Читаем без скачивания Короткая победоносная война - Дэвид Вебер

А Ельцин и «Ханкок» беспокоили адмирала как раз потому, что в этих районах ничего не происходило — после первоначальных атак на конвой близ Ельцина и загадочных потерь Халифа на Занзибаре. Может быть, он беспокоился, потому что ошибочно воспринимал их как самые уязвимые точки, но отсутствие активности вокруг этих двух звезд заставляло его задуматься: а почему, собственно, хевениты не хотят привлекать к ним внимание?

Вдобавок Первому Космос-лорду добавило головной боли решение адмирала Паркса оставить «Ханкок» практически беззащитным. Он понимал рассуждения Паркса, но был не уверен, что разделяет их. Он даже дошел до того, что составил депешу, предписывающую Парксу вернуться в «Ханкок», однако сдал ее в архив, не отправив, и распорядился, чтобы адмирал Данислав ускорил передислокацию. По традициям КФМ Адмиралтейство не оспаривало распоряжений на местах без веских оснований, предоставленных разведкой. А их-то у адмирала и не было… и единственное, чем обладал сэр Томас Капарелли в избытке, — так это отсутствием нужной информации.

— Они собираются это сделать, Пат, — пробормотал он, все еще не сводя глаз с экрана. — Они действительно собираются это сделать.

Впервые один из них сказал это вслух, но Гивенс только кивнула.

— Да, сэр, это так, — согласилась она таким же тихим голосом.

— Их надо каким-то образом вывести из равновесия, — глухо сказал Первый Космос-лорд, с силой барабаня пальцами по клавишам панели. — Каким-то образом обратить эту ситуацию против них, чтобы они вцепились в собственную задницу.

Гивенс прикусила нижнюю губу, затем глубоко вздохнула и снова потянулась к голографической схеме. Она, как чашечкой, зачерпнула ладонью звезду Ельцин. Капарелли сузил глаза, вглядываясь.

— Кажется, это может получиться, сэр, — тихо сказала она.

— Позвольте мне убедиться, что я вас правильно понял. — Голос герцога Кромарти был ровен. — Вы предлагаете, чтобы мы намеренно спровоцировали НРХ атаковать звезду Ельцина?

— Да, сэр.

Капарелли уверенно встретил взгляд премьер-министра.

— И чем вы руководствуетесь? — настаивал Кромарти.

— В сущности, сэр, мы надеемся поймать хевов в ловушку.

Капарелли откашлялся и включил мелкомасштабное голографическое изображение системы Ельцина. Их встреча происходила в строго секретной совещательной комнате за стеной кабинета Кромарти.

— В настоящее время у звезды Ельцина сосредоточена наша самая мощная после флота метрополии группировка, ваша светлость, — объяснил адмирал. — Мы приложили все усилия, чтобы сохранить в секрете точное количество наших сил в этой системе. Судя по тому, насколько, по данным разведки, хевы осведомлены обо всех наших рутинных перемещениях во всех системах, вполне возможно, что они знают о Ельцине гораздо больше, чем нам бы хотелось, но план адмирала Гивенс обещает нам возможность обернуть ситуацию против них.

Он нажал на клавишу, и крошечная звездная система над столом внезапно осветилась еще более мелкими светло-зелеными вспышками.

— За прошедший год грейсонцы с нашей помощью укрепили свою оборону, ваша светлость. Мы еще очень далеки от завершения всего, что запланировано, но, как вы можете видеть, достигли значительных успехов. Сам Грейсон хорошо защищен орбитальными крепостями. Они невелики по нашим меркам, потому что остались со времен холодной войны Грейсона и Масады, но их много, и они серьезно перестроены и перевооружены. Вдобавок к этому грейсонский флот сейчас равен по мощности как минимум тяжелой оперативной группе нашего собственного флота — это поистине невероятное достижение для семнадцати месяцев и начального их технического уровня. Второй флот адмирала д'Орвиля — исключительно мощная группировка. С учетом сказанного, сэр, система стала крепким орешком, о который любой агрессор обломает зубы.

— Но она также имеет счастье принадлежать главному союзнику Звездного Королевства, адмирал. — Беспокойство и явственный намек на раздражение чуть изменили голос Кромарти. — Вы предлагаете преднамеренно спровоцировать врага атаковать одну из дружественных нам систем — и даже без согласования с ней.

