- Полно, Бэзил, - упрекнула Джесс насмешника-зайца, - ты сам не слишком большой любитель воды. Нехорошо смеяться над теми, кто встревожен так же, как и ты.
Бэзил смягчился и обнял Щекача лапой.
- Ладно, Джесс, суть ясна. Кстати, мой мальчик, что, если мы с тобой, скажем, будем стоять вместе в центре плота? Мы сможем держаться друг за друга и вместе трястись от этого милого синего ужаса, а?
Джесс неуверенно взошла на плот.
- Ах, ладно, нельзя же ходить вокруг да около весь день. Нам нужно перебраться через реку. Ты поднимаешься на борт, Воин?
Матиас вложил меч в ножны и вскочил на плавучие бревна.
- Пригните головы, когда мы достигнем того берега. Кто его знает, что нас там ожидает, - предупредил он.
Лог-а-Лог поднял раздвоенную на конце ветку, которая служила ему кормилом.
- Всем подняться на борт! Отдать швартовы, готовь багры, курс на реку, толкайте. Осторожнее, он пошел, отчаливаем!
Плот запрыгал и закачался на воде, выходя в поток. Голубые волны, отражавшие небесную синеву, неслись и вздымались пиками белой пены, и ветер срывал с нее брызги.
Крысы из воинства Камнекрапа горящими от нетерпения глазами следили с другого берега за маленьким судном, которое отчалило и поплыло, направляясь к ним.
Генерал Железноклюв ловко приземлился на дорожку перед главным входом аббатства. Он аккуратно сложил крылья и важной поступью принялся расхаживать взад и вперед по лужайке.
Дверь распахнулась, и Констанция вместе с аббатом, в сопровождении Джона Черчмауса, выступили наружу. Аббат вежливо наклонил голову:
- Добрый день. Не желаете ли пройти в дом?
Железноклюв склонил голову набок, нагло разглядывая их:
- Йах-ха! То, что я имею вам сказать, можно сказать и снаружи, земнолапые. Нынче моя взяла. Может, если бы вчера на лестнице вы убили моих бойцов и меня с ними, вместо того чтобы играть в свои дурацкие игры, то победителями остались бы вы. Но теперь слишком поздно, мы встречаемся на моих условиях.
Мордальфус сложил лапы, глубоко засунув их в широкие рукава своего облачения.
- Тогда говори. Чего ты хочешь от нас?
- Полной капитуляции!
- Прошу прощения, но это невозможно, - дал ответ аббат.
- Нет ничего невозможного, если вам дороги жизни ваших соплеменников.
- Нам и раньше приходилось терять братьев и сестер.
- Да, но тогда у вас не было выбора, - заметил Генерал. - Сделайте пару шагов вперед и взгляните на крышу этого краснокаменного дома.
Трое друзей вышли на дорожку. Затеняя глаза от солнца, они поглядели наверх. Железноклюв издал резкий крик и махнул крылом.
Пленников вытолкнули на край крыши, откуда их можно было увидеть с земли. Джон Черчмаус в голос застонал. Констанция встала к нему вплотную и прошептала:
- Мужайся, Джон. Мы выручим их. Доверься аббату, предоставь ему вести переговоры.
Маленькие фигурки высоко над ними покачивались на ветру, подолы их одежд развевались, обе мыши крепко прижимали к себе малыша Ролло, который радостно махал лапами.
- Карр! Высоко, не правда ли? - произнес Генерал, почистив клювом перья. О нет, не для птиц, но для земнолапых. Кажется, что ваша голова упирается в облака. И вниз оттуда лететь изрядно, если, конечно, вы не убьетесь раньше, стукнувшись о стену или сбив по пути водосточный желоб. Или, кто знает, может, вы разобьетесь, ударившись об одну из тех низких крыш. Представьте себе, что все это может случиться с маленьким мышонком. Не так уж много от него останется, чтобы слушать ваши сказки, после того как он ударится о землю.
Джон Черчмаус закусил губу так, что кровь потекла у него по подбородку.
Аббат, скрывая свои истинные чувства, равнодушно пожал плечами:
- Что касается меня, то ты добился своего, но этого недостаточно, К сожалению, у меня лишь один голос: это аббатство принадлежит всем нам, а не только мне. Нам нужно время, чтобы обсудить твое предложение, затем придется провести голосование.
Железноклюв яростно скреб дорожку когтями:
- Я требую полной капитуляции. Немедленно!
Аббат присел на дорожку. Выдернув из газона травинку, он пожевал ее и покачал головой:
- Мне очень жаль, но не я принимаю решение. Сбрось пленников с крыши, если тебе надо. Здесь присутствуют не все обитатели аббатства, и мы не можем прямо сейчас дать твердый ответ. Нам нужно время, чтобы обсудить это и проголосовать.
Железноклюв пинками расшвыривал гравий на дорожке, понимая, что если пленники будут убиты, то он потеряет свое преимущество в торге.
- Ты говоришь, вам нужно время. Сколько времени, земнолапый? - спросил он.
- О, по крайней мере три захода солнца.
- Это слишком долго. Откуда мне знать, что вы не затеваете чего-нибудь?
Аббат обезоруживающе улыбнулся - он казался старым и совсем дряхлым.
- Генерал, ты нам льстишь. Что мы можем сделать за три захода солнца? Мы не воины, мы не умеем летать, как вы, птицы, мы всего лишь ползаем по земле. К тому же у вас есть пленники. Разве это не лучший залог того, что мы будем вести себя мирно?
Ворон подал знак Мангизу, чтобы тот увел пленников на чердак.
- Два захода солнца, а не три. - Он решительно щелкнул клювом. - Два захода, и не больше!
Мордальфус встал и степенно поклонился.
- Благодарю, Железноклюв. Ты получишь наш ответ через два захода солнца, считая с этого дня.
32
Плот оказался надежным. В середине течения волны тяжело бились о его борта, но он держался крепко. Лог-а-Лог был в своей стихии - он поворачивал руль и выкрикивал распоряжения, возвышая свой голос над шумным напором воды. Длинные шесты, которыми они отталкивались на отмели, были теперь бесполезны плот несло бурным течением.
Матиас стоял на переднем краю плота, пристально всматриваясь в противоположный берег. Бэзил и Щекач изо всех сил вцепились друг в друга, на всякий случай придвинувшись поближе к Джесс, Джабезу и Орландо; их окружали землеройки, заполнившие все пространство судна до самых краев. Плот как раз миновал середину реки, когда Матиас прошел на корму к Лог-а-Логу.
- Как он слушается руля?
- О, чудесно, Матиас, чудесно! - воскликнул Лог-а-Лог со счастливым видом. - Как видишь, он дал одну-две небольшие течи, но ничего серьезного. Я направляю его вон к тому месту. Там небольшая извилистая бухточка, и вода кажется почти стоячей, значит, быстрое течение реки минует ее. У тебя все в порядке, ничем не встревожен?
- Не то чтобы встревожен, просто держу глаза и уши настороже, - признался Матиас. - Что-то слишком тихим кажется тот берег.
Камнекрап стоял на самом берегу, прислонившись спиной к скале: причудливый мех полностью маскировал его. В лапах у него был зажат лук с наложенной стрелой. Он хладнокровно наблюдал за приближавшимся плотом, зная, что его великолепная армия с луками наготове ждет лишь сигнала - когда командующий первым выпустит стрелу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
