– Завтра вам выдадут команду малышей, и вы потащите их в марш-бросок. Восемьдесят километров, если по прямой. Дороги нет. Туда вас отвезут на катере, а обратно вы вернетесь сами.
– Спорим, я даже знаю, какую именно команду на нас навесят! – предложил Алекс.
Я покачал головой и нахмурился:
– Я тоже знаю. На время?
– Нет, что ты, – ответил сержант, – а то бы некоторых просто не привели живыми, они ж маленькие еще. Просто уложитесь в три дня.
– Ну хорошо, а то я уже испугался, – вздохнул я с облегчением.
– Так сильно хочешь выиграть?
Я надулся:
– Вы имели возможность убедиться, что нет!
Бовес хмыкнул:
– Да, действительно. Хотя на игре твое желание выиграть не противоречило твоей заботе о разумном порядке и о том, чтобы никто не ходил обиженный… А если бы это противоречие возникло? – спросил он, хитро улыбаясь.
– Ммм, мне кажется, мир устроен так, что не возникнет. Ну, может быть, где-то, в каком-то месте, на короткое время такое противоречие и может возникнуть, но ненадолго. И расплачиваться, если ты уступил соблазну, придется по полной программе.
– Это почему?
– Ну, допустим, вы глава государства. Вы всё бросили и все средства вкладываете только в вооружения. Мирное население вы не учите, не лечите, пенсий не платите, недовольных стреляете и так далее. Во-первых, вас скорее всего просто убьют. Или будет большой бунт. Или все, кто может, постараются уехать. Потеряете вы при этом в первую очередь интеллектуальную элиту: ее примут где угодно с громкими криками «ура». И у вас сразу пойдет научно-техническое отставание. А во-вторых, ну, допустим, вы даже разобрались с этими проблемами, выиграли какую-нибудь войну, стерли противника с лица земли, превратили его территорию в одно большое кладбище. Так ведь кладбище не приносит дохода, а ваши собственные солдаты вернутся домой, точно зная, что все проблемы решаются при помощи бластера, и преступность возрастет в разы. В лучшем случае. Ну и, наконец, вы же еще не весь мир завоевали. Соседи испугаются, объединятся – и будет еще одна война с заведомо превосходящими силами противника. Превосходящего в десять, быть может, раз. Со всеми вытекающими последствиями.
– Если все так просто, почему все на свете не пользуются этими рецептами?
– Потому что на практике не все так просто, – ответил я. – Надо хорошо подумать и принять во внимание кучу разных вещей. А это не каждый может сделать.
– А ты можешь?
– В том масштабе, в котором мы играли, получается, что могу.
В этот момент мы подошли к скалам и разговор пришлось прервать.
– Откуда ты все это знаешь? – спросил меня Лео, когда мы оказались наверху.
– Ну, мы же этим занимались! Кремона – такое государство и есть!
– Ммм, да, пожалуй.
Больше в течение дня мы к этой теме не возвращались, да и, откровенно говоря, я уже все самое основное сказал.
Самый обычный день показался мне довольно тяжелым – неужели воевать или соревноваться проще?
«Не проще, а разнообразнее», – заметил внутренний голос.
После ужина я вспомнил, что так и не отжался сто раз за устроенную Крисом драку у склада. Мысленно постанывая, я отправился на штрафную площадку и увидел там своего лейтенанта.
– Тоже вспомнил только сегодня? – поинтересовался я.
– Ага, – согласился Крис, – лень ужасно.
– Мне тоже, – вздохнул я.
Мы приняли упор лежа и начали отжиматься.
– Что это вы тут делаете? – услышал я над собой голос капитана Ловере.
– Э-э-э, – сказал Крис, поднялся на ноги и начал объяснять, в чем дело.
Мне стало ужасно смешно, и я рухнул на землю, чтобы отсмеяться.
– Ясно, – перебил капитан Крисовы объяснения. – Клоуны чертовы! Делать нечего?! Катитесь отсюда немедленно!
Крис тоже не выдержал и рассмеялся. Мы вдвоем хохотали, а капитан Ловере стоял над нами и изо всех сил старался сохранить серьезное выражение лица. Только через несколько минут мы успокоились и побежали к нам – Крис с некоторых пор тоже один из любителей пения.
Вечером я пораньше удалился от костра в палатку. Бедный я, бедный, – пока все наслаждаются жизнью, поют песни и подкармливают пламя тонкими веточками, я должен составить список снаряжения для марш-броска, раскидать его по рюкзакам, учитывая, что приданная нам команда будет состоять из десятилеток, столько же лет Тони, у Роберто еще не зажили плечи после столкновения с колючей проволокой, у Гвидо вся кожа на спине регенерирована меньше трех месяцев назад… И так далее.
Перед самым отбоем ребята тоже вернулись в палатку.
– Чем это ты занимаешься? – поинтересовался Алекс.
Я показал ему список на экране своего наладонника.
Алекс прочитал и задумчиво произнес:
– Хм, если нам не надо будет перебираться через парочку-другую речек, я даже не твоя бабушка, а бабушка сержанта Бовеса.
– Хочешь еще побросать „кошку“? – спросил я. – Впрочем, ты прав, конечно, сейчас внесу.
Гвидо тоже взглянул на экран и побагровел:
– Ну ты меня достал! Черт тебя побери!
– Чего? – удивился Роберто и тоже полюбовался результатом моих трудов.
Эти типы устроили бы безобразный бабский скандал, если бы не Лео, обхвативший их сзади за шеи и закрывший им рты ладонями.
– Кончайте базар! – велел он тихо, но внушительно.
Гвидо перестал трепыхаться. Лео убрал руки.
– Энрик, – заметил он, пересаживаясь на спальник рядом со мной. – У тебя есть начальник штаба, и это теперь его забота. А если через десять километров он ляжет на землю и заплачет, мы его разгрузим.
– Он не заплачет, – ответил я, – он скорее умрет. И Роберто тоже.
Роберто открыл рот, чтобы возразить, но Лео так на него посмотрел…
– У тебя рука зажила? – поинтересовался Лео с чуть заметной иронией.
– Да, – удивился я, – чего ей не зажить, сколько уже дней прошло! – Я осекся. – Ладно, я понял, ты прав.
Я передал Гвидо наладонник:
– Давай, делай свою работу.
– Угу, – согласился начальник штаба. – Завтра после завтрака Лео, Роберто и Тони идут за снаряжением, а ты и Алекс – к капитану на инструктаж. Алекс узнаёт начальную точку марш-броска и уходит прокладывать маршрут, я выясняю, кто нам достанется, и увожу их экипироваться.
– А я?
– А ты останешься там до конца, – Гвидо все еще немного на меня обижался.
– Ага, для мебели, – кивнул я.
Сбылась мечта идиота: заполучил я настоящего начальника штаба. Хохотали мы в подушки, чтобы сержант Бовес не засек – все-таки Алекс не его бабушка.
* * *
Утром на трибунах я увидел всех своих лейтенантов и Стефана сверх того, Крис пришел вместе с Родриго, остальные тоже прихватили кого-нибудь с собой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
