меньше.
Я бы стал пятиться вверх на самую вершину той самой Горы. И достигнув ее, я бы так свистнул, что все обратили бы на меня внимание. Я бы прокричал им: «Эй вы, ракообразные, членистоногие, беспозвоночные, земноводные и пресмыкающиеся! Вы слышите? Счастье-то какое! Доллар на семь пунктов упал! Выше голову, бабуся! Вынь ее из помойного бака! Стряхни лапшу с ушей! Это отразится на фьючерсных сделках! Улыбнись, дедуля! На фьючерсных! Это тебе не хухры-мухры! Это одним концом по бартеру, другим — по мужику!.. Эй, лебедь! Перестань рваться в облака! Эй, щука! Кончай тянуть в воду! Воз-то и ныне там!.. А, хрен с вами! Тогда я буду себе пятиться, чтоб вам всем вложить ваучер в нерентабельное предприятие!.. Сколько можно упрашивать народ купить кирпичные заводы «Унитрон» и отведать «Баунти»? Охренительное наслаждение!.. Неужели так трудно слетать в Монте-Карло?.. Русь! Дай ответ!.. Не дает ответа!»
Как приятно пятиться… Верной дорогой, по ленинскому пути… Шаг вперед! Два шага назад! Шаг вперед! Два шага назад!.. В август девяносто первого… Борис Николаевич! Руслан Имранович! Вас же могли расстрелять за одно и то же дело!.. Михаил Сергеевич! Не делайте Крючкова министром Госбезопасности… Не продешевите с Берлинской стеной… Не отстраняйте Бориса Николаевича… Не вытаскивайте его из Свердловского обкома!.. Борис Николаевич, не потеряйте партийный билет! Вам еще из ЦК КПСС выходить… Раиса Максимовна! Уговорите Мишу не объявлять гласность и перестройку! Вы же умная женщина!.. Ну, смотрите! Мое дело — предупредить из будущего… Отползаю… Как вы себя чувствуете, Константин Устинович? Товарищ Черненко!.. «Чувствую… себя… хоро…» Шо? Шо вы сказали?.. Юрий Владимирович, что сказал Константин Устинович? Что?.. Куда же вы так быстро? Один за другим, один за другим… Яне поспеваю… Леонид Ильич, не умирайте!.. При чем тут «сосиски сраные»?.. Ах, вы сказали «социалистические страны»! Не вводите «контингент» в Афганистан, не выдавайте дочь за Чурбанова, не лезьте в Чехословакию, не отстраняйте Хрущева!.. Отползаю… Отползаю… Никита Сергеевич, не сейте кукурузу, не сбивайте Пауэрса… Не шутите со Сталиным!.. Отползаю… Отползаю… Назад… Назад… Нет лучше пищи, чем останки прошлого. От Победы к блокаде. Через карточную систему — самую справедливую, самую равную… Вставай, страна огромная, и на нары, на нары… В Норильск! В деревню, к тетке, в глушь, в Саратов! Тринадцать лет без Ленина!.. Три года без Кирова!.. Что там сзади светится? Это Днепрогэс и Шатура!.. Шесть лет без Ленина… Два года без кулаков и без кулацкого хлеба!.. Назад… Назад…
Если бы я был раком, я бы полностью изменил существующий обмен веществ. Я бы питался дерьмом, а экскрементировал готовой продукцией, свежей и экологически чистой. Это ли не путь к изобилию?.. Впрочем, первая часть процесса у нас налажена…
Но назад… назад! Ленин будет жить! Ленин жив! Ленин жил!.. Это есть наш последний…
Стоп! Дальше пятиться опасно… Я стал красным и могу угодить на стол под пиво к какому-нибудь буржую… Запятиться под берег, зарыться и, пожирая воспоминания, пожираемый воспоминаниями, обсеменять светлое будущее своими метастазами…
…Как у Перекопа, как у перешейка Потерял клешню я в праведном бою. Где ты, моя девочка — раковая шейка? Никакой пощады никаким врагам!
ПРОГРАММА ПЕРЕДАЧ НА БУДУЩЕЕ
ПОНЕДЕЛЬНИК, 6.30 — Алябьев. «Соловей».
ВТОРНИК, 12.10 — Сен-Санс. «Умирающий лебедь».
СРЕДА, 15.40 — Алябьев. «Соловей».
ЧЕТВЕРГ. 18.35 — Сен-Санс. «Умирающийлебедь».
ПЯТНИЦА, 21.20 — Алябьев. «Соловей».
СУББОТА, 22.15 — Сен-Санс. «Умирающий лебедь».
ВОСКРЕСЕНЬЕ, 23.50 — Новости спорта.
Если бы я был соколом…
Если бы я был соколом, то прежде всего не терзался бы этим сакраментальным вопросом на украинском языке — «Чому я не сокил, чому не летаю?» Я бы летал, и прекрасно это делал. И совершенно мне было бы наплевать (или нагадить) на рост аэрофлотовцев и региональные трудности с керосином. Я и мои друзья резвились бы орлами над бывшими необъятными просторами и, обладая отменным соколиным (не хуже орлиного) взором, наблюдали за пошедшим процессом вообще и за процессом над ГКЧП в частности. А ведь это так замечательно видно с высоты птичьего полета…
Если бы я был соколом, то, видимо, про меня сочинил бы свою бессмертную «Песню» великий пролетарский писатель А. М. Горький, противопоставив меня ужу, который, если верить тому же пролетарскому писателю, «летать не может», так как он есть не кто иной, как «рожденный ползать». И, свернувшись в своем ущелье, он бы превозносил Крючкова и Невзорова, требовал бы восстановления крепкой многовековой дружбы между СССР и Ираком и призывал к расправе над Мордухаем Срульевичем Горбачёвичем и Борухом Наумовичем Эльциндом, развалившими Державу и приведшими ее к темному будущему. А я бы ответил ему радостно-пессимистичными словами другого (но совсем не пролетарского) писателя, Н. А. Некрасова: мол, Держава наша и Народ наш «вынесет все и широкую ясную грудью дорогу проложит себе. Жаль только, жить в эту пору прекрасную, Уж, не придется ни мне, ни тебе».
Если бы я был соколом, то обязательно разыскал бы тот самый исторический зеленый дуб, на котором, по свидетельству хора им. Пятницкого, состоялось историческое прощание двух соколов, один из которых был Ленин, другой — Сталин. Хотя говорят, что второй сокол никогда с первым соколом не прощался и в буквальном смысле слова в гробу его видел. Но это чисто троцкистская брехня, а я предпочитаю верить исторической правде хора им. Пятницкого, ибо ни ворон ворону, ни сокол соколу глаз не выклюет…
Если бы я был соколом, то до смерти Иосифа Виссарионовича — отца всех физкультурников, птиц и пресмыкающихся, я был бы, скорее всего, сталинским соколом. а во время славного застоя — космическим соколом. При этом никогда бы не забыл данную мне для соблюдения секретности радиокликуху и не попал бы в народный фольклор, согласно которому некий незадачливый космонавт был выведен на орбиту, но, одурев от перенесенных перегрузок, полностью потерял ориентацию и испуганно заорал по радиосвязи: «Кто я? Кто я?» А в ответ услышал твердый голос с Земли: «Сокол» ты… твою мать!»
Если бы я был соколом в лихое нынешнее время, то уж, во всяком случае, не соколом Жириновского, а, скорее всего, соколом-демократом с ограниченной ответственностью. А еще лучше — соколом-посредником с неограниченными возможностями. И, пролетая над гнездом таможни, уносил бы я в клюве стратегическое сырье, а
