Читаем без скачивания Забег на длинную дистанцию. Полная сборка - Марик Лернер

Бегать по улицам, с целью снять девочку, глупо. Времени на эти игры нет. Да и тащусь я, когда уламываю очередную будущую недосягаемую звезду. Она потом обязательно будет рассказывать про высокие духовные запросы и тяжелое творчество. Вот многие почему-то считают, что Щукинское или МХАТовские общежития филиалами борделей. Или там ГИТИС. Ничего подобного. Какая девушка не мечтает стать актрисой, чтобы на улицах узнавали, штабелями поклонники ложились и бросали к ногам цветы и лимузины? Нет таких в природе. Все мечтают, а кто никогда не фантазировал, та умственно отсталая от рождения. Другое дело, что кроме внешности, востребована еще и определенная раскованность, не дающая с визгом убежать от насмешливых взглядов публики. И, непременно, наличие в голове честолюбия. Обычно непомерного. Я — лучшая! А иначе и начинать не стоит. Актеров касается не в меньшей степени. Все они убеждены в своей неповторимости и гениальности. Разочарование приходит с возрастом, когда зайчиков в театре по-прежнему играешь, и других ролей не предлагают. Ну да я не про мужчин. Не по этой части.

Поэтому среди актрис красивых и умных больше, чем на любом предприятии. Даже в самые паршивые времена конкурс был двадцать человек на одно место. И все читают стихи, пляшут и песни поют. Ты думаешь, мудрые и заслуженные в комиссии, через час, отличают одну от другой? Они все сливаются в одну общую картинку. Кстати, вот так и удается проскочить особо некрасивым девушкам. Глаз невольно останавливается на таком выпадании из общего пейзажа. Человек, а экзаменатор тоже человек, заинтересовался. Если зажиматься не будет, имеет шанс проскочить. Потом, на более поздних турах, когда основная масса уже отсеялась, смотрят более внимательно, но первый заход чистая лотерея. Все готовились и совсем деревянных и мычащих не бывает. Такие сюда не приедут.

Значит, нужно как-то выделиться и обратить на себя внимание. Вот сидит перед тобой комиссия. Один вчера изрядно выпил и сейчас его мучает застарелая язва. Второй уже несколько десятков раз слышал страстный монолог Джульетты только за эти пару дней и просто заскучал, третий мучительно думает, где взять денег на новую квартиру, потому что жена хочет с ним развестись. Заслуженная артистка все больше обращает внимание на молодых красивых мальчиков. Слабость у нее такая.

Что делать, как зацепить?

Много есть разных способов. Например, изобразить деревенскую простушку на просьбу спеть, исполняющую матерные частушки и наивно хлопающую глазами, когда комиссия неожиданно оживляется и просит что-то еще. Для них это тоже развлечение. Уж теперь точно запомнят. Это не я выдумал! Еще Золотухин рассказывал. Каждый старается, в меру возможностей. У кого-то получается, у кого-то нет.

Но она поступила. Ура! Через какое-то время начинает понимать, что жизнь на этом не закончилась и за порогом училища тебя никто не ждет с распростертыми объятиями. И раньше такого не было, а теперь вообще проблема. Известные театры не резиновые и берут одного, максимум двух выпускников. А что делать еще нескольким десяткам? Да и театр, откровенно говоря, тоже не великое счастье. Там свои примы и солисты, которые вовсе не рвутся уступить тебе место. Тот еще серпентарий. Все друг друга жрут и кусают. Да и зарплата такая, что птичке разве что на прокорм хватит. А хочется известности. Да и денег тоже.

Выход есть. Засветиться на большом экране. Как вариант по телевизору. Когда твое лицо примелькается, совсем по-другому будут относиться и режиссеры, и публика. Удачно сняться в фильме в хорошей роли или как сейчас стало модным, постоянно проявляться в сериале. Не особенно важно, о чем там идет речь. За двести серий запомнят и лицо, и фамилию. Ну, здесь уж как повезет. Бывает, что так и останешься на эпизодах. Кушать будет всегда, а вот на руках носить и цветы к ногам бросать никому в голову не придет. А бывает одна хорошая роль и этого достаточно. Карьера пошла вверх.

Вот и ищут некоторые подходы к режиссерам и просто богатым дяденькам, способных помочь и пропихнуть. Муж режиссер — это звучит гордо. Если у него хоть что-то имеется за душой, работой обеспечит всегда.