— Я полностью понимаю смысл моего предложения, ваша светлость, но, боюсь, мы достигли состояния, когда у нас просто нет времени для консультаций. Если адмирал Гивенс права, а я думаю, что это так, хевениты действуют согласно некоему расписанию, которое они разрабатывали и совершенствовали в течение долгих лет. У нас есть собственные планы защиты, но позволять им начинать войну на их условиях, когда они сами смогут выбрать время и объект нападения, крайне опасно. При малейшей возможности нам надо подтолкнуть их к фальстарту или, по крайней мере, заставить атаковать цель по нашему выбору. Но для этого, ваша светлость, нам нужно скормить им кое-какую информацию. Мы хотим, чтобы у них хватило времени пересмотреть план операции и разослать новые приказы со своего центрального командного пункта до того, как наступит их запланированный час «икс». Ключевое звено в наших планах — один из офицеров связи адмирала Гивенс в Бюро планирования операций. Посол хевенитов имел несчастье подкупить его. Он работает на них уже более двух стандартных лет, но они не знают, как мы надеемся, что на самом деле он работает на адмирала Гивенс. До настоящего времени его доклады хевам были стопроцентно точны, но он сообщал им только ту информацию, которая не могла нам навредить или относительно которой мы были уверены, что хевы могут ее получить другими путями.

Мы предлагаем использовать его для того, чтобы хевениты через посла Гоуэна узнали: активность вокруг станции Талбот беспокоит нас настолько, что мы переводим туда в качестве подкрепления несколько линейных эскадр д'Орвиля. Конечно, мы пришлем к Ельцину новые подразделения им на смену, но на это уйдет две-три недели.

В то самое время, когда наш контакт передаст информацию Гоуэну, мы отправим такие же инструкции адмиралу д'Орвилю по обычным каналам. Следовательно, каждый будет знать, что приказ подлинный… Но тот же самый курьерский корабль отвезет особый секретный приказ, инструктирующий адмирала д'Орвиля пренебречь указаниями о передислокации. Если хевы имеют неизвестные нам источники среди наших связистов, они перехватят официальный приказ и подтвердят донесение нашего двойного агента.

Текущий анализ операций хевенитов дает основания предполагать, что противник, скорее всего, координирует действия с базы в системе Барнетт. Если нам удастся достаточно быстро заслать дезинформацию на Барнетт, то, кто бы там ни командовал, у него появится иллюзия, что на Ельцин можно напасть до прибытия нашего пополнения. Только когда этот неизвестный командир поддастся искушению, он обнаружит, что ни один корабль д'Орвиля никуда не уходил.

— Я все понимаю, сэр Томас, но что, если противник атакует Ельцин такими силами, что захватит систему, несмотря на всю мощь адмирала д'Орвиля? И без того плохо, что мы просим наших союзников принять на себя основную тяжесть первого удара. А если этот удар окажется настолько сильным, что противник возьмет верх, несмотря на все наши усилия?

Капарелли окаменел лицом. Несколько секунд он молчал. Когда он снова заговорил, голос его был печальным.

— Ваша светлость, противник собирается напасть на нас. Ни я, ни один член моего штаба в этом не сомневаемся. А когда он это сделает, Ельцин станет первой жертвой. Это случится неминуемо, учитывая слабость нашей границы в этой точке. Я понимаю, какому риску подвергнутся грейсонцы в результате предлагаемой операции. Но, по моему мнению, втянуть хевенитов в нападение на нас именно там и на наших условиях — самая эффективная оборона. При благоприятном раскладе противник недооценит численность подразделений д'Орвиля и нападет недостаточными силами, тогда наши офицеры, д'Орвиль и Гранд-адмирал Мэтьюс, вручат им их собственные головы. Но даже если мы потеряем полностью флот д'Орвиля и весь Ельцин, мы нанесем противнику очень серьезный ущерб, а быстрая контратака с Мантикоры вернет нам систему, и соотношение потерь будет существенно в нашу пользу.

— Понимаю… — Кромарти потер подбородок и глубоко вздохнул. — Как быстро мне надо дать ответ, сэр Томас?

— Откровенно говоря, ваша светлость, чем скорее, тем лучше. Мы не знаем, хватит ли нам времени, чтобы завершить операцию, прежде чем противник атакует на другом участке нашей границы. Если у нас и есть время, то его не так много.

— Я понимаю, — повторил герцог. — Очень хорошо, адмирал. Я дам вам ответ как можно скорее.

— Благодарю вас, ваша светлость.

Капарелли вышел из совещательной комнаты, а премьер-министр облокотился на стол и подпер руками подбородок. Он долго и молча вглядывался в голограмму. Он был политиком с огромным опытом и великолепной подготовкой, и все же его лицо отразило внутреннюю борьбу. Наконец он протянул руку к терминалу связи и нажал кнопку.