– Мы сидим довольно глубоко, – сообщил он не слишком радостным тоном. – – Я сделал несколько прикидок прошлой ночью и еще несколько как раз перед тем, как вы проснулись. Довольно клейкая штука, Мы по бедра в грязи.
– Теперь скажи то же самое, только короче.
– Я думаю, нас засосало.
– Ты не можешь сдвинуться с места?
– Я пытался всю ночь. Но что бы я ни делал, становилось только хуже. Это вещество – я не знаю, что это такое, не грязь, не песок, – оно ни на что не похоже. Плы-вет как жидкость, а когда начинаешь двигаться – схватывается, как цемент. Тракам не за что зацепиться. Мне жаль, капитан, но машина не может сдвинуться ни на миллиметр.
– Все верно. Мы завязли. Имеем снаружи трех червей. И не можем вызвать помощь. А теперь давай выкладывай плохие новости.
Зигель не ответил. Тишина на переговорном канале неприятно затянулась.
Отвратительная мысль пришла мне в голову. Уиллиг пристально наблюдала, как я поднимаюсь из кресла и направляюсь в кокпит, чтобы лично взглянуть на Зигеля. А заодно проверить Локи и Валаду, работающих на своих постах. Лопец спала. Я протянул руку и выключил переговорный канал.
– Ладно, – тихо сказал я Зигелю. – Сдаюсь. Что ты не хочешь говорить?
Зигель озадаченно посмотрел на меня: – Я все сказал, капитан.
– Тогда я не понял. Вы – ребята неглупые и понимаете, в какое положение мы попали. Но вы воспринимаете это чересчур уж спокойно. Что происходит?
– Капитан. – Зигель развернулся вместе с креслом лицом ко мне. – Если вы боитесь Рэнди Данненфелзера, почему мы должны бояться трех маленьких хторран?
– У этих маленьких хторран большие рты.
– Данненфелзер кусает больнее. Я поднял руку.
– Пусть насчет этого болит голова у биологов. Мы получали какие-нибудь сигналы по сети? Какие-нибудь сообщения?
Зигель погрустнел.
– Простите, сэр. Ничего не было.
– Merde. – В ответ на насмешливый взгляд Зигеля я добавил: – Пардон за мой французский. Я хотел сказать: дерьмо! – Я опустился в кресло второго водителя. – Все в порядке, мы пошлем «SOS». Потребуем немедленной эвакуации. По всем каналам. Они не смогут это проигнорировать.
– А если все-таки проигнорируют?
– Тогда ты и я получим привилегию давать свидетельские показания, когда их будет судить трибунал.
Зигель особой радости не выказал.
– Вы уверены, что хотите послать «SOS»?
– Ты что же, думаешь, мы сумеем выбраться самостоятельно? – Я указал на ветровое стекло. Первые хтор-ранские насекомые уже проедали дорожки, но их было не так много, как я ожидал. – Думаешь, они сильно голодны? Мне так не кажется. Слой этой дряни достаточно толстый, а местность заражена не так сильно, и я не думаю, что здесь соберется достаточно личинок, чтобы выесть нам путь на свободу. Это больше не транспортер, а дот. Не так уж много у нас осталось возможностей…
– Но нам пока не удалось выяснить, от чего погиб тот червь, – заметил Зигель.
– Не надо искушать меня. Зигель пожал плечами.
– А мне нравятся мертвые черви.
– Знаешь что? Вы слишком кровожадны – вы оба, ты и Уиллиг. Давай посылай «SOS».
– Спасибо, – поблагодарила Уиллиг, подойдя сзади. – Мы стараемся изо всех сил. Всегда приятно, когда тебя замечают. – Она шагнула ко мне, чтобы подать кружку с чем-то горячим и отвратительным на вид – возможно, с намерением проверить эту гадость на мне.
– Это не комплимент. Не забывайте, что в машине образцы и записи, которые надо доставить домой как можно быстрее. Они уникальны. – Я с подозрением понюхал содержимое кружки. – Боже! Кого вы собрались отравить? Меня?
– Вы заявили, что я кровожадна. Словами вам не отделаться – испытайте это на себе.
Я содрогнулся и отвернулся.
– Рейли! Что делают эти три червя?
– Просто спускаются с холма.
Я протиснулся мимо Уиллиг и вернулся обратно к работающим пультам. Их экраны ярко горели в приглушенном освещении машины. Рейли вывел на один экран тактическую схему, а экран рядом показывал внешний обзор. Картинка была подернута розовым туманом, но виднелись три темные тени, прокладывающие себе путь вниз по склону, покрытому сахарной коркой. На схеме это были животные среднего размера.
– Они молодые, – сказал я. – В самом крупном всего 400 килограммов. Хотелось бы мне посмотреть их полосы. Можешь увеличить резкость?
Рейли пробежался по клавиатуре, вызывая телефотоизображение. Еще несколько нажатий на клавиши – и картинка заметно прояснилась. Но это не помогло. Мех червей был запорошен пылью, и, кроме того, двигаясь сквозь сугробы, они поднимали вокруг себя большие облака пыли. Судя по схеме, они направлялись не прямо на нас.
Неожиданная мысль пришла мне в голову.
– Как выглядит наша машина снаружи? – Что?
– Да так, не обращай внимания. – Я уже залезал в башню. – Мы все еще похожи на боевую машину – или просто на очередной бугор в пыли? Пройдут они мимо – или нам предстоит драка?
Сквозь стекло башни виднелась только розовая пелена. Все закрывал тостый слой пыли, но свет все-таки пробивался. Я постучал по клавишам рабочей станции башни, на крыше наружу высунулась камера и, развернувшись вокруг своей оси, показала вид транспортера сверху. Он был весь розовый, но очертания все-таки выдавали сделанный человеком предмет. Любопытство червей хорошо известно – если они нас заметят, то непременно обследуют. А если почувствуют внутри движение, то на-падут.
Или не нападут?
В последний раз, когда я оказался в подобной ситуации, черви не напали – по крайней мере, до тех пор, пока мы не попытались удрать из упавшей вертушки. И я до сих пор не уверен, что они нападали. С таким же успехом это могла быть реакция на ярко светящийся, напоминающий червя дирижабль, который забирал нас.
Я спустился в главный отсек и снова заглянул через плечо Рейли.
– Выдвинуть пушки? – спросил он.
– Не надо, пусть остаются под крышками. Может быть, эта троица скорее любопытна, чем агрессивна. Кроме того, я не думаю, что червь способен взломать нашу броню. Давай прикинемся мертвыми и посмотрим, что они предпримут.
Черви были уже почти у подножия холма. За ними в сугробах на склоне остались широкие борозды. Скоро эта часть Мексики надолго покроется плотной коркой. Здесь не хватит личинок, чтобы съесть все дочиста. Возможно, гнездо под волочащимися деревьями еще слишком молодо и не может производить достаточное количество яиц.
– Они увидели нас… – сообщил Рейли.
Черви скосили глаза в нашем направлении и негромко зачирикали. Они сомневались и остановились, чтобы посовещаться. Если бы не их щебет, они выглядели бы почти комичными созданиями – взгляд искоса делал их похожими на подвыпивших игрушечных гусениц, а припудренный розовым мех придавал очарование плюшевых медвежат. Но все портили издаваемые ими звуки. Их сильно приглушало одеяло пыли, покрывающее окрестности, но даже без усилителя сигналов то, что доносилось до нас, леденило кровь. Они обменивались неприятными вибрирующими звуками, похожими на писк насекомых, с причудливыми обертонами, которые придавали крикам неземное тревожное звучание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
