— Чем могу быть полезен? — взволнованным голосом поинтересовался директор строительной фирмы.
— Я навел о вас справки. Все вас характеризуют, как добросовестную фирму, качественно выполняющую свою работу — ровным голосом начал старший.
Неужели клиенты? — Все верно, мы все работы выполняем качественно и в срок.
— У меня будет для вас работа, если мы, конечно, договоримся.
— Что вы хотите построить и какие будут объемы? За окном зарычал мотор подъехавшей машины и директор осознал — все, работа накрылась медным тазом. Бригадир, их крышующий, был здоровее, чем самый здоровый из пришедших и имел очень злобный нрав и кличку за глаза — Гоблин: перечить ему в городе никто не пытался. Дверь с треском распахнулась — по — другому заходить этот гоблин считал ниже своего достоинства.
— Хорошая тачка, я хочу себе такую же. Вы кто такие, откуда — я вас не знаю, че вам здесь надо — работу предложить этому? — он небрежно мотнул в сторону директора. Старший чуть повернулся.
— У нас идет деловой разговор, вы нам мешаете. Это не прилично. Когда мы закончим, можете решать ваши вопросы с директором. А пока выйдете, не мешайте!
Это он зря — с тоской подумал директор. Влипли вы мужики… Гоблин был того же мнения.
— Это кто здесь директор? Да это говно под моими ногами — выдал Гоблин где то услышанную фразу. Старший как то ловко, без скрипа развернулся вместе со стулом к бандиту.
— А ты кто, болезный? Обзовись. Под кем ходишь? С чего такой борзый? Давно рога не ломали, сохатый? До Гоблина дошло…
— Борзеешь мужик — оскалился он — это хорошо. А я вот думал, как у вас колеса отобрать. А сейчас все будет по понятиям … Старший чуть шевельнул бровями и двое сопровождавших Гоблина подручных рухнули на пол. Старший, взметнувшись со стула рванулся к бандиту и тот упал, скрючился и захрипел. Незнакомец развернул стул, сел на него.
— Не люблю, когда меня прерывают так борзо — пояснил он директору. И машина моя мне самому нравится — чего это я буду ее отдавать каждому хаму. Достав из кармашка рацию вызвал водителя своей машины:
— Первый пятому. В подъехавшей машине два гоблина. Нейтрализовать.
Из рации раздалось — Наглухо, или как? — Оставить шофера. — Принято.
Обернувшись к здоровяку старший бросил — Гоблину сломать руки и ноги, чтобы больше не пугал нормальных людей. Остальных — на твое усмотрение. Здоровяк хищно оскалился — директору даже стало немного жаль этих бедолаг.
Повернувшись к директору незнакомец продолжил прерванную речь — Нам необходима строительная бригада для реализации вот такого проекта — он раскрыв папку протянул план — чертеж. — Оплата сдельно премиальная. Премия за скорость выполнения. Директор изумленно посмотрел на старшего, оторвавшись от проекта — Но мы одни такое не потянем…
— Естественно. Но у вас же есть приятель, которого вы привлекаете в случае необходимости. Старшим по строительству будете вы — добирайте необходимое количество персонала, но не раздувайте штаты — обман у нас не приветствуется. Работы будут производиться не здесь. Доставка до места работ и обратно за наш счет. Питание за наш счет. Разносолов и деликатесов не обещаю, но голодными не будете. Вроде как не заметив настороженность при словах: в другом месте, продолжил:
— Оплата в конце каждой недели каждому сотруднику, согласно выполненной работы. В рублях или долларах по вашему желанию. Но можно и так: каждому работнику здесь выдается на руки общая сумма за весь объем проделанных в будущем работ. Можно наличными можно на счет в банке на любую фамилию.
— И какова общая сумма на каждого — взяла верх коммерческая жилка директора. Старший протянул лист с проставленными цифрами против каждой специальности. Цифры были не то чтоб огромными, но в период кризиса о таком заказе можно было только мечтать…
— Добавить бы… — протянул просительно директор.
— Прокурор добавит… — усмехнулся незнакомец. Они глянули друг на друга и рассмеялись. Затем началось обсуждение рабочих деталей.
…ПАПА — глава криминальной группировки города был в ярости. Только что в его загородный особняк приехал слегка помятый водила Гоблина и провез бригадира со всеми разбитыми суставами на руках и ногах; двух его сильно избитых боевиков и одного мертвого. Все это мелочи — набрать пехоту — как сморкнуться на асфальт. Взбесило другое. Письмо… Послание… Гоблин наехал по беспределу на серьезных людей и они выставили его хозяину — ПАПЕ ультиматум: в течение четырех часов покинуть город и больше никогда в него не возвращаться. Иначе… Что будет в случае …иначе не говорилось, но и так все было ясно — мочилово, однозначно. Подумалось — попросить поддержки у «синяков» — уголовников, но вспомнив, с каким трудом удалось заставить их смириться с его старшинством в городе, мысль отпала сама собой. До конца срока осталось полчаса, почти все его силы собрались в особняке. — Потанцуем — вспомнилась фраза из какого то фильма.
