не разглядишь.
Мало того, я-то думала, что сниму уникальные кадры, ага, размечталась! Самого ларрега снять практически невозможно, только голову немного и часть хвоста, ну мельтешение крыльев еще, но там вообще ничего не разберешь. В результате, у меня просто получилась некачественная аэросъемка довольно скучного пейзажа. Если бы нас несколько человек одновременно летело, то тогда еще можно было бы снять что-то интересное, хотя бы ларрегов в полете со стороны. А так, разводилово одно!
— Прогулки на ларрегах за это и ценятся, — рассмеялась Марсия, — после комфортных аэрокаров такой полет ощущается как опасный и захватывающий.
— А как там Приэллья? — я до сих пор беспокоилась об оставленной в пустыне вредине.
— Ой там вообще верх непрофессионализма, — снова скривилась Алиса, — оказывается, эти любители драконов проворонили, что она уже беременная. А ларреги на ранних сроках крайне раздражительны, у них инстинкт защиты потомства очень сильный, это она еще долго терпела, что вы там с тем мужиком по ней лазили. А потом не выдержала и решила немного проучить. Лючиана, конечно, извинялась со страшной силой, но, по-моему, они там жулики те еще. Что она, что папаня ее. Я бы на них в суд подала, не будь они хорошими знакомыми господина Вилфорта!
— Они очень честные и порядочные люди, — снова вступилась за за них Марсия, — просто зациклены на своем заповеднике и разведении ларрегов, а остальное частенько не попадает в поле их внимания. Но все работники заповедника у них настоящие профессионалы, и несчастных случаев до сих пор у них не было!
— Знаешь что, защитница! — взвилась вдруг Алиса, — ты бы вообще лучше помолчала насчет несчастных случаев! Я тебе тоже похищение Лизы до сих пор не простила и не собираюсь!
— Я этого и не прошу, — гордо подняв голову, заявила Марсия, — и с себя вины не снимаю, но если бы я могла все вернуть назад, я поступила бы точно так же. И все же, сама я тоже буду нести всю жизнь груз этого поступка.
— Да ну, конечно, — недоверчиво протянула Алиса, но тут же озабоченно нахмурилась, — а если серьезно, твой бывший не сможет больше никому навредить?
— Не бойся, не сможет, — уверенно ответила Марсия и ехидно усмехнулась, — впрочем как и твой. Он хоть получит гораздо более мягкое наказание, но жизнь его уже никогда не будет прежней. Впрочем, сам виноват.
— Ты про Егора? Что ты имеешь в виду? — Алиса с тревогой посмотрела на Марсия, да и я, признаться, напряглась. Все это время я усилием воли заставляла себя не думать о Егоре.
— Да я о господине Соболеве, или теперь уже официально Хорьке. Вы наверное не знаете, но это не просто кличка, это имя, данное ему хозяином или так называемым “эрсаном”. Мой бывший муж заключил с ним договор, по которому господин Соболев добровольно отказался от статуса дееспособного гражданина за пределами Земли и, можно сказать, передал себя во владение Чезару Аррдину, то есть стал его “эаритом”.
Таким образом, именно мой бывший муж нес ответственность за все поступки Хорька, а тот в ответ беспрекословно подчинялся его приказам. И хотя, как я уже говорила, наказание его в связи с этим не будет строгим, но равноправным членом общества он уже никогда не будет. И на Землю вернуться тоже не сможет. Вполне возможно, что я даже смогу переоформить владение им на себя. А хочешь, подарю его тебе на свадьбу? — и она насмешливо посмотрела на меня.
— Нет, не надо, пожалуйста, — перепугалась я, — и вообще, разве это не слишком? Он же живой человек, разве можно с ним так? Как с вещью?
— По законам Седьмой Галактики можно, — пожала плечами Марсия, — возможно тебе это кажется жестоким, но этот закон был принят после нескольких инцидентов, когда представители малоразвитых инопланетных рас, по тем или иным причинам привезенных на Теу-Рикан, совершали преступления не потому, что были плохими, а потому что их менталитет и понятия плохого и хорошего слишком отличались от нашего.
И тогда было решено, что справедливо будет возложить ответственность на тех, кто их привозил и обязан был следить за такими людьми. Это не совсем имущественные отношения, тут я, конечно, сгустила краски, скорее это напоминает опекунство над психически нездоровым человеком. И хотя специальная комиссия должна следить за не причинением вреда “эаритам”, все же “эрсаны” имеют над ними огромную власть.
— А расторгнуть как-то можно такой договор? — спросила я.
— Ну началось, снова Лиза жалеет всех и прощает, — завелась Алиса, — да ты могла умереть из-за него!
— Ну чисто теоретически можно, но очень сложно, — задумчиво протянула Марсия, — да и вряд ли он захочет, ведь тогда ему придется и наказание нести. Вряд ли он хочет провести лучшие годы своей жизни в инопланетной тюрьме, вдали от своего дома. А так, если докажет, что заключил договор не добровольно, а под давлением или под угрозой жизни, то при наличии хорошего адвоката может и получиться.
— Я этим заниматься точно не буду, пусть сам выкручивается, — нахмурилась Алиса, но тут же снова расплылась в улыбке.
— Ой, Лиза, я ж тебе такую новость не рассказала! Янг летит со мной на Землю в длительную командировку, представляешь?
— Здорово, — порадовалась я за нее, — а зачем?
— Ну как зачем? Разбираться с этой самой сывороткой, искать, кто из вышестоящих до сих пор в сговоре с инопланетными преступниками. Глупо думать, что один только господин Аррдин виновен в произошедшем. Долгое время на Земле получали выгоду люди, всегда пребывающие в тени и спокойно наблюдающие, как их соплеменники движутся к пропасти. Опять же, нужно будет проводить просветительскую работу среди населения, объяснять вред таких генетических изменений. Ведь уже не одно поколение выросло, считая себя совершеннее других, обычных людей.
Представляешь, что начнется, когда человечество узнает об этом грандиозном обмане? И что они не представители высшей расы, достойные всех благ общества, а просто жертвы нечистоплотных дельцов. В общем, там дел невпроворот, его не одного пригласили, целую делегацию. Я и не знала, что на Земле целое сопротивление работало против этой системы. Меня тоже пригласили к сотрудничеству, буду за информационную
