подумал.
— Даман, сука, ответь, блядь!
— Он уже никому и никогда не ответит, Гамбит, — услышал знакомый голос того, того, кого так долго искал все это время — Голев!
— Что ты с ним сделал? — прорычал в трубку, сжимая мобилу с такой силой, что она начала трещать у меня в руке.
— Отправил на тот свет, чтобы под ногами не мешался, — спокойно ответил это ублюдок. — И тебя тоже скоро ждет такая же участь, Гамбит.
— Я найду и прикончу тебя, пидор! — пообещал ему.
— Зачем же меня искать? — насмешливо поинтересовался он. — Мы и так скоро увидимся. Так что, Гамбит, до скорой встречи.
И он повесил трубку.
— Мразь! — заорал я, со злостью швыряя телефон на землю, из-за чего он разлетелся на запчасти. — Тварина-а-а! Гнида-а!
Я не мог поверить, что только что лишился друга. Человека, которого знал уже многие годы и который не раз помогал мне в сложных ситуациях. И вот его не стало.
А виноват в его гибели никто иной, как этот ублюдок Голев!
— Я найду тебя, тварь! — даю волю своим эмоциям.
Скорее интуитивно, чем физически, ощущаю, что рядом со мной кто-то есть, и это не тот, кого я недавно отмудохал.
Хочу повернуться в ту сторону, с которой чувствую угрозу и… резкий удар, и висок простреливает дикой болью, заволакивая сознание… Мгновение, и я падаю на землю, погружаясь в темноту беспамятства.
Глава 33
Очнулся от того, что на меня вылили ведро ледяной воды.
— Что за… — начал я, отфыркиваясь.
Попытался убрать с лица стекающую влагу, но не смог — руки оказались скованы цепями, а сам я подвешен к потолочной балке, и висел над полом.
— Ну, вот ты и очнулся, — раздался за спиной довольный женский голос. — Как тебе мое гостеприимство, Гамбит?
— А ты всех своих гостей встречаешь таким образом: приковываешь цепями к балке, подвешивая? — кручу головой, пытаясь выявить собеседника.
— Только самых строптивых, — мурлыкнула незнакомка, проведя ноготком по моей спине.
Дернулся, пытаясь хоть как-то отстраниться подальше, но не получилось. Послышался смех:
— Ох, Гамбит, ну зачем же ты так реагируешь? Подумаешь, всего лишь дотронулась.
— А может, мне неприятны твои касания? — снова дернулся.
— Вот еще, каждому мужчине нравится, когда я его касаюсь, — проговорила она, обходя меня и вставая спереди, чтобы заглянуть в глаза.
— Так уж и каждому? — скривился я, разглядывая незнакомку.
Девушка, надо сказать, на любителя. Алина куда краше, чем эта белобрысая выдра.
— Хочешь проверить? — изогнула она бровь, лукаво глядя на меня. — Я ведь могу тебе такое удовольствие доставить, какого ты никогда в своей жизни не испытывал.
— Вот уж сомневаюсь, — презрительно фыркнул, снова дернувшись, но цепи держали прочно.
— Зря, — улыбнулась она, облизывая кончиком языка свои губы, и… потянулась наманикюренными руками к ширинке на моих штанах.
— Какого хера ты собралась делать? — тут же весь напрягся, сверля ее гневным взглядом.
— Доказать, что могу доставить удовольствие. Разве не ясно? — хохотнула она, залезая рукой мне в трусы и начиная наминать член. — Тебе понравится, обещаю!
— Руки свои убрала! — зарычал я, снова дернувшись, но отстраниться, разумеется, не получилось — цепи, мать их!
Блондинка хохотнула и вытащила член из трусов, который сейчас находился в спокойном состоянии.
— Он у тебя даже в расслабленном состоянии впечатляет, что же будет, когда он станет эрегированным? — облизываясь, выдохнула она, начав склоняться к паху.
— Отвали от меня! — взревел, начав дергаться, словно меня сейчас начнут резать.
— Не дергайся! — рявкнула она, ткнув кулаком под ребра. — Иначе пожалеешь!
— Да пошла ты! — скривился от неприятного тычка.
— Засранец! — хохотнула она и ударила мне по лицу, оставляя свой отпечаток ладони на нем.
— Слушай, не знаю, как тебя там зовут…
— Лариса, — пожала она плечиками, тут же ответив мне.
— Послушай, Лариса, — попытался успокоиться, прикрыв на мгновение глаза, — отвали от меня по-хорошему…
— Иначе, что? — выгнула бровь, с улыбкой глядя на мой член. — Ты лучше, Гамбит, заткнись, и просто наслаждайся.
Ухватился руками за цепи и подтянулся вверх, напрягая не только мускулы, но и пресс, и тут же толкнул Ларису ногами так, чтобы она отошла как можно дальше. Сам же попытался освободиться, но…
— Тварь! — взревела эта ненормальная.
Подлетела ко мне и со всей дури врезала кулаком в область солнечного сплетения. Из-за чего я тут же сорвался вниз, а цепи вонзились в запястья, повреждая кожу. В глазах резко вспыхнуло от боли, а из легких, словно весь воздух выкачали.
— Ты что, хочешь, чтобы я тебя кастрировала?! Нет? Тогда виси смирно и, возможно, я оставлю тебя в живых! — прошипела девушка, доставая из ножен обоюдоострый кинжал и проводя им по моей груди, медленно спускаясь вниз. Туда, где находился мой член.
— Ты больная! — просипел я, тряся головой, пытаясь отогнать противные мушки, появившиеся перед глазами после удара.
Она ничего не сказала, лишь довольно хмыкнув.
И снова ее рука потянулась к моему «другу». Она с таким голодом смотрела на него, будто никогда в жизни не видела мужского достоинства. Как
