Читаем без скачивания Мертвецкая - Линда Фэйрстайн

Джейк открыл рапорт комиссара исправительного департамента и цитировал мне избранные места:

— «Одиннадцатое января, 1934 год. Женская преступность растет, что объясняется эмансипацией женщины и ее стремлением к большей свободе в сексуальных отношениях». Ты слушаешь?

— Прости. Я ищу про Фриленда Дженнингса. — Я быстро просматривала записи Локхарта о рейде и его страданиях из-за смерти друга. Ни слова о бриллиантах или драгоценностях. Наконец я вспомнила: Локхарт говорил, что это всплыло гораздо позже.

— Может, притормозишь? Почитаешь в свое удовольствие после ужина.

Я дошла до описания шикарных комнат Дженнингса в тюрьме. Дальше был пробел в несколько дней. После похорон повествование возобновилось.

«Мне хотелось получить на память какую-нибудь вещь Дженнингса. Вещь, которая будет напоминать мне и о нем, и этом дерзком рейде, который мы провели, чтобы искоренить зло на острове. Больше всего меня интересует его миниатюрный тайный сад — точная копия всех зданий на острове Блэкуэллс, построенных в прошлом веке.

Похоже, Фриленд подружился с нищим заключенным, итальянским каменотесом родом из тех же мест, что и Ариана. Его приговорили за расхищение могил. Он вскрывал мавзолеи и воровал ценности, украшавшие частные семейные склепы. Мелочный преступник, но талантливый мастер. Он создал точную настольную копию острова, которую мой друг хранил у себя в камере. Уникальное произведение искусства. На ней запечатлено каждое здание, каждое дерево, чуть ли не каждый камень. Спрошу комиссара Маккормика, могу ли я попросить эту модель в качестве награды за наши старания.

Однажды Фриленд уже писал мне о своем саде. Остальное пообещал рассказать, когда я приду его навестить. Сказал, что в этом макете заключен секрет его выживания на острове».

27

— Мне нужно позвонить Скипу Локхарту.

— Уже пятнадцать минут девятого. Это не может подождать до окончания ужина?

Я прочитала Джейку раздел о тайной модели Дженнингса.

— Может, эта миниатюрная копия острова связана с убийством Лолы. Почему никто не сказал мне о ней? Я вернусь через пять минут.

Джейк казался раздраженным.

— Ужин будет на столе через три минуты. Составишь мне компанию?

Я отправилась в кабинет, открыла досье и позвонила на манхэттенскую квартиру Скипа Локхарта. Включился автоответчик.

— Это Александра Купер. Перезвоните мне завтра утром как можно раньше. Речь о дневниках вашего деда. — Увиливать бессмысленно. Наверняка он прочитал дневники до того, как Лола прибрала их к рукам. — Мне бы хотелось поговорить с вами о модели Блэкуэллса, которую Фриленд Дженнингс хранил у себя в камере.

Потом я набрала номер Локхарта в Уайт-плейнс. Ответила женщина. Я представилась, и она сказала, что Скип вернулся в Нью-Йорк.

— Я могу поговорить с вашим свекром?

— Простите, дорогая. Он поужинал в шесть часов и, боюсь, уже крепко спит. Позвоните завтра.

Я позвонила на работу Сильвии Фут и тоже оставила сообщение на автоответчике:

— Это Алекс. Утром жду от вас известий насчет собрания преподавателей, которое вы планируете провести днем. Я хотела бы принять в нем участие и объяснить вашим сотрудникам, что происходит и что мне может от них понадобиться. — Я постаралась, чтобы следующая фраза прозвучала небрежно. — Когда будете разговаривать с ними, Сильвия, упомяните, что я хочу поговорить о дневниках, которые вел дед Скипа Локхарта, и о том, что им известно о миниатюрной модели острова Блэкуэллс. Большое спасибо.

Старые дневники хранились в кабинете Дакоты без охраны. Даже сейчас никто не предъявил на них права и не выкрал. Наверняка все заинтересованные в проекте лица уже просмотрели книги в поисках информации и сделали фотокопии.

Я не рассчитывала, что упоминание о дневниках вызовет бурную реакцию, но мне было интересно, как отреагируют на мой вопрос о миниатюрной модели острова.

Когда я вернулась в столовую, Джейк уже начал есть. Меня ждал лосось со спаржей. Джейк был раздражен, и правильно. Надо было отложить все эти звонки до окончания ужина, как он предлагал.

— Извини. Мне очень жаль, но это расследование меня так увлекло. Как прошел вечер? Кто-нибудь звонил?

— Звонила Джоан, по поводу тридцать первого декабря. Хочет знать, сможем ли мы привезти восхитительной икры, которую ты подавала на ее дне рождения. Я напомнил ей, что нам придется улетать рано утром, чтобы успеть на свадьбу Мерсера. Я уже составил планы на следующую неделю. Но ничего похожего на то, что происходит у тебя сейчас. Накала страстей никакого.

