и глотнул горьковатое тёмное пиво. Да... это тебе не лучшее вино из погребов Джанни. Пойло...
Словно в подтверждение слов Итана, на палубе показались первые выжившие. Да и то сказать, время давно за полдень.
Дан спустился в каюту только за сумкой. Эмма молчала и прятала глаза за тёмными стёклами очков. Они так же молча сошли на берег. От ночной эйфории и бесшабашности не осталось и следа. На их место пришёл стыд.
Дан вёл машину, как всегда, расслабленно и спокойно. Они уже давно оставили пристань позади, когда Эмма решилась заговорить.
- Дан... я, кажется, наговорила лишнего...
Он молчал.
- Пожалуйста, не обижайся на меня. — Она положила руку ему на колено.
- Я не обижаюсь, Эмма. — Разлепил губы и словно хлестнул девушку Дан. – Я терпеть не могу наркоманов.
Эмма вздрогнула и убрала руку.
- Я не наркоманка.
- Ага. — Усмехнулся Дан. — Именно так и говорят все наркоманы. Ты нюхаешь кокс. Это означает только одно: ты — наркоманка.
- Дан... - В голосе Эммы послышались нотки обиды и слёзы. — Я не сижу на нём...
- Плевать! — Грубо прервал её Дан. — Со своей жизнью ты можешь делать всё, что угодно. Я не буду читать тебе мораль. Нравится дерьмо? Без проблем!
- Дан! Пожалуйста, прекрати! Ты прав! Но трудно устоять, когда тебя уговаривают все твои друзья! Ещё эта работа... Я постоянно в напряге и на нервах! — По щекам Эммы потекли слёзы.
- Ты хоть представляешь себе, сколько раз предлагали мне? Иногда очень настойчиво! И ты даже не догадываешься, кто! А ты представляешь, какой иногда надо иметь кураж, чтобы выйти первым на подиум, представляя дом высокой моды на Fashion week?! Мне не нужны твои оправдания.
- Мне нужны... Мне нужно, чтобы ты не смотрел так... отрешённо, не считал меня грёбаной наркеткой!
Дан остановил машину перед подъездом элитного дома, повернул голову к девушке.
- Эмма, я так зол, что могу сейчас послать тебя очень далеко. Не дави на мою жалость. Я не жалею людей, закапывающих сами себя. Тебя не устраивают друзья — на хрен таких друзей! Не нравится работа? Меняй!
Эмма сидела, опустив голову.
- Не бросай меня... пожалуйста. — Она вскинула голову и уставилась в холодные голубые глаза. — Клянусь, это был последний раз!
- Посмотрим. — Вздохнул Дан, вышел из машины и открыл Эмме дверь.
Он проводил её фигурку взглядом, подождал, пока за нею закрылась дверь и вдавил педаль газа. Он специально сгустил краски. Он знал, Эмма не сидит плотно на коксе. Видел он всяких. У Эммы есть реальный шанс спрыгнуть. Злость уже отступила, уступая место... той самой жалости, что ли. Лиам, пожалуй, слишком многого хотел от дочери.
Дан прогнал мысли прочь и поехал к Дэйву. К чёрту всё это дерьмо. Он хочет друга и любимый клуб.
Глава 48.
Дан неделю мариновал Эмму, не отвечая на её редкие звонки, и-мейлы и смс-ки. Кроме того, он улетел в Вашингтон на съёмки, даже не предупредив её. Ему хотелось, чтобы Эмма хорошенько поняла, что он не шутит. Если он ещё раз хотя бы заподозрит её в приёме наркоты, разорвёт их отношения без особой печали. Эмма поняла.
Эмма и Дан дружили с ранних лет. Сначала ходили в один детский сад, затем в одну школу. У них всегда была одна компания золотой молодёжи Женевы. Эмма попала под обаяние Дана довольно поздно — лет в пятнадцать. Зато сразу и со всей силой. Но гордость и от природы сильный характер не позволили тогда пасть к его ногам. Дан же всегда общался с нею ровно и приветливо. Как с подругой.
Она знала, что он приехал в Нью-Йорк. Она ведь отслеживала все новости, связанные с его именем, подписалась на его инсту и ТикТок. Их встреча в клубе была далеко неслучайной. Она искала этой встречи.
Эмма рассматривала себя в зеркале. Всё в ней было хорошо. Она любила и умела за собой ухаживать. Карие бархатные глаза казались огромными на бледном аристократичном лице. В меру полные чувственные губы, чуть подправлены филлером для идеальной формы. Ей нравилось собственное отражение. Красивая, умная и уверенная в себе девушка. Идеальная пара для такого, как Богдан Игнатьев. Она мечтательно улыбнулась - как чудесно они будут смотреться на светских мероприятиях.
Нет, она больше не упустит своего шанса и не даст ему исчезнуть из её жизни. Она усвоила урок. Больше не будет разгульных вечеринок. Чёрт бы побрал этих идиотов, уговоривших её вдохнуть эту дрянь! И ведь не хотела! Эмма передёрнула плечиками, вспомнив, каким грубым и злым был Богдан. И улыбнулась — то были чистые эмоции. Такие яркие и плотные, что их можно было ножом резать. Он заботился о ней. И она сделает всё, чтобы он и дальше заботился.
Когда Дан вернулся из Вашингтона, его ждала бурная встреча. Эмма сама, без приглашения, приехала к нему, и их отношения вышли на новый уровень. Дан дал ей то, чего она так добивалась, и они стали любовниками. Эмма попыталась форсировать события и предложила Дану переехать к ней со съёмной квартиры. Но Дан слишком ценил свою свободу и отказался.
В начале сентября отец Эммы отмечал юбилей, и он пригласил дочь с потенциальным зятем на торжество, которое планировал отметить с размахом. Дан, несмотря на наметившуюся запару с работой, подумал и согласился. Ему хотелось навестить семью.
Дан провёл пару дней в родительском доме, а потом Вики отдала ему ключи от холостяцкой квартиры Адама. Она так и не разрешила мужу её продать. Слишком много тёплых воспоминаний было связано с нею. Ната поворчала, но, понимая, что сын приехал с Эммой, приняла его решение.
Юбилей отмечали в одном из самых дорогих ресторанов на берегу Женевского озера. Отец Эммы прислал приглашения всей семье Игнатьевых и Райнеров. Дан сидел рядом с Эммой и именинником. Намёк понял даже самый непонятливый на этом празднике. А на следующий день Кирилл позвал Дана на разговор.
- Какие твои намерения в отношении Эммы? — не стал ходить зигзагами отец.
- У нас отношения. На этом всё.
- Всё... - Эхом повторил Кир. — Ты же понимаешь, что они уже расценивают тебя, как будущего зятя? Мне всякие намёки делают, с дружескими предложениями лезут.
Дан пожал плечами.
- Это только их проблемы. Я ничего Эмме не обещал.
- Дан,
