- Ну же, Лаури, возьми его, - произносит нетерпеливым возбужденным голосом, - ты же не собираешься снова сбежать от меня? – смеется. – В прошлый раз я проверял, как далеко ты готова зайти, а сейчас я сгораю от желания.
- А если я не хочу? – я лукавлю, дразню его.
- Ты не хочешь? – голос стал серьезным и слегка настороженным. Он помедлил немного, затем взял меня за руку, заставляет подняться. – Значит, в другой раз, - по голосу чувствую, что он расстроился, но старается не подавать виду. – Пойдем вниз, покажемся семье.
На нем оказались брюки, и я поняла, что это не было шуткой. Он уже готов спускаться вниз, несмотря на то, что под его брюками торчит возбужденный дружок. Пусть он и получил уже свою порцию радости, но он наверняка хочет расслабиться еще раз, видно невооруженным взглядом.
- Подожди, я хочу, - не успеваю за мужчиной, хватаюсь за его футболку, будто так смогу его удержать. – Ты же сделал мне приятно, я тоже тебе должна…
- Лаури, я не буду заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь. Ты ничего мне не должна.
- Но я хочу.
- Не надо, Лаури, только не через силу. Одевайся, - он говорит сухо, смотрит в сторону. Мне это совсем не нравится.
- Не обижайся, Элим, - тянусь ладонями к его щекам, он отмахивается, будто не хочет моих прикосновений. – Пожалуйста, не обижайся. Я дразнила тебя, на самом деле я хочу попробовать… Он у тебя такой большой… Я же сама уже выпрашивала его у тебя, ты же знаешь, что я сейчас не всерьез это сказала.
- Лаури, я уже отошел, пойдем вниз.
- Не-ет, - умоляю его задержаться, строю невинные просящие глазки.
В этот же момент ухватилась за все еще возбужденное достоинство, сжимаю крепче, чтобы он наверняка никуда не захотел идти. Не отпуская его, присела на край кровати, стаскиваю мужские брюки, помогаю себе магией. Получается не так умело, как у него, но это проще, чем пытаться снять брюки руками.
- Лаури, не надо себя заставлять. Я не обижен. Рано или поздно ты сама этого захочешь. Я люблю минет, значит, и тебе это должно нравиться, но я не настаиваю на том, чтобы ты делала это прямо сейчас.
Я прервала его речь своими действиями. Погрузила в рот освобожденный от одежды кончик члена, пробую на вкус, посматриваю снизу на мужское лицо.
- О-о-о, - он запрокинул голову назад, кажется, и глаза закрыл. Через несколько секунд простонал еще раз, но уже глядя мне в глаза. – Как же это сексуально, Лаури… О, сколько я этого ждал.
Я тем временем пробую погрузить твердый ствол глубже в рот, посасываю его по тому примеру, который видела на телевизоре своего преподавателя. Он мягко скользит в меня, заполняет рот полностью, с легкостью выскальзывает и проникает снова. Мне не приходится ничего делать, Элим сам покачивает бедрами навстречу, погружая в меня член. Ощущаю, как я снова намокаю. Меня возбуждает процесс и вся пошлость происходящего. Еще недавно я смотрела на этого мужчину как на преподавателя, а сейчас смотрю на него снизу вверх, погружая в рот его пульсирующий член.
Он настолько возбужден, что кажется, может взорваться в любую секунду. Я уловила движения, на которые мужчина откликается особыми стонами, повторяю их, сжимаю ствол губами, помогаю себе руками, погружаю его как можно глубже. Каждым действием показываю, как мне нравится сосать его член. И это не лукавство, не обман. Я наслаждаюсь вместе с ним.
- Быстрее, Лаури, - его голос напряжен, он уже на грани. – Хочу кончить тебе в рот, - из меня и на этот раз вытекают соки, он возбуждает меня еще больше такими откровенными и пошлыми фразами. Я уже готова к тому, что он выплеснется в меня. Продолжаю принимать его в рот, подстраиваюсь под ритмичные движения, а он становится все напористее, все глубже пытается проникнуть мне в рот, но каждый раз натыкается на тупик, издает громкий стон, выскальзывает и снова проникает глубоко, доставая до самого горла. Я не препятствую, стискиваю ствол губами, играю с ним языком, позволяю наполнять себя.
