можно решить разговорами, и вскоре принцесса Тэйла стала в ужасе наблюдать за тем, как прежде добрый и справедливый Лэмир принялся выкашивать население Эльвондии. И если первые казни были справедливыми — всё же от восстания Милира и от рук его армии пострадали многие жители их мира, то чем дальше — тем становилось всё хуже, и Тэйла затихла, перестав общаться со всеми родственниками.
Однако её родители не желали для неё одинокой участи, и вскоре Тэйлу выдали замуж за одного из очень дальних кузенов. Муж принцессы был тихим и скромным. За долгие века до Дамира у них появился всего один ребёнок, но его тут же забрали у несчастной матери, она даже не успела взглянуть в его лицо, не дала ему имени, да и о том, что это был сын, поняла, потому что к тому времени Лэмир уже начал охоту на возможных соперников.
Спустя долгое время, когда король пообещал, что примет любого младенца с кровью Видаров, как родного сына, супруги попробовали ещё раз, и так у них появился Дамир. Однако его появление стоило жизни тихому супругу принцессы. Женщина испытала ужас, когда у неё забрали мужа, и долгое время не верила, что их с сыном не постигнет та же участь. Однако их не трогали, и Тэйла уже начала мечтать, как станет регентшей при малолетнем короле Эльвондии!
Но, видимо, Тэйла родилась под несчастливой звездой, потому что вскоре появился Намир, и принцесса Тэйла снова замерла в ожидании, что скоро за ней и её сыном прибудут морнезоги — твари, которых придумал и создал Лэмир. Её страх был не напрасным, это показал случай с принцессой Тэссой, которая произвела на свет малыша с серыми глазами. И как только король сообразил, что этот малыш может реально стать наследником, он тут же убил мужа Тэссы, сделал всё, чтобы перепуганная женщина сбежала из Эльвондии, прихватив сына.
Тэйла не была столь решительной, поэтому она просто спряталась и посвятила себя тому, чтобы научить сына скрывать свой ум, честолюбие, силу, желание что-то исправить.
— Ты должен стать тенью, призраком, бестелесным именем, чтобы король не почувствовал в тебе своего соперника, — поучала она мальчика, пока тот ещё ходил, цепляясь за её юбку. — Не выделяйся, и ни в коем случае не будь хоть в чём-то лучше, чем Намир, — требовала она, когда Дамир хвастался перед ней своими успехами в изучении магии. — Ты очень красив, а среди красивых умных мало. Делай всё, чтобы каждый в королевстве знал про тебя только одно — ты красив, и пользуешься этим, без разбору! Пусть будет много слухов о твоих похождениях — это отвращает народ, и король будет тобой доволен.
И теперь мать желает обезопасить своё дитя, а также себя, потому что не так давно поняла, что с взрослением Дамира она всё острее ощущает своё одиночество и отдаление от родственников, особенно тех, которые как-то умудрились сохранить свои пары. И теперь принцесса Тэйла ежедневно ходит к родителям Леи и нахваливает им своего Дамира. Как кажется матери, её дело, хоть и со скрипом, но налаживается…
* * *
Зара не находила себе места. Она то и дело трогала свою отметину. В первый день исчезновения Тэмира она почти пропала, но потом снова стала похожа на обычное тату: больше не светилась, не причиняла неудобств, однако Зара то и дело заливалась горькими слезами, ничего не понимая.
Они с Элем убили короля Тэмира, вытянув из его крови проклятие вместе с жизненной силой. Эльф едва не погиб, стряхивая с себя ошмётки проклятия. Он ушёл в другой мир под присмотром Дамира. Принц потом сообщил, что его едва выходила эльфиечка, в которую теперь влюблён Эль. Зато парень уверен, что его любовь взаимна.
Сама же Зара ни в чём больше не была уверена. Аметист никак не проявлял себя, как супруг. Девушка и сама не знала, что это значит. Но между ними ничего не изменилось кроме того, что они стали жить в одном доме в небольшом флигеле при замке Тианы. Ночами фиолетовый стелил под изумрудного своё крыло, другим прижимая супругу к себе. Уложив поудобнее голову на рога, Леон засыпал, лишь иногда выпуская из пасти огонь, отчего Зара просыпалась и опять заливалась слезами. Вопреки здравому смыслу, девушка думала, что теперь они оба стали брошенными драконами!
Да, ей всё ещё было страшно, потому что она не забыла то время, когда, не успев до конца привыкнуть к строгому и неразговорчивому Килу, она снова осталась совсем одна, да ещё и лишилась сил. И вот снова — стоило ей поверить, что в жизни всё налаживается, как ей приходится, можно сказать, собственными руками убить своего наездника! И дело было даже не в наказании — она готова его принять! Что значит — стать навсегда зверем, потерять свою человечность и быть отправленным в мир, где дракон — страж между мирами живых и мёртвых. Но Зара готова, она это заслужила, потому что погубила единственного мага, способного спасти целый мир! И слёзы сплошным потоком текут по её лицу, никак не избавляя от боли…
Аметист, не смевший нарушать траурное настроение жены, носился по королевству в поисках следов своей наездницы. Однажды он это уже пережил, но тогда парень был один. Теперь есть Зара, он должен думать и о ней.
Если маг девушки погиб, Зара тоже скоро начнёт умирать. Была бы она одинокой, сработала бы магия одинокого дракона, но она теперь замужем за драконом с наездницей! Которая, сука, должна питать магию своего дракона, чтобы тот поддержал супругу.
Но сам Леон в ещё худшем положении, чем Рубин — его волшебница бросила его! И он уже чувствовал, как истощается его магия. Он слышал, как ночами всхлипывает Зара и мечтал, что когда найдёт Тиану, попросит жену испепелить её к чертям! И будут они два одиноких дракона, не зависящих ни от каких придурочных магов.
* * *
Намир искал отца. Конечно, король мог умереть вместе с Тэмиром, но он не мог исчезнуть бесследно! Друзья обыскали дом Тианы и дворец. Бросили на поиски своих сыщиков. Короля не было ни среди живых, ни среди мёртвых. Эта неопределённость приводила к тому, что множество дел приходилось откладывать «на потом», потому что у ИО короля нет тех же полномочий, что есть у настоящего правителя! Дела наслаивались, истощая душу принца, и единственной отдушиной для него стали разговоры с принцессой Леей, которая каждый вечер ждала его в обеденном зале, поддерживая его ужин
