Читаем без скачивания Ржавая Хонда (сборник) - Владимир Яценко

Хорошо, наверное, на такой ехать: комфорт и безопасность. Особенно зимой. В снег…

И у меня – снег. Только чёрный. А ещё кирка с лопатой.

Что поспать не получится – факт! Пять утра всё-таки. А в девять – приглашение на генеральский завтрак. Насколько я помню, в генералах – не я. Так что никакое это не «приглашение». И не «завтрак» тоже: рядом с моим Генералом солёный огурец костью поперёк горла встанет. Запросто!

И земля мёрзлая. Снулый камень, а не земля… Это не склизлый рыхлый грунт кладбища… Да. Всякое бывало в моей биографии. Вот только собаку убили впервые.

Жаль собаку. Зира у меня уже десятый год… Была.

Так что «осиротел» я. Моё увлечение взяло всё, что у меня было и что только могло быть. И я уплатил эту цену сполна: ни родни, ни друзей. Зирабу сотрудники щенком подарили. На прощальном обеде. Перед тем как разбежаться. Десять лет назад.

Но тогда по всему выходит, что кто-то мне должен. По крови.

А вот невзысканных долгов не держим-с… да.

И прощать по-христиански не приучены.

Так что теперь это личное, Господи.

И Ты тут совершенно ни при чём.

От еды я, понятное дело, отказался. Это можно. Даже приветствуется.

Посреди небольшого зала приличных размеров стол. Но накрыто только на четверых. В комнате – искусственный камин, ненавязчивое освещение и никакой музыки: Генерал бережёт зрение, любит тепло и тишину. На столе – рыба, рис, салаты, коньяк… это он тоже любит. Но не бережёт.

– …молодёжь, Саша, целеустремлённее нас будет, – журчит речь Генерала. – Это мы в их годы плохо представляли себе, что есть счастье человеческое. А у этих – проблем нет, – он подзывает ближайшего официанта и кивает на пустой бокал.

– И что же для них «счастье», Михал Петрович?

Из вежливости спрашиваю, конечно. Молчать – глупо, самому что-то говорить – лениво. Проще спросить… а уж слушаю я или нет, кто проверит?

– Счастье, Саша, – это правильное сочетание формы материи и её координат в пространстве: недвижимость в Соединённом Королевстве, шестизначная сумма на банковском депозите в Швейцарии, стометровая яхта в Эгейском море… Всё просто. Кстати, о яхте. В каком состоянии «Кузнец»?

Что ж. Я не удивился. Ни «философии», ни вопросу.

– В идеальном. «Заплати – лети».

– Вот, – удовлетворённо кивает Генерал. – Это хорошо. Это замечательно! Я тебе клиентов сосватал. Из молодых, но зрелых.

– Похоже, наведывались ко мне ваши «зрелые», – без тени почтения вмешиваюсь в элегию мыслей Генерала. – Вокруг эллинга топтались, собаку застрелили…

Михаил Петрович молчит: осматривает свой штатский костюм. Конечно, будь он в мундире, при лампасах с наградами, хренушки я бы стал его перебивать.

– Да, – соглашается он. – Что собаку убили – плохо. Нехорошо. Но они – твои работодатели, Саша. Платёжеспособные работодатели. Да и не вор – если на свободе. Так, кажется…

– Что им нужно?

– Твой «кузнечик», разумеется, – Генерал морщится. То ли от моей бестолковости, то ли от дремучести своего букета: рыба и коньяк? – И высота сорок километров где-то над Гайсином…

– На хрена?

– А вот это уже не наше с тобой собачье дело. Прыгнешь к потолку… сколько там у тебя – двадцать? – Я киваю. – Дальше тебя учить не надо, на РГД-эшках дотянешь до сороковника, и они заплатят сто тысяч. Половина моя: топливо, нерадивость ПВО и посреднические. Вопросы есть?

Почти всё сказанное я прослушал, поскольку напрягся при упоминании о «собачьем деле», но с начальством не спорят. Тем более с генералами. Поэтому ограничиваюсь скупой порцией яда в дежурном ответе:

– Никак нет, ваше благородие!

Но моего сарказма он не слышит. Он смотрит на часы:

– Сейчас подойдут. Только очень прошу тебя, Саша, не нужно гонору. И глазками сверкать тоже не надо. Люди из Москвы приехали. Специально к тебе… к нам. Платят наличными. Сегодня же до полуночи отправлю к тебе две керосинки. Не будем усложнять, ладно?

– Так точно, Михал Петрович! Не будем!

Он подозрительно смотрит на меня из-под густых, тронутых сединой бровей.

– Не нравится мне твоё настроение, Александр.

Я понимаю, о чём это он. И в самом деле – глупо. Мне бы сейчас пузыриться от собственной значимости и прыгать от счастья. Только вот что-то не «пузырится» и не «прыгается».

