Еще через десять минут, сойдя на берег, мы вытолкали катер на глубину и с включенным мотором и зафиксированным швартовочным канатом рулевым к штурвалом отправили в свободное плавание, уложив так и не пригодившиеся яркие спасжилеты на сиденья — при взгляде с идущего достаточно высоко вертолета вполне сойдет за сидящих людей. Выходить прямо на шоссе не стали — слишком уж вид у нас был… ну, неоднозначный, — просто залегли в ближайших кустах, дожидаясь подходящей машины. «Подходящая» появилась минут через пятнадцать — не первой свежести «ЗИЛ-130», судя по затрапезному виду, принадлежащий одному из местных поселковых автохозяйств. В принципе, на марку и тем паче на внешний вид автомобиля нам было глубоко плевать — просто этот неторопливо ползущий по серой асфальтовой ленте грузовик был на тот момент единственным на шоссе, что было нам весьма на руку в смысле маскировки — иначе, захватывая одну машину, нам пришлось бы перестрелять всех оказавшихся в зоне визуального контакта водителей… кроме самого зиловского шофера, который был нам еще нужен.
Машину остановили просто — время прятаться и действовать скрытно безвозвратно прошло: вышли прямо на дорогу, и капитан, держа автомат на виду, отмахнул рукой, приказывая остановиться. Водила спорить не стал, ударил по тормозам, остановился, обдав нас облаком пыли, и, распахнув дверь, попытался сбежать. Добежал он только до противоположной обочины — застоявшийся без дела Вовчик в три прыжка догнал его и короткой подсечкой опрокинул на землю.
Привычно заломив руку, помог подняться на ноги и, быстро обыскав, отконвоировал обратно.
— Поехали, — коротко буркнул капитан, похоже, все еще испытывающий определенную «моральную скованность» в действиях, направленных против мирных граждан (там, на железнодорожной станции, когда на нас шли солдаты и спецназ, ничего подобного я за ним не заметил), и уселся за руль. Вовчик впихнул через правую дверь пленного и, дождавшись, пока залезу и я, протянул изъятые при обыске документы и лихо заскочил в открытый кузов, наполовину загруженный помятыми алюминиевыми бидонами.
Сергей выжал сцепление и осторожно газанул, набирая скорость. Старый грузовик, словно почувствовав за рулем нового, гораздо менее лояльного, нежели прошлый, хозяина, не стал артачиться и довольно резво покатил вперед, свирепо взрыкивая не слишком хорошо отлаженным двигателем и грохоча молочной тарой в кузове.
Я вытащил из позаимствованной в бэтээре полевой сумки карту и демонстративно разложил ее перед насмерть перепуганным водилой — мужиком лет сорока со слегка помятым лицом обыкновенного трудяги из какого-нибудь пгт отечественного розлива. Раскрыв водительское удостоверение, вслух прочитал:
— «Башлыков Виталий Иванович, АТП-11, поселок городского типа Тарутино Одесской области, водитель», — и обратился к замершему пленному: — Откуда едешь?
Мужик посмотрел на меня с таким ужасом, словно я как минимум сообщил ему о том, что я каннибал, собирающийся им поужинать. Пришлось повторить вопрос, беззлобно ткнув Виталия Ивановича локтем:
— Едешь, говорю, откуда? С Одессы?
— Д-да, т-то есть нет… с Ов-видиополя, с винзавода…
Где находится этот самый «Овидиополь», я не знал, но название с явно выраженным древнегреческим прошлым мне понравилось. А вот про его родное Тарутино я, кстати, слышал: кажется, сей населенный пункт как-то был связан с освободительными походами Суворова (Александра Васильевича, разумеется). Правда, побывать не довелось… пока.
— Значит, через мост в Маяках ехал и машину досматривали, правильно? Так что объяснять, кто мы такие, не надо?
Водитель с готовностью закивал головой. Поморщившись, я продолжил:
— Ну и кем же нас там представили? Группой американских шпионов?
— С-сказали, что вы с одесской зоны бежали. Что конвой перебили, оружие захватили и сюда движетесь. Что очень опасные рецидивисты и м-можете уб-бить… — последнее утверждение, похоже, напугало водителя еще больше, и он вновь начал заикаться.
— Похожи? — с усмешкой осведомился я. — На зэков тянем? Особенно вон этот, правда? — Я кивнул на прислушивающегося к разговору капитана. — О, это страшный человек! Десять «ходок» и все «по мокрому»…
— Н-не, не похожи… — Мужик поерзал на сиденье. — С-совсем не похожи… мне так кажется.
— Правильно кажется, Виталий Иванович, никакие мы не зэки. И убивать тебя пока не собираемся… а может, и совсем не собираемся, — почувствовав, что водила снова готов перепугаться, торопливо добавил я. — Все от тебя зависит. Смотри. — указал я на карту, — нам надо вот сюда, в Вилково, а как лучше проехать, мы не знаем. А ты, я так понимаю, по области будь здоров накатался, все дороги помнишь, вот и помоги. Глядишь, и живым останешься. Бывал там?
— В Вилково-то? — почти нормальным тоном переспросил водитель (опять же элементарная психология и один из способов добиться лучшего контакта с «объектом»: сначала как следует напугать перспективой близкой смерти, а потом ненавязчиво намекнуть на возможность откупиться — срабатывает железно). — Не-а, ни разу не ездил. В Измаиле бывал, в Килие один раз, а до Вилково не добирался. Да и кто меня туда пустит — там же режимная зона, пропуск нужен.
Мы быстро переглянулись с Серегой: неужели? И, с трудом скрыв возбуждение, я переспросил делано-равнодушным тоном (нечего ему наше незнание афишировать, еще торговаться начнет):
— Прямо-таки запретная? А почему на карте ничего нет? Карта-то непростая, сам видишь, военная карта. — Вот так, пусть думает, что я его проверить решил, авось побольше выболтает.
Водитель на этот примитивный и старый, аки мир, трюк купился с поразительной простотой:
— Ха, карта, тоже мне! Официально там и нет ни хрена, только рыбколхозы и погранцы на румынской границе. А неофициально туда уже лет двадцать не попадешь. Раньше-то там заповедник был, «Дунайские плавни» — мне еще батя рассказывал, а потом весь район закрыли. Сначала говорили, что холеру нашли, этот, как его — «санэпидрежим» ввели, во, а потом и вообще говорить перестали. Да все об этом знают, только молчат, боятся…
— Ну а там-то что? — все тем же несерьезным тоном поинтересовался я. — Урановые рудники раскопали?
— А мне почем знать? Я-то там не был, да и никто из наших не был… Говорю ж вам — «запретная зона». Не, кореша-то, конечно, всякое болтали, особенно по пьяни: вроде там нашли или построили что-то секретное. Только не в самом Вилково, а на острове этом, на Змеином… Вот в девяносто четвертом, помните, с румынами заварушка была — ну, когда наши бомбить их собирались? Они ж тогда на остров высадиться хотели и своей территорией его объявить. Только куда им, там, говорят, такая система этого, ну ПВО, типа, что никакой самолет и близко не подлетит!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