- Смотри мне в глаза, Лаури, - ловит мой взгляд, - да, девочка, продолжай…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Заглатываю его достоинство как можно глубже, смотрю вверх, ловлю восхищенный взгляд карих глаз. Он периодически их закатывает, голову запрокидывает, затем снова возвращается к моим глазам. Мой мужчина получает удовольствие от того, что я смотрю на него в тот момент, когда член заполняет мой рот.
- Моя маленькая девочка…
Я подвожу его к пиковой точке, сосу уже уверенно, будто делала это много раз, будто это самый вкусный леденец, который мне доводилось пробовать. Член пульсирует сильнее, твердеет у меня во рту, кончиком языка ощупываю на нем вены, ласкаю их, сжимаю, головку направляю то в щеку, то в горло. Элим дрожит всем телом, стонет, хватает ртом воздух, кажется, что я сейчас услышу его крик, то ли от боли, то ли от удовольствия.
Еще несколько быстрых движений, и Элим содрогнулся, издав глубокий стон, сперма вытекла мне в рот, я почувствовала слегка солоноватый вкус, ни с чем не сравнимый запах ударил в нос. Кончик члена прошелся по моим губам, помечая и их тоже, как свою собственность. Элим улыбается, посматривая на меня сверху, а я все еще не знаю, что делать с жидкостью, которая мешает мне произносить слова. Не успела придумать хоть что-то, как она исчезла из моего рта. Элим переместил ее, избавив меня от мук выбора. Я уже начала было думать, что он ждет, когда я глотну все, что в меня выплеснулось.
- Потрясающе… - слова даются ему тяжело, - Лаури… Ты моя сексуальная девочка.
Улыбаюсь довольно, ловлю на себе удовлетворенный и восхищенный взгляд. Теперь я чувствую себя гораздо лучше. Он не обижается, я этому безумно рада. Почему-то меня до боли испугал факт, что он может по-настоящему на меня обидеться, уйти, рассердиться, оставить меня одну. Эти мысли разгоняют в моих жилах горький страх, вгоняют в болезненную безысходность. Я поняла, что это за чувства вспыхнули во мне. Это страх потери. Я до ужаса боюсь потерять Элима.
Мы искупались вдвоем, весело поболтали, мой мужчина похвалил мои старания, и я почувствовала себя наполненной счастьем. Пугает меня мысль, что я становлюсь от него полностью зависимой. Не в материальном плане (с этим я уже смирилась), а в психологическом. Я уже не могу представить себя без него, я тоскую, когда он отходит от меня на несколько метров, я борюсь с печалью, когда он на работе, я злюсь на себя из-за этих ощущений, пытаюсь взять их под контроль, но чем больше я делаю попыток, тем глубже становятся мои чувства к нему.
- Я люблю тебя, Элим, - впервые напрямую признаюсь в чувствах.
- И я тебя люблю, Лаури, - его глаза сияют, он рад тому, что я сказала это первой, а не в ответ на его слова любви.
Вечер мы провели в кругу семьи. Я начала привыкать к строгим мужчинам и милым девушкам. Они принимают меня как родную, относятся с заботой и вниманием, я даже перестаю замечать разницу в возрасте, хотя шуточки в нашу сторону проскакивают часто. Нас называют молодняком, будто речь о высаженных деревьях. В семье Элима шутят настолько по-доброму, что мне еще не приходилось ни на что обижаться. Я больше сама слежу за тем, чтобы никого не задеть. Например, не подчеркиваю разницу в возрасте, хотя с Элимом наедине на этот счет могу пошутить.
По будням мой мужчина ответственно посещает занятия, а я готовлюсь к экзаменам дома. Все ближе тот день, когда мне придется вернуться в академию. Страха это не вызывает, смущает лишь уверенное заявление ректора, что я на занятия не вернусь. Элим заверяет, что я продолжу учиться.
Глава 26
В воскресенье родные Элима устраивают семейный день. Мы вышли через магическую дверь, расположенную на первом этаже особняка, и оказались на красивой усадьбе с огромной деревянной постройкой причудливой формы. Вокруг пышные деревья, цветы, во дворе расположился пруд с плавающими на нем лилиями, вдалеке виднеется широкая река, с противоположной стороны негустой лес. Я впервые вошла в ту самую дверь и пожалела, что раньше ее не открывала. Оказывается, это усадьба Алиты и ее мужа Дженарда. Элим называет ее Дартонвиль, а основной семейный дом – Нотрилхоум, есть еще Нотриленд, где живут питомцы всей семьи, там же теперь обитает и Али.
