
– Я бы этого не допустила, – беззаботным тоном возразила Венеция, хотя на душе у нее кошки скребли. – Я как раз собиралась сообщить лорду Маклейну, что мисс Платт поедет с нами.
– Вот как? – произнес Грегор весьма неприветливо, чтобы не сказать больше.
Венеция вздернула подбородок.
– Да. Дело в том, что они с миссис Блум решили расстаться.
– Ничего удивительного, – заметил сквайр. – Но лично я полагаю, что мисс Платт делает ошибку. Немногие женщины стали бы терпеть компаньонку с такими претензиями.
Грегор весьма выразительно приподнял бровь.
– Мисс Платт нельзя полностью винить за такое поведение. Ей некоторым образом помогли осознать себя как особу, заслуживающую лучшей участи.
Сквайр не ответил: он увидел свою дочь, которая спускалась с лестницы в развевающемся голубом плаще.
– Элизабет, дитя мое! Я слышал, ты плохо себя почувствовала.
– Не так плохо, как бедняжка Джейн. Папа, я не думаю, что ей можно уехать сегодня. Я велела ей лежать в постели. Мы можем послать за ней одного из кучеров, когда доберемся до Лондона.
– Да, но…
– Миссис Тредуэлл позаботится о ней, пока ей не станет лучше.
– Но если твоя горничная останется здесь, кто будет ухаживать за тобой в дороге?
– О, я вполне обойдусь без ее помощи. У мисс Уэст целую неделю нет горничной, и она прекрасно справляется.
Сквайр взглянул на прическу Венеции, прежде чем ответить с некоторым сомнением в голосе:
– Пожалуй, ты права.
– Я тем более права, что тебе пришлось бы, сидя в карете, держать перед ней тазик.
– Тазик?
Элизабет устремила на отца взгляд своих невинных голубых глаз:
– Разве я не упомянула, что она не только кашляет, но и с желудком у нее неважно, ее то и дело тошнит?
Лицо у сквайра приняло такое выражение, словно его самого вот-вот стошнит.
– Нет, впервые слышу. Я поговорю с Тредуэллом, и мы оставим девушку здесь.
– Спасибо, папочка. – Элизабет наклонилась и что-то смахнула рукой с одного из своих полусапожек цвета лаванды. – Если пошлешь одного из слуг к нам в комнату за моим последним чемоданом, мы будем готовы к отъезду.
Сквайр нахмурился:
– Еще один? Не знаю, сможем ли мы втиснуть его в экипаж.
– Не сможете, – бросил Грегор. – Чамберс говорит, что экипаж и без того перегружен.
– Прелестно, – буркнул сквайр.
Элизабет кашлянула.
– Простите, мисс Уэст. Если для моего чемодана не найдется места в карете миссис Блум, может быть, вы возьмете его в вашу?
– В мою? – растерянно переспросила Венеция. – Но…
– Если вы сообщите нам о своем приезде в Лондон, папа пришлет слугу забрать его.
Сквайр заметно оживился:
– Отличная идея! Вы не возражаете, мисс Уэст?
– Нет. Никоим образом. Но может случиться, что я вернусь в Лондон через несколько недель.
– О, это не имеет значения! Благодарю вас! Я так и знала, что могу рассчитывать на вас.
Было что-то странное в том, как прозвучали эти слова Элизабет, но Венеция не намерена была разбираться в том, что имеет в виду девушка.
– Однако нам пора, – сказал сквайр. – Миссис Блум уже в экипаже, Элизабет. Мы ждем только тебя.
Грегор перехватил взгляд Венеции. В его глазах был вопрос. Она кивнула:
