Читаем без скачивания Интеллидженсер - Лесли Силберт

— Э-эй, морячок! Не поставишь одинокой девушке выпить?

— Я жду кое-кого с минуты на минуту, — сказал Медина, скользя взглядом от ее лица до стального носка ее сапожка. — Но…

Теперь его глаза задержались на нижнем крае ее черной мини-юбочки.

— Но что? — спросила Кейт со смехом.

— Бог мой! — воскликнул он, наконец узнав ее. И потянулся потрогать ее волосы. Настоящие?

— Нет, парик, — сообщила она про абсолютно прямые угольно-черные длинные волосы, пронизанные пятнами багряных отблесков. Темно-карие линзы маскировали зеленые глаза Кейт, ее кожа заметно посмуглела — спасибо лосьону «загар», — а ее правый бицепс украшало поддельное тату под колючую проволоку. Облик, закрепленный чудотворным бюстгальтером «Секрет Виктории», соответствовал фотографии на запасном паспорте, который она прихватила излома. Свой подлинный паспорт она использовала, чтобы прилететь из Рима в парижский аэропорт Шарля де Голля, затем выскочила в город сделать кое-какие покупки и снять на ночь номер в отеле в целях проложить ложный след кредитной карточки. Затем переоделась в одной из туалетных комнат аэровокзала и улетела в Лондон не под своей фамилией.

— Помните про путаное задание, которое я упомянула?

Медина кивнул.

— Оказалось сложнее, чем вы полагали?

— Именно.

— Что-то серьезное? И вам…

— При такой моей внешности все будет в порядке.

— Но нас много дней видели вместе. И те, кто вас ищет, они могут…

— Э-эй, вы же красавец, которого «Хэллоу!» поставило во главе своего списка самых привлекательных женихов в мире, а потому всякий, кто следит за вами, конечно же, ожидает увидеть вас сегодня с новой пассией, разве нет?

Он ухмыльнулся.

— Довод веский.

— Не забудете называть меня сегодня Ванессой?

Медина встал, зажал в ладонях ее талию и притянул Кейт к себе.

— Ванесса будет возражать, если я…

— Ну, я бы выдвинула массу причин, почему это вредная идея, но Ванесса? Она меньше всего недотрога.

Смеясь, Медина поцеловал ее. Сначала нежно. Потом крепче. Со страстью. Кейт понятия не имела, как долго это продолжалось.

С пикником, уложенным в корзинку, Кейт и Медина направились к пристани Тауэра. Купили билеты в будочке кассы, вручили их капитану, а затем нашли места на верхней палубе прогулочного катера.

— Вы сказали, что мы готовим какую-то аферу? — негромко сказал Медина, закидывая ноги Кейт поперек своих колен.

— М-м-м-хм-м-м…

— В Гринвичском парке?

— Угу.

— Это же… э… королевская собственность?

— Совершенно верно.

— Охраняемая, полагаю, особыми королевскими полицейскими силами?

— К чему вы клоните?

— Просто, по-моему, нарушать такого рода законы не в вашем стиле, — сказал Медина. — То есть рискуя тюрьмой.

— Это же само собой разумеется, — сказала она торжественно. — Мы, слейдовские сотрудники, никогда законов не нарушаем.

— Но…

— Ванесса Монтеро, с другой стороны, просто барменша и не столь щепетильна. Что до моей фирмы, то я как раз отправилась домой. И хорошо, поскольку это, — добавила она, прикасаясь лбом к его лбу, — немножко не укладывалось бы в рамки, если бы деньги все еще переходили из рук в руки.

Их быстрый поцелуй был прерван голосом капитана.

— Приветствую вас на борту «Миллениума Лондона», — объявил он через мегафон. — Мы находимся примерно в пятидесяти милях от Северного моря. Темза — приливная река, ее уровень поднимается и опускается на двадцать шесть футов…

Заурчал двигатель, и катер отошел от пирса.

— Сразу слева от вас, — продолжал голос капитана, — Ворота изменников — одна из первых лондонских улиц с односторонним движением.

Услышав смешки, Кейт обернулась посмотреть. Некогда зловещий проход теперь был перегорожен обомшелыми камнями.

— Также слева от вас Причал палача. Там привязывали пиратов и контрабандистов и оставляли захлебываться в поднимающемся приливе. Капитан Кидд был последним прикованным там, в тысяча семьсот первом году это было. А пивная с бревенчатым верхом чуть дальше — там, в мансарде, Чарльз Диккенс написал многие свои романы.

Вновь откинувшись в объятия Медины, Кейт смотрела на проносящиеся мимо ветхие пристани и склады, иногда перемежающиеся престижными многоквартирными зданиями, которые контрастировали со своим окружением, будто летающие тарелки.

— А теперь… Ванесса, — сказал Медина, сжав ее плечо, — вы и дальше будете меня мучить или все-таки расскажете, к каким выводам пришли вчера?

Кейт с улыбкой обернулась к нему.

— Ну хорошо. Помните состоящее из цифр сообщение, о котором мы говорили? Последняя страница манускрипта? Я убеждена, что соль в ней и что насчет Нефритового Дракона я ошибалась. Он вовсе не пытается скрыть от огласки эту информацию из опасения, что она каким-то образом выпотрошит его бумажник. Да, мотив его, видимо, деньги, но старается он завладеть сокровищем, а не предотвратить убытки.

— Значит, сообщение это каким-то образом ценно само по себе… а не как орудие шантажа?

Кейт кивнула и вынула из кармашка юбки листок бумаги.

— Помните, как вчера я сказала вам, что Кристофер Марло в мае девяносто третьего года вел расследование Московской компании? И обнаружил, что некто очень высокопоставленный заключил тайное торговое соглашение с берберийским пиратом?

Медина кивнул.

— Так слушайте, — сказала она, разворачивая листок. — «Самая возлюбленная и могущественная королева, я должен донести вашему величеству о предательстве. Ваш горбун…» — Подняв глаза, Кейт объяснила: — Марло имеет в виду Роберта Сесиля, который был горбат, а кроме того, важным лицом при дворе и одним из директоров Московской компании.

— Понял.

— «…ваш горбун, — продолжала читать Кейт, — украл оружие, которое затем выменял в море на сокровища. Если вы мне не верите, так поверьте собственным глазам. В земле под днищем корабля вблизи вашего древа узрите, что было найдено в его речном доме, и спросите его, откуда оно. Верный человек, похожий на высокий холм, скоро вернет вам похищенное у вас оружие…»

— Ее древо? — перебил Медина. — Вы знаете, о чем речь?

— Угу. Во времена Тюдоров в Гринвиче был королевский дворец. Там, где теперь Королевское военно-морское училище. Он был любимой резиденцией королевы Елизаветы. А в глубине парка находился дуб, который называли ее дубом. Словно бы ее родители — Генрих Восьмой и Анна Болейн — любили танцевать вокруг него, и, как говорят, Елизавета пряталась в его дупле, когда была девочкой.

— Так этот дуб все еще цел?

Кейт кивнула.

— И вы полагаете, что письмо Марло до королевы так и не дошло? Хотя бы в копии? И то, что он закопал, все еще там?

— Не исключено.

— Ну а этот… как его там? Э…

— Фелиппес?

— Ага. Ведь если бы Марло открыл, где спрятано сокровище, Фелиппес бы его забрал себе.

— Да, если бы сумел расшифровать записку Марло, — ответила Кейт. — Но не думаю, что ему это удалось. Ведь тогда были бы как-то расследованы обвинения Марло против Сесиля, но никаких сведений ни о чем подобном не сохранилось. В ту весну Сесиль не попал в немилость, и со временем он, а не граф Эссекс получил пост статс-секретаря. А позднее и сам был возведен в графы. Так что, по моему мнению, Фелиппес последнего сообщения Марло не прочитал. И вполне вероятно, этого не сумел сделать никто.

— До сегодняшнего дня. Боже мой! Как вам удалось?

— У меня было огромнейшее преимущество. Свой шифр Марло построил на поэме, над которой тогда работал, а опубликована она была только через пять лет после его смерти. Фелиппес, вероятно, знать не знал, что он ее пишет. Ну а я сразу нашла ее в Интернете.

— Но додуматься…

Кейт пожала плечами.

— Счастливая догадка.

— Как по-вашему, что это за сокровище? — спросил Медина. — Настоящий нефритовый дракон?

— Возможно. Марло упомянул богатства с Востока, а в эпоху династии Минь примерно тогда же китайские ремесленники много работали с нефритом. Да и драконы тоже были тогда популярной темой.

— Почему он его закопал, как вы думаете? Если он хотел его вернуть, так почему выбрал задворки ее дворца, а не обратился… к ее, ну, не знаю, камергеру или кому-нибудь еще?

— Возможно, ему требовался козырь. Его арестовали, ион был отпущен… так сказать, под залог. Над ним тяготело обвинение в атеизме, а он к тому же наступил на ноги двум самым могущественным людям в Англии. Фелиппес, наверное, был вне себя от бешенства, что Марло никак не установит личность контрабандиста, а Сесиль вряд ли был доволен тем, что Марло проник в его тайну и украл его сокровище. Думается, Марло искал способ, как уцелеть среди этой заварушки.

— Прочитав его последнее сообщение, вы теперь знаете, кто его убил?