— Будь они открыты… — с тоской проговорила Анастази.
Фреска на фасаде изображала лекария в окровавленном фартуке. Лицо специалиста закрывала медицинская маска, а в руках он держал сосуд Гигеи. Время не пощадило рисунок, и пигменты утратили яркость, а штукатурка без ухода начала осыпаться.
— Ничего, — вполголоса произнёс Кемром, — нам только мост пересечь.
Сразу после этого его едва не сбили с ног невероятной силы ветер и толчок, что трещинами вскрыл дорогу и тротуар. Капитан крепче прижал к себе Анастази, когда в небе вспыхнули молнии, и мир вступил в тёмную свою фазу. Громыхало так, будто механизмы, прежне сковывающие Мать Войны, утратили свою силу.
— Антон! — Лайне испугалась и уткнулась в плечо мужчины.
Оглушительный рёв. Прорванная земля и бьющая из-под неё кровь.
Когда все затихло, Кемром только сказал:
— Случилось.
Рождённый Восхождением ветер в последний раз пронёс по Старограду агитационные листовки и утопил их в кровавых пучинах Дунари.
— Отпусти меня, — настойчивым полушёпотом попросила Анастази. — Отпусти. Так мы быстрее перейдём на другую сторону.
Отпираться Кемром не стал. Убедившись, что спутница способна стоять на своих двоих, он повёл её в обход центральной улице.
Мост их встретил потрясающей пустотой. Транспорта осталось немного — Анастази насчитала не больше десяти машин, включая красморовского «Ворона». Пострадавших на полотне не оказалось: брошенные автомобили были пусты. Вестнице невольно подумалось, что было бы неплохо сократить дорогу на колёсах, но ключей нигде не было.
— Я уже думал об этом, — бросил Кемром через плечо, когда Анастази заглянула в одну из машин. Девушка смущённо отпрянула. — Угон займёт больше времени, чем своим шагом.
Несмотря на то, что Лайне могла идти, делала она это крайне медленно. Кемром, обессиленный не меньше, больше её не торопил. Они оба находились на последнем издыхании, а ревущая под ними река то и дело тянулась своими волнами наверх, периодически отхаркивая фрагменты съеденных ранее жертв.
— «Внимание-внимание!» — пробудились подвешенные на опоры репродукторы. Кемром и Анастази приостановились. — «Всем покинуть Мост Вечности. Повторяю. Всем…»
Очередная высокая волна залила ближайший громкоговоритель, и жуткий писк наполнил Вечность. Лайне, скривившись, передёрнула плечами.
— Сомневаюсь, что мы исключение, — проворчал капитан и, схватив вестницу за локоть, прибавил шаг. — Мы должны успеть…
— Что они задумали?
— Не знаю и не уверен, что хочу знать. Возможно, что-то с мостом…
Вспышка.
Расступился червонный туман.
Заревом залилась Дунари, и ударная волна пронеслась по дорожному полотну. Кемрома отбросило на пару метров вперёд, и он спиной впечатался в развёрнутую боком легковушку. На дверце серебристого «Бехаса» осталась вмятина.
Взрыв пришёлся на первый километр моста со стороны Новограда.
Анастази кинуло к бетонному ограждению. Подняться она смогла не сразу; однако, переведя дыхание, она осторожно встала, но лишённое свай полотно начало провалиться. Земля резко ушла из-под ног — балтийка вскрикнула.
— Ана! — Кемром, схватив девушку за запястье, попытался её подтянуть.
Один за другим лопались несущие тросы. Скрежетом зашлись мостовые пилоны; дорога проваливалась целыми пролётами и уходила на дно. Выдерживали лишь те участки, вес которых приходился на уцелевшие сваи.
— Уходи! — Анастази попыталась разжать руку, но хватка капитана оказалась невероятно крепкой. — У тебя ещё есть время!
— Ни за что, — воспротивился мужчина и второй рукой вцепился в запястье вестницы. Едва он вытянул её, как асфальт под ним треснул. Осознав тщетность положения, Анастази в отчаянном рывке оттолкнулась и вырвалась. Полетела вниз. — Ана!
Удар.
Резко обдало холодом.