Он был холоден и казался каким-то отчужденным. Не самый подходящий момент для напоминания, что так обычно не говорят. Я всегда поддразнивала Джейка, когда он неправильно произносил что-то в эфире.

— Завтра после работы мне нужно забрать кое-какие вещи из квартиры, что-то нарядное для ужина с Джоан и чемодан.

— Нас не будет меньше суток. — Джейк понял, что грубил, и дал задний ход. — Если Майк не сможет отвезти тебя после работы, встретимся у меня в офисе, и я отвезу тебя сам. — Мы оба подумали о Ширли Дензиг, которая до сих пор могла прятаться где-то в округе.

Я накрыла его руку ладонью, и он сразу смягчился. Мы ели и болтали. Я виновата, что рыба получилась сухая и пережаренная, поэтому съела ее всю. А то еще и из-за этого поссоримся.

— Иди, я сама все уберу. — Я быстро управилась и через десять минут присоединилась к нему в гостиной. Джейк читал инструкции по поводу завтрашней работы. Я села на другой конец дивана, переплела ноги с ногами Джейка и внимательно прочла дневник Локхарта за 1935 год.

В половине одиннадцатого зазвонил телефон.

— Как дела? — спросил Джейк звонившего. Обычно он произносил губами имя человека, с которым разговаривал, если я не могла догадаться из контекста разговора. Но на этот раз он этого сделал. — Нет, я не помню, чтобы мы с ним встречались. Я слышал о нем, разумеется. Если не ошибаюсь, Том делал передачу о его фирме.

Заговорила другая сторона.

— Ты шутишь! — Джейк сел прямо, поставив обе ноги на пол. — Когда?

Вероятно, ответ.

— В Монтаук? Где он сейчас? Где дети?

Еще один короткий ответ.

— Почему ты думаешь, что это убийство?

Я положила книгу и уставилась на Джейка. Он смотрел прямо перед собой.

— Подожди минутку, хорошо? Я перейду в кабинет. — Он повернулся ко мне. — Милая, ты не возражаешь, если я поговорю у себя? — Ответа он ждать не стал. — Повесь трубку, когда услышишь, что я подошел, хорошо?

Он пошел в кабинет, а я держала трубку, пока не услышала, как он спросил, там ли его собеседник.

— Да, — ответила она.

Почти пятнадцать минут, пока они разговаривали, я сидела в гостиной и кипела от злости. Недели не прошло с тех пор, как Джейк пригласил меня переехать к нему. Я сделала это неохотно и лишь из-за того, что произошло у меня дома. Близкие отношения, из-за которых я уже начинала смаковать дни и ночи, проведенные с ним, оказались еще слишком хрупкими и могли рухнуть от одного разговора, который он отказался вести при мне.

Я встала и налила себе выпить.

— А мне не положено? — спросил Джейк, возвращаясь в гостиную.

— Прости. Я не знала, когда ты закончишь разговор. — Я вернулась к бару и налила ему скотч. Мы словно поменялись настроениями. Теперь я говорила с Джейком резко и холодно, а он с трудом мог усидеть на месте от возбуждения, вызванного полученной информацией.

Он сразу почувствовал мое раздражение.

— Ты ведь не ревнуешь?

— К кому? Я даже не знаю, кто звонил. — Он так и не сказал мне, как ее зовут.

— Старая знакомая. Помощница в одной крупной фирме.

— Я бы не волновалась, будь это Гвинет Пэлтроу или Эмма Томсон. Я просто удивилась, что у тебя есть секреты, о которых ты не можешь говорить в моем присутствии. — Я отошла от дивана и села в кресло на другой стороне комнаты. — Ты говорил, что мне нужно больше впускать тебя в свою жизнь, что мне нужно быть с тобой откровенной. Ты убеждаешь меня переехать к тебе и при первом же серьезном телефонном звонке вылетаешь из комнаты, потому что есть разговоры, в которые мне нельзя совать нос.

— Теперь ты говоришь неправильно, милая.

— Не смешно, Джейк. Будь уверен, — я встала и ходила вокруг кресла, — что я не собираюсь жить с человеком, который ведет приватные беседы по телефону в другой комнате. И особенно когда я слышу слово «убийство». Ну, теперь ты расскажешь, в чем дело?

Джейк слегка наклонился вперед и уперся руками в бока, не выпуская стакан. Он смотрел на меня и улыбался:

— Я разговариваю со своей любимой или с прокурором?

— Когда ты несколько минут подряд произносишь слова «убийство» и «дети», с сожалением вынуждена сообщить, милый, что я — прокурор.