— Урод! — подумал ПАПА о Гоблине. Сам бы лично сжег его, или разрубил на куски. Сколько сил, времени, людей, бабок, своего здоровья потрачено и вот результат. — Но мы еще посмотрим! Прошло уже четыре часа, а серьезных что — то не было. — Может обойдется — с затаенной надеждой подумал он. — Откуплю чужой косяк… Не ОБОШЛОСЬ! Где то заполошно простучала короткая очередь из калаша, хлопнуло несколько пистолетных выстрелов и наступила тишина. — Неужели все? — подумалось тягостно. — Нет, я еще повоюю! По коридору затопали уверенные шаги. ПАПА поднял автомат — Давайте, суки, возьмите меня… Что то обрушилось ему на затылок, свет в глазах померк, он потерял сознание, чтобы больше никогда в него не возвращаться. Незнакомец в черном спецназовском костюме подошел к двери, провернул ключ.
— Не заперто. В комнату вошло еще несколько человек.
— Что по дому? — Зачищен полностью.
— Осмотрите здесь все, соберите, что нужно. Подойдя к сейфу набрал код и открыл тяжелую дверцу. Там лежали пачки денег. Много пачек…
— Есть чем заплатить работягам — весело воскликнул он. «ОДИН» — возьми троих, навестим «синяков», объясним им политику нашей партии на данном этапе — в город пришли КРАСНЫЕ…
Глава двадцать третья
…катится в прошлое…
За неделю до перехода в армии все устаканилось. Были попытки уговорить, задобрить, даже запугать, но отступились — вывели в резерв, по другому не получалось. И так пришлось походить по кабинетам в невидимости, повнушать, что виноват во всем командир подразделения (что вполне соответствовало). Карьера его, как и служба накрылись медным тазом, да и сыночку в этом подразделении не служить. А дальше заглядывать не стоило — другие планы, другие задачи. Моя практика военного хирурга давно уже закончилась, чему еврей полковник был несомненно рад. Реального опыта было предостаточно, тем более я успел попрактиковаться и в ЦВГ имени Бурденко, а это уже высшая категория. Ольга с каждой операцией повышала свою квалификацию. Правда возник один раз форс — мажор — хорошо, что утром, когда я еще не ушел по своим делам на целый день — позвонила с больницы: приехал проверяющий по ее душу — какой то добрый человек уведомил начальство, что медсестра, не имеющая разрешения проводит хирургические операции. Короче Ольга в шоке, главврач в панике: сидят в его кабинете и как могут отбиваются от наездов проверяющего. Безуспешно. Пришлось лететь на машине — пешком не солидно; подъехать к самому крыльцу и не спеша пройти к кабинету главврача. Зашел, поздоровался, взял под ручку проверяющего и вывел в коридор. Минуты через две он зашел, выслушал в очередной раз байку, что все это наговоры завистников, согласился и даже показал докладную доносчика. Встал, уверил всех, что все в порядке — он разобрался во всем и отбыл. Все это мне рассказывала Ольга сидя вечером на кухне за ужином. Я как раз вернулся с очередной инспекционно — познавательной поездки с аэродрома базирования «Грачей» — фронтовых штурмовиков Су — 25. Так что я заправлялся, слушал и поддакивал в нужных местах — а что еще женщине надо! …
— Главврач у меня спрашивает про тебя — а кто он такой?
— Ты ему конечно ответила, что я — человек в творческом поиске, проще говоря безработный. — Вот еще! Я сказала, что ты у меня вообще ого-го…
— Правильно, каким еще может быть мужчина у такой прелестной и очаровательной девушки? Ольга распрямила спину, стараясь принять соблазнительные, завлекательные позы.
— Конечно, ведь ты у меня настоящий мужчина. — Угу — не успев прожевать среагировал я на похвалу, ожидая подвоха. — И конечно докажешь это ночью?
— Настоящий мужчина должен ночью спать, набираясь сил для дневных свершений, а не заниматься ночью черти — чем…
— Ты не прав. Настоящий мужчина ночью сначала должен заниматься черти — чем, а уж потом может поспать — если останется время! Спорить с женщиной в таком вопросе — себе дороже. И мы пошли заниматься черти — чем…