Дунари приняла Анастази в свои объятия. Погружалась она медленно, и боль в треснувших от удара костях угасла. Жар сменился удушливой прохладой. Облёкшая девушку субстанция оказалась настолько густой, что сил выплыть у Лайне не нашлось. В какой-то момент ей даже казалось, что нечто схватило её за ноги и потянуло ко дну.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Нехватка кислорода обожгла лёгкие. Первые секунды респиратор сдерживал проклятую воду: когда она почти проникла внутрь, норовя заполнить носоглотку, кто-то нырнул рядом и, подхватив Анастази, потянул в сторону набережной. За багровой пеленой сверкнула пара синеватых прожекторов и тут же погасла.
Внезапно пелену над головой прорвала пара шарнирных рук. Покуда хватка, поддерживающая Анастази на плаву, слабла, иная вытягивала её на поверхность. Невероятной силы конечности вытащили вестницу из воды и затащили на палубу теплохода.
Спасший Анастази матрос молниеносно сорвал с неё респиратор и полотенцем вытер лицо. Зрение восстановилось не сразу. В течение нескольких секунд девушка видела перед собой расплывчатые пятна вместо объектов и лиц. Только обращённый в зарево мост за этой слепотой сохранял тошнотворную чёткость.
— Эй-эй, ты как? — спросил её роботарий. Он легонько похлопал вестницу по щекам, а после взял за подбородок. — Всё в порядке? С тобой кто-то был?
— Антон?.. — ошеломлённо вымолвила девушка. Подняв взгляд, она испуганно оттолкнула от себя матроса и подорвалась к правому борту. — Антон!
В слепой надежде она наклонилась через ограждение и протянула руки к волнам. Ледяные касания Дунари обожгли подушечки пальцев. Мощный порыв ветра сорвал полотенце с плеч. Только Анастази креном вновь потащило за борт, как уже другой матрос оттащил её от края. В этот раз вырваться не получилось.
Отчаяние удушающей петлёй затягивалось на шее. Паника крала дыхание; не успели Анастази увести прочь, как Кемром смог вырваться из плена Дунари. Пытаясь удержаться на поверхности, он тянул руки к небу. Находившийся неподалёку роботарий, определив новую фигуру, бросил спасательный круг. Вместе с ним капитана затянули на борт.
Защитная маска испортилась: из-под неё валил дым. Пытаясь её снять, мужчина задёргался, но та будто срослась с ним. В разбитой скуле бил ток. Кислорода начало не хватать. Руки парализовало паника.
Анастази подползла к капитану. Нащупала застёжки. Дрожащими пальцами расстегнула крепления, и маска наконец выключилась да отстала от лица — вестница осторожно придерживала её за края. Едва накладка полностью отошла, как Кемром отвернулся. За ржавчиной воды слышалась горелая плоть. Капитан сделал несколько судорожных вздохов, укрываясь от стороннего взгляда.
— Дай посмотрю, — коснувшись мужского плеча, попросила Анастази. — Антон?
— Не стоит, — отказался тот и, ощупывая кожу, на мгновение замер. Облегчённо выдохнул. — Оно почти всё.
В итоге от моста остались только сваи: уцелел лишь заезд со стороны Старограда — полуостров остался отрезан от наземных границ.
С полными неверия глазами вестница смотрела, как под воду уходили обломки подвесных конструкций и автомобилей. Покорёженный металл, скрываясь в буйных водах, выбрасывал на поверхность машинное масло и топливо.
«Каэльтину Дунарию» бесповоротно отрезало от городского речного канала. За обломками подорванного моста растекался огонь, и вот уже багровый дым окрашивал небосвод алыми красками.
— Мы чуть не погибли… — потрясённо произнесла Анастази. — Опять.
— Ещё не привыкла? Не хочу хвастаться, но мне предрекают смерть уже не первое десятилетие, — хмыкнул Кемром и спрятал неисправную маску в один из ящиков на палубе. — Рагнара говорила, что меня погубит самонадеянность, а Царевна — что золото…
— Ты не похож на дракона, — нервно пошутила Лайне, и мужчина одобрительно ухмыльнулся. — К чему всё это?
— Я всё ещё здесь, так что, как видишь, умирать… не всегда обязательно.
***
Ливерий изумился, когда на выходе из двигательного отсека его перехватил один из роботариев и сообщил о новом улове. Мужчина не стал напоминать, что находятся они на пассажирском теплоходе, и только понадеялся, что в «сети» попали не чьи-нибудь останки.