А еще и по-другому бывает… В 1985 г зашел в Щукинскую общагу и слышу что-то странное под лестницей. Сидит девица и рыдает в три ручья. Ну, — самокритично сознался, — не девушка и не из студенток. Уже в театре играла и имя достаточно известное. Он отмахнулся. — Не скажу. Джентльмены своих любовниц не обсуждают, даже с друзьями. Почему именно там, в истерику впала, я так и не узнал, но слезы льются потоком. Я попытался выяснить, в чем дело. По головке гладил, как ребенка, успокаивал, как мог. Самое интересное, она почти сразу рыдать перестала и вцепилась в меня намертво. Потом уже выяснилось — вышла замуж по большой любви, а муж пьет, гуляет и руки распускает. Актер, что с него возьмешь. Нет роли — пьет с горя. Есть — от радости. А как выпьет, так и понеслось. В очередной раз поймала его на другой. Вот я удачно и подвернулся. Требовалось срочно отомстить. Ну, мы и мстили, старательно с пол года. Регулярно пару раз в неделю, до полного одурения. Очень мстительная оказалась и про некоторые позы, я раньше и не подозревал. В спортзале такого не сделаешь, а когда темпераментно мстишь мужу — запросто. И никакого растяжения не будет. Потом Марина появилась, то се, нормально расстались, без обид. Она меня поняла и даже приглашения на спектакли присылает. Без всякого подтекста. Ни эротики, ни денег не просит. Чисто по дружески. А на днях включаю случайно телевизор и с интересом смотрю передачу, где они с мужем рассказывают, как замечательно жили все эти годы. Нет, бывали ссоры, как у всех нормальных людей, но с кем не бывает. И глаза такие честные-честные. Хорошая актриса. Народная РФ. Что хочешь, перед экраном изобразит.

— Пора переходить к освоению Голливуда, — ехидно посоветовал Павел.

— Бабы во всем мире одинаковые.

— Попрошу не обобщать!

— За исключением твоей жены, — послушно согласился Андрей. — Ездил я в прошлом году, — с удовольствием поведал, — ну помнишь… С этим контрактом.

Павел заинтересовано кивнул.

— Познакомился. Две роли в эпизодах и фильм, который прошел не замеченным. Вот года через три, начнется ажиотаж. В верхней сотне самых сексуальных женщин по опросам мужиков и миллионные гонорары. Один раз удачно попасть в десятку с ролью и весь мир знает. А пока зубы на полке держит и лишнего платья не имеет. Помог я ей. И гормонами и материально. За эти три дня нашего тесного общения, она безбедно год проживет.

— Ты ж английский не знаешь! Как договаривался?

— А сумел, — самодовольно сказал Андрей. — Язык в этом деле не главное. Мне этого и дома хватало. Сочинение на тему: 'Как я провела день'. Бу-бу-бу. Чем меньше понимаешь, тем лучше. Ничего выдающегося. Не умелая, но очень старательная. Наши русские бабы лучше. С душой отдаются. И летать далеко не надо.

— Слушай, а тебе не приходило в голову, что при твоих походах, на свете может существовать взвод детей, о которых ты даже не подозреваешь?

— Нет, — засмеялся Андрей, — непременно заявились бы с претензиями. Алименты, материальная помощь и все такое.

Он замолчал, поймав странную мысль. Начал торопливо высчитывать сроки. У Дзинтры двое и мальчик родился… Андрей пошуровал в памяти. Отминусовал месяцы. Вполне вероятно. И что теперь? Ничего. Давно все перегорело, а она ни разу не напомнила о себе, за это время. Вроде и со вторым мужем нормально живет. Посмотреть точную дату? Не буду! Ничего не изменить и пробовать не стоит. Что было, то прошло.

— Ты чего? — удивленно спросил Павел. — Аж лицо изменилось. Я пошутил.

— Все нормально, — бодро ответил Андрей, выкидывая из головы лишние мысли. — Вечер приятных воспоминаний, считаю завершенным. Давай к делу. Ты что хотел?

Павел поколебался, но отступать уже было поздно.

— Я хочу выйти из дела, — решительно заявил.

— Не понял, — озадаченно уставился на него Андрей. — В каком смысле?

— Ты замкнул на себя важнейшие подразделения. ЧОП и вторая группа, подчиняются непосредственно тебе. Про этих твоих архаровцев, вообще, немногие в курсе. Ни Аксютин, ни Даргиев с ними контактов не имеют. Какого черта тебе это надо?

— Слушай, вот хоть ты не нуди. Сам прекрасно помнишь. Он сам хотел. Я предложил усыновить и он послал меня в то самое место. 'Родителей не меняют, за них мстят'. Ты еще скажи, что я мог предотвратить резню в Карабахе. Кого смог, того и спас. Вывез из Сумгаита всех желающих. Никто спасибо не сказал, кроме них самих. Тут и письма писать в ЦеКа было поздно. Все они прекрасно знали заранее. Только военной силой и давить. И никто не почесался. Полный паралич власти. А что армяне, что азербайджанцы одним миром мазаны. И что делать? Типа взял я за ручку Горбачева и повел указ подписывать.

— Давай ты не начинай!