честно, Джесс понимал, что на это долго рассчитывать будет нельзя, – он отправился на поиски сплетен еще до восхода. Он не обращал внимание на взгляд солдата, которому предписали за ним наблюдать, потому что просто-напросто зашел в местную пекарню и купил завтрак с густым, горячим кофе, а потом завел беседу с другими посетителями.
– Я слыхал, что Испания объявила о своей полной независимости, – сказал один старик, наклонившись ближе. – А еще есть некий договор между мятежными странами. Похоже, они идут на нас. Библиотечная армия положит всему этому конец. – Однако уверенности его голосу не хватало.
Другой же рассказал Джессу о слухах относительно некоего нового изобретения, однако никто не знал, что это такое. Большинство полагали, что это некая боевая машина.
Джесс подозревал, что, скорее всего, это слухи о печатном станке Томаса. Если подобные новости доберутся до Александрии, то это будет означать, что о станке уже трубят на всех границах так же плотно, как Библиотека перекрыла поток новостей здесь.
Также он заметил, что некая женщина в библиотечной мантии села рядом с ним за барной стойкой, заказала выпечку и оставила после себя распечатанную листовку. Ту листовку мог обронить кто угодно, однако Джесс видел, с каким мастерством она провернула свою работу, так что поднял листовку до того, как кто-либо еще ее заметил.
Печать оказалась куда менее качественной, чем та, какой сумел добиться Томас; строчки с буквами были нанизаны криво, а пробелы разномастными. Однако это была недавно напечатанная страница с чернилами, которые все еще пачкались, когда Джесс потер их пальцем, а затем прочитал: «БИБЛИОТЕКА ВАМ ЛЖЕТ. ЖИЗНЬ ДОРОЖЕ КНИГИ». Символ внизу был новым, но Джесс нашел в нем отдаленное сходство с пламенем, которое рисовали поджигатели на своих рукописных листовках.
Анита, подумал Джесс, не теряет времени и создает свой печатный станок прямо здесь, в городе… и собирает плату с поджигателей, взамен улучшая их пропагандистские листовки. Джесс на миг почувствовал удовлетворение, однако потом он быстро отбросил эти мысли, вспомнив предупреждение архивариуса.
Архивариус желал единолично владеть разработками Томаса. Он не обрадуется новостям о том, что бандиты уже извлекли выгоду и изобретение, за которое он так дорого платил, уже распространяется без него.
Джесс свернул листовку и сунул в карман, чтобы позже где-нибудь от нее незаметно избавиться… но потом это оказалось лишним, потому что рядом с ним за столешницу плюхнулся молодой человек и прошептал:
– У вас есть сообщение для Его Святейшества? – Испанец. Чтобы подтвердить это, мужчина добавил под столом на языке жестов: «Трубочист».
– Нам нужно придумать новое слово, – сказал Джесс. Он вытащил из кармана бумагу и ручку и написал на другой стороне листовки: «Выясните, где остальные мои друзья. Скажите им, что дела движутся быстро. Архивариус планирует ускорить казнь».
Он подвинул листок, молодой человек взял заказанные булочку с кофе и ушел с таким видом, будто ему было плевать на весь мир.
Джессу бы хотелось быть таким же расслабленным.
Когда солнце начало всходить на восточном горизонте, Джесс отправился обратно и просто валялся на своей кровати, когда в его дверь постучали. Новый капитан библиотечного отряда не жалела силы.
– Ты проснулся, – сказала женщина, и голос ее прозвучал не особо радостно. – Ладно. Чем быстрее мы отправимся, тем быстрее закончим.
– И что мы собираемся делать? – Джесс не ожидал услышать ответ, да и не получил его. Капитан уже зашагала прочь, и Джессу пришлось поспешить, чтобы успеть за ней. На улице был целый отряд солдат и еще больше сидели в бронетранспортерах рядом. Она присвистнула, сделала быстрый жест рукой, и ждавшие ее солдаты начали забираться в свободные бронетранспортеры. В такую рань на улицах было свободно, хотя Джесс и заметил несколько нервных местных жителей, выглянувших из окон и дверей, чтобы выяснить, что стряслось. Увидев аж три бронетранспортера, набитые библиотечными солдатами, они, видимо, не обрадовались, но, опять же, у них и впрямь были причины для беспокойства.
Теперь причины для беспокойства были у всех.
Капитан молча взялась за поручень, когда бронетранспортер зашипел и с пугающей скоростью застучал колесами вдоль александрийских улиц. По-прежнему молчание.
– Мы опять едем ловить контрабандистов? – спросил у нее Джесс. – Надеюсь, на этот раз вы собрали подходящую армию.
Капитан даже не улыбнулась.
– Не контрабандистов.
Это прозвучало… странно. И ужасно тревожно.
– Тогда какой пользы вы ждете от меня, капитан?
– От тебя? Никакой. Но руководитель отдела Артифекс сказал, что ты можешь определить, что мы ищем.
– А поточнее?
Она не ответила, и Джесс решил, что ей и не надо; руководитель отдела Артифекс свалил это дело на него, без сомнения, по приказу своего коррумпированного коллеги, Верховного архивариуса.
Джесс ни капли не сомневался в том, что сегодняшний день будь очень плохим, но успокаивал себя тем, что по крайней мере все будет гораздо-гораздо хуже для того, кого они собираются навестить. Пятьдесят библиотечных солдат, стучащие в дверь, любому испортят завтрак.
Джесс не мог выглянуть наружу, так что не узнал улицу, пока не выбрался из бронетранспортера – последним, ведь ни один из солдат не изъявил желания его пропустить. Однако он все равно оказался снаружи, и потребовалась всего секунда, чтобы воспоминания пробудили инстинкты и он понял, что они стоят на улице, где живет Красный Ибрагим.
Красный Ибрагим был старым, опасным человеком, но даже самых опасных людей можно низвергнуть. Он выживал на протяжении примерно шестидесяти лет в бизнесе, в котором уже десятилетие считалось невероятным достижением; он отлично справлялся перед самым носом библиотечных войск и архивариуса. Чтобы добиться подобного, нужно быть удивительно решительным и умным человеком.
«Так как же его отыскали сейчас?»
На это мог быть только один ответ.
«Мой отец выдал своего старого друга и партнера по бизнесу. Точно как выдал бы собственных сыновей ради хорошенькой выгоды, если бы представилась возможность».
Джесс понятия не имел, как бы поступил Брендан в сложившейся ситуации; он знал лишь, что был в долгу у Красного Ибрагима и Аниты и не мог стать причиной их гибели.
«Но как именно ты собрался предотвращать это? – Это явно был предусмотрительный голос брата в его голове. – Ты ничего не можешь сделать. Это выше твоих сил. Теперь остается лишь поспевать за лавиной. В приоритете спасение твоих друзей и Библиотеки. Спасение контрабандистов не является частью плана».
Капитан повернулась к Джессу и указала на дом.
Не на дом Красного Ибрагима. На скромный, покрытый штукатуркой домик, расположенный через два других дома, охраняемый старым фонтаном и потрепанными створчатыми воротами, которые не помешало бы покрыть свежим слоем краски. Джесс ни разу не обращал на этот дом внимания прежде, даже не смотрел на него. Он выглядел как обыкновенное жилище какого-нибудь библиотекаря или рядового ученого. «Я теряю хватку», – подумал Джесс. В прошлом, когда Библиотека еще не притупила
