почуял уже на подходе. Под потолком переходной суб-локации на самой границе с Лесом чадил черный дым.
Никто из лидеров рейда не был настолько глуп, чтобы остановиться на привал под самым носом у ингенов. Да и не пах дым едой. Разве что самую малость жареным мясом.
Сайрис вынул было трисп, но затем сразу сменил на купленный арбалет. Незачем лишний раз привлекать внимание.
Часовой был выставлен, но слишком близко, да и смотрел в противоположную сторону от потенципльной угрозы. Вытащив фиал зелья сокрытия сущности, ворон опрокинул его и парой глотков подавил внешние проявления проклятой силы.
Затем ворон положил руку на плечо неопрятного вида мужика. Кажется, он был из приближённых Фали Крыса. Тот вздрогнул, а повернув голову к высокому бородатому инженеру, как-то испуганно заозирался.
— Ты это, мужик, не серчай, что псину твою пнул. Она это… сама…
Псину? Сайрис скривился — от мужчины сильно разило спиртным.
— Да успокойся ты. Лучше скажи, какого хрена там происходит?
— А, в рейде? Ну дык, монстров жгут, мужик.
Ворон похолодел.
— Фали Крыс тоже в этом участвует?
— Две херни вообще среди наших оказались, прикинь? Босс чуть при всех не обосрался! — тёплое воспоминание сменило испуг на мечтательную улыбку.
Отпустив бандита, он сам устремился к источнику дыма, подозревая худшее. С каждым шагом он всё меньше верил, что бандит просто перебрал с алкоголем. Запах палёной плоти усилился, а затем к нему добавился и шум разъярённой толпы.
Ему с трудом удалось сохранить самообладание при виде раскрывшейся перед его глазами картины. Захотелось вмешаться в безумие немедленно, но умом ворон уже понимал, что в этом нет смысла. Если линчевание монстров происходит прилюдно, то твари среди рейда уже должны быть в курсе.
Намного лучше сейчас обратиться к кому-то адекватному и распроститься как следует.
Чуть пошарив взглядом, он остановился на знакомом танке из группы Джафсара. Прежде он с ним не общался, но люди хаосита должны хорошо его знать.
— Аргель?
— А? Привет, Сайрис. Значит, твой тоннель тоже обрушен? Рад, что с тобой всё в порядке.
— Ага, — отмахнулся ворон. — Только вернулся. Хули тут происходит?
— Среди рейда были скрытые ингены. Уже двоих нашли. И ещё скрытые пустотники. Ты хоть как, не пострадал?
— Нет, всё…
— Сайрис! — послышался властный женский голос. Толпа расступилась, давая ему возможность лицезреть довольную Тиару. — Рада, что ты жив. Если это, конечно, ты.
— Чего? Что за цирк ты здесь устроила?
— Цирк? — невинно захлопала ресницами Змейка. — Что ты, я лишь спасаю наши жизни, милый Сай. Это ведь ты? Как тебе удалось в одиночку обрушить тоннель?
— Ты прекрасно знаешь, что я — это я, — рыкнул ворон, избегая говорить слово «пустотник». Тиара обладала точно такими же навыками тёмной эмпатии и должна была сразу понять это.
— Не спеши, Сай. Ты должен пройти испытание огнём, как и все здесь.
— Чего? Хочешь спалить меня на костре? Совсем уже крыша поехала?
— Зачем же так грубо. Я ведь могу подумать, что ты и вправду не ты. Прежний Сайрис был мил. Помнишь наш поцелуй?
— Завязывай, — настроение окончательно ушло в минус, и ворон нацелил арбалет в голову змеиной посланнице.
Прежде, чем он успел что-то предпринять, его повалил на землю какой-то незнакомец, а двое других заломили ему руки за спину. Оружие упало на землю, непроизвольно заставляя сработать механизм. Стрела ушла в твёрдую землю недалеко от его лица.
— Прости, милый Сай, но мы должны убедиться. Ингены и пустотники всегда бросаются, когда раскрыты, и не способны долго терпеть боль.
Ворона силком подняли, заставив идти вперёд в позорном положении сгорбленного пленника. Вот чего она добивается. Пустота всегда ищет слабые места, и если он даст слабину, позволит дать ей пищу гневом, яростью или страхом, она возьмёт верх, и вырвется на свободу. С проклятой силой вырваться и преподать смертельный урок конвоирам он мог бы, но тогда его сущность будет сразу раскрыта.
— Смотри, рейд! Сейчас мы узнаем, является Сайрис одним из нас, или же он — порождение зла?
Под руку уткнулся горящий факел и ворон от неожиданной боли закричал. Тиара постаралась сделать это достаточно болезненно и неожиданно. Он попытался вырваться, но конвоиры продолжали его держать достаточно крепко.
«Терпи, любой лекарь исцелит это за один каст», — мысленно сказал себе ворон, сжав зубы.
Подумай, какой вкусной была бы их кровь. Ничтожества. Что они возомнили о себе? Они живы лишь потому, что я каждый раз спасаю им задницы!
«Нет, это не моя мысль. Лекарь исцелит всё за один каст. Она дорого за это заплатит, но в будущем. Не сейчас.» — продолжил убеждать себя ворон.
Исподлобья, он посмотрел на собравшуюся толпу, видел перед собой лживое лицо Змейки и что самое важное, видел двух мордоворотов, внимательно смотрящих ему в глаза. Не приобретёт ли радужка лиловый окрас? Не начнёт ли чадить чёрный дым из ушей? Идиоты.
Ворон мысленно призвал инвентарь и материализовал в загнутых руках Ловец Цвета.
Стало заметно легче. Даже боль перестала казаться столь сильной. Оставалась лишь ярость от унижения, но и с ней артефакт уже борется. Нужно только сжать зубы и подождать, пока эта стерва наиграется в инквизицию.
— Что ж, похоже ты действительно свой. Прости, милый Сай. Но ты же понимаешь, что это на общее благо?
— А сама ты уже проверку прошла? — съехидничал ворон. Подбежавшая первой к нему чародейка с навыком исцеления заживила болезненную рану. Действительно, в один каст.
— Разумеется. Я сделала это одной из первых.
Дурак. Конечно же, она прошла свою проверку — она же сраный маг огня.
— И что, многих ингенов удалось извести?
— Троих, — улыбнулась Тиара. — А ещё изловить троих пустотников. Так что можешь быть спокоен.
Незнакомая девчушка-лекарь прочитала какое-то заклинание и снова коснулась обожжёного плеча, на сей раз применяя какой-то редкий навык, восстанавливающий подпаленную броню и одежду. Нужно будет её запомнить на будущее.
— Где Алиот?
— Так было нужно, Сайрис, — послышался недовольный голос вампира. — Ингены проникли в рейд.
Здесь ворону всё было примерно понятно — сейчас его власть ничтожна, и задумай он остановить праведный гнев толпы, сам оказался бы на костре. Но почему никто больше не возмутился? Кем были те трое пустотников?
Ворон взглянул на валяющиеся заколотые тела, но все трое были ему неизвестны.Зачем ей это было