– Да предчувствие у меня какое-то нехорошее…

Но он не даёт мне договорить:

– Что за хрень, Александр? – От генеральского голоса чуть позванивает посуда. Вот для чего не включают музыку! Чтобы вот этот тревожный звон улавливать и вибрировать в унисон. – У тебя нет денег даже на охрану. В следующий раз…

– Не помешали?

Дверь открыта. Их двое. Он и она. У него – повязка на левой ладони. Она – держит в руках плоский пластиковый чемодан с секретными замками. Кейс-атгаше! Не шалам-балам! Неужто они в этой таре мне деньги принесли?

– Нет! – рявкает Генерал. – Не помешали!

Он ещё секунду гипнотизирует меня своим недовольством, потом сбавляет тон:

– Знакомьтесь, товарищи, это ваш пилот Александр Гуртовой, он же – владелец транспорта. А это, Александр Николаевич, твои пассажиры…

Я смотрю, как парочка подходит к столу, и мне очень не нравится, что девушка заметно хромает на правую ногу. То, что именно она несёт кейс с моими деньгами, почему-то не прибавляет к ней симпатий. Хотя… мордашка «ничего». Волосы ровные, прямые, смоляным шлейфом едва прикрывают плечи. Обтекаемые формы упруго рвутся из-под тяжёлой пиджачной пары, белая блузка, сапожки… Вот только глаза наглые. Такие глаза хорошо вписываются в интерьер салона импортного джипа. Наверняка пирсинг на пупке и замысловатое тату рунной вязью чуть ниже ягодицы. Чтоб из-под короткой юбки летом кокетливо выглядывало…

Они неторопливо, но уверенно присаживаются.

– Константин, – веско кивает парень с худым нервным лицом.

– Лидия, – чуть нараспев тянет девица.

– А что у вас с рукой? – заинтересованно спрашиваю у Кости.

Парень недовольно смотрит на перевязанную руку:

– Неудачное преодоление полосы препятствий.

– Трёхметровое ограждение? – уточняю я и тут же проявляю участие к девушке – А ногу, случаем, не собачка поранила?

Я в бешенстве.

Мне плевать на их деньги. А Генерала я когда-нибудь пошлю на хрен. Обязательно…

– Не понимаю, о чём это вы говорите, – спокойно отвечает Лидия. Голос у неё такой же непроницаемый, как стёкла правительственного лимузина. – На тренировке растянула. Шейпинг.

Они смотрят на меня цепко и с достоинством. Сейчас будет озвучена цена, и меня навеки припишут к толпе высокооплачиваемых холуёв… Ну а жизнью будут повелевать они: молодые и «зрелые», знающие всё о формах материи и её месте в пространстве…

Открывается дверь, в зал влетает стайка официантов. Вернее, попыталась «влететь». Генерал только щекой дёрнул – растаяли, всосались обратно в коридор. И те, что по углам стола стояли, тоже вышли. А я понемногу успокаиваюсь. В самом деле, чего это я к ребятам привязался? Пусть платят… Для того и машинку строил. На то и жизнь свою изгадил. Чтобы таких вот «туристов» наверх поднимать.

– Ну и хорошо! – жизнерадостно подвожу итог дебютной части нашего знакомства. – Просто замечательно! Прошу прощения за тон. Какие-то кретины утром к эллингу ломились, собаку застрелили. Уроды, конечно. Как встречу, оборву все достоинства. Не хрен таким потомство плодить, верно? Но к вам это, конечно, никаким боком… Так в чём проблема? Чем могу?

– Мы думали, товарищ генерал…

– Зачем думать? – торможу Константина. – Это генералы пусть думают. А мы выполняем. Вот я и спрашиваю…

– Летающий объект, – вступает Лидия. – Дрейфует в стратосфере. В настоящее время – над Гайсином. Высота – тридцать шесть тысяч метров. Ваша задача доставить нас к объекту и высадить на него. После этого – свободны. Оплата – сто тысяч наличной зеленью. – И она ставит свой тощий кейс прямо на стол между тарелками с генеральской едой. – Прошу пересчитать.

Но я не спешу.

– То есть вы предполагаете, что я обеспечу вам десантирование на неизвестный объект в стратосфере за сто тысяч долларов?

Они переглядываются. Худое лицо Константина ещё больше вытягивается. Лидия пристально смотрит мне в переносицу. Только я все эти штучки знал ещё до того, как она мамины чулки впервые примерила…

– Сколько вас?

– Четверо, – отвечает Костя. – Нас двое, бортинженер и медик-биолог.

– Ого! То есть объект известен? И опасен? Если для его изучения нужен медик…

Они молчат. Им очень не хочется развивать эту тему. Похоже, что про медика Костя брякнул, не подумав.

– А это обязательно? – отвлекает он от еды Генерала. – Мы как-то не готовы к допросу.

«Бегом за дверь, иди готовься!!!» – едва не кричу вслух. Но вместо этого вполне дипломатично поясняю:

– На сегодняшний день из стратосферных дирижаблей, ребятки, только мой «Кузнец» оборудован реактивной тягой. Единственный в мире. А на такой высоте другие виды локомоции науке неизвестны. Так что монополия… сами понимаете